Звезда Запада
Шрифт:
— Поздорову тебе, Служитель Единого.
Рядом сидел рыжебородый мужик с боевым молотом у пояса и весело смотрел на монаха. Почему у него всегда смех во взгляде, позвольте узнать?
— Здравствуй. Ты Тор?
— Что, уж и запамятовал? Как голова, не болит?
— Спасибо. Зачем пришёл, Винг-Тор?
Рыжебородый усмехнулся, показав здоровые, белые зубы. Внизу, кстати, не хватало левого клыка, но
— Твоя вера учит, что уныние суть грех. Я тоже так считаю. Завтра вы будете там, где есть и вода, и сколько угодно земли. Ньёрд приведёт вас к одному из поселений рода Хейдрека.
— Чего-чего? Кто?
Тор прыснул со смеху:
— Что, так и не распознали? Проводник-то ваш, мой родич, между прочим, из Ванов. Отец Фрейра и Фрейи. Ну удобнее ему китом обернуться было, чтоб лишний раз вас не смущать. Ты только не говори про это никому, а то ещё в воду кого бросят в жертву. Может, даже тебя, как самого толстого. Только Ньёрду ты так, на один зубок…
Тор аж на спину повалился, задыхаясь от смеха. Но вдруг перестал смеяться и принял суровый вид.
— Слушай же. Возле Врат Миров творится что-то непонятное. Асы слабеют, и дальше берега наш взгляд проникнуть не может. Что в глубине земли — мы не знаем, не знаем и того, что происходит у Хейдрека. Один говорит, что Вендихо напустил колдовской туман до самого океана и даже Князь Асов не сумел проникнуть мыслью за его завесу.
— Почему Один сам не пришёл?
— Не может. Он сейчас на севере Норвегии, а корабль ваш подгонять валькириям препоручил. Мы вскоре после вашего отплытия из Исландии предупредили Хейдрека, он должен вас встретить и защитить. В том посёлке у него не меньше сотни мечей, да ваших почти сорок. Потом туман Вендихо закрыл земли запада, и теперь Асы не могут разговаривать с Хейдреком. Надеюсь, у него всё в порядке. Сидите в его посёлке и носу наружу не высовывайте. В Междумирье снова пошёл Локи. Ждите его. Пока Лофт не появится — ничего не предпринимайте. Гёндуль права была: о вашем походе уже знают те, кто знать не должен. И ещё… Будет совсем трудно — зови меня. Возьми.
Тор протянул монаху вытащенный из-за пазухи лист бересты, исчерченный рунами. Руны выведены были кровью, ставшей со временем черно-коричневой.
— Просто подожги это, и я приду на огонь, который различим в любой тьме и в любом тумане… Ну, прощай.
Аса-Top встал и ушёл куда-то в темноту.
— …Я проснулся, а береста в руке! — хриплым шёпотом говорил отец Целестин Торину рано утром. Конунг держал в руках кусок бересты, внимательно рассматривая рунический рисунок, над которым главенствовал знак «тейваз».
— И ко мне он приходил, — сознался Торин. — И к Видгниру. Считай, всё то же самое сказал, но вот почему только тебе подарок сделал? Да, похоже, очень многое от нас зависит, если один из богов путь нам указывает да, наверно, от чудищ морских сохраняет, а другой помощь сулит в трудный час…
Землю в тот день высматривали с двойным вниманием. Около полудня на севере
Ветер вдруг усилился, и кнар, взлетая и падая меж волн, стремительно пробирался через разыгравшееся море. Волнение утихло, только когда солнце успело пробежать значительную часть дневного круга, и тогда же…
— Вижу берег! — заорал с носовой палубы Гунтер. — Прямо впереди!
Дружина ответила торжествующим ревом. Всё! Полтора месяца трудов закончены. Рядом земля, где, возможно, живут родичи-викинги, где можно охотиться, есть вода и дрова для костров! Ура! Слава конунгу!
Монах не был настроен так оптимистично. Очень его насторожили предупреждения Тора минувшей ночью. Опять этот таинственный и, похоже, очень нехороший Вендихо, нагнанный волшбой туман… Племена дикарей, которые он себе подчинил. Ох, не к добру это. Сейчас, впрочем, задача одна — найти селение Хейдрека Рыжебородого и скорее оказаться за его оградой. Нет, молодцы Асгардские боги, что предупредили Хейдрека. Не в лесу хоть ночевать.
Точно, не в лесу. Ещё одну ночь предстояло провести на «Звезде Запада», потому что вблизи неизвестного побережья оказались только к вечеру. На деле это был ещё не материк, а большая группа разбросанных на расстоянии одной-двух лиг друг от друга островов, поросших густым лесом. Чёрно-белый проводник уверенно вёл за собой корабль, лавируя между большими и малыми клочками суши до темноты, а затем на носу кнара пришлось снова зажечь факелы — Ньёрд не желал останавливаться. Отец Целестин охал, предсказывая, что свет привлечёт недругов, но Торин отмахнулся от него, как от назойливой мухи:
— Отобьёмся. И Хейдрек должен быть уже недалеко.
Хлопал наверху парус, булькала под рулевым веслом вода — она здесь была очень спокойная и уже на такая чистая, как в океане. Круг факельного света то и дело выхватывал плавающие брёвна, ветки, иногда встречались травяные лохмотья, — отец Целестин решил, что где-то должно быть устье крупной реки. Хёрд на случай непредвиденный вооружился, по бортам Торин расставил наблюдателей — вдруг где огонёк мелькнёт.
Острова минули, когда зашла Звезда Сил, в честь которой нарекли имя ладье конунга Вадхейма. В лунном свете все увидели, что глубоко на север вдаётся широкий залив, и тогда кит-убийца, высунув голову из воды, пискнул, нырнул и двинулся к западному берегу залива. Торин потянул руль на себя, тоже взяв правее. Через некоторое время мимо проплыл длинный и узкий остров, тянувшийся с севера на юг около лиги. Обойдя его с северного края, «Звезда Запада» и её провожатый к первому рассветному зареву упёрлись в низкий берег, усеянный валунами. Не доходя до него трёхсот локтей, Ньёрд развернулся, вынырнул у кормы корабля, ещё раз чирикнул коротко и утвердительно, а затем исчез.
— Спасибо! — крикнул было Торин, но только круги расходились на месте, где только что темнел в прозрачной воде силуэт покровителя мореплавателей. Ньёрд, выполнив приказ Князя Асов, ушёл, оставив вадхеймцев один на один с таинственной землёй.
Видгнир стоял рядом с дядей, смотря на темневшую полосу деревьев, сплошь покрывавших берег, и монах, случайно обративший взгляд на своего воспитанника, похолодел: «Опять!» На сей раз золотистый свет лишь ненадолго окутал волосы Видгнира, что в предрассветной полутьме казались серыми, и сгинул. Только в глубине глаз остались тёплые искры.