Звезда Парижа
Шрифт:
– Как это?
– у Елены не было слов, настолько ее поразило то, что женщины-аристократки смогли организовать прибыльное дело. Придя в себя, она заметила: - Как права была моя подруга Доротея, когда говорила, что хочет сама распоряжаться своими деньгами и зарабатывать тоже хочет сама.
– Если она так думает, она нам подойдет, - сказала Луиза де Гримон, расставляя на большом овальном столе серебряный чайный сервиз, блюдо с пирожными и маленькими канапе.
У дверей раздался веселый разговор, и в комнату вошел мистер Штерн, с которым Елена познакомилась в Париже, и роскошно одетая высокая худощавая дама с большими яркими карими глазами и черными кудрями.
–
– Долли, у нас - большая радость, приехала Елена Николаевна, маркиза де Сент-Этьен, сестра Алексея, - объявила Катя и повернулась к Елене, - дорогая, познакомься: Дарья Христофоровна Ливен, супруга нашего посланника в Лондоне, моя подруга и наш с Луизой партнер.
– Отлично, вы живы и здоровы - наконец, князь Алексей вздохнет спокойно. Вы можете называть меня, как все, Долли, и, судя по тому, что говорил мне Иван Иванович, вы - та дама, которая в компании с подругой хочет продавать наш товар в Париже.
– Женщина говорила быстро и энергично, ее как будто окружала аура деловитости и успешности.
– Да, Долли, действительно, мы с подругой графиней Доротеей де Талейран-Перигор хотели бы этим заняться. У меня есть три магазина: в Париже, в Орлеане и в Марселе.
– Я сегодня видела вашу Доротею, она сопровождает Талейрана и как его ближайшая родственница будет от его имени вести салон здесь, на конгрессе. Давно я не получала такого удовольствия от общения с женщиной, она очень умна и у нее замечательная деловая хватка. К тому же мы с ней - землячки, от имения, где она родилась, до нашего замка - двадцать верст. Но давайте поговорим о деле. Вы отдаете магазины, а она каким капиталом входит?
– Она хотела купить первые партии платьев, - объяснила Елене, которой все больше нравилось это деловое общение, и она вспомнила бабушку, получавшую такое же удовольствие, занимаясь делами своих имений.
– Отлично, я - «за», если мои партнеры не возражают, принимаем вас в наш женский клуб. Но мне уже пора идти. Вызывайте свою Доротею сюда завтра в полдень, обо всем договоримся и начнем работать, - предложила графиня Ливен, попрощалась и уехала.
Елена написала записку Доротее и отправила ее во дворец князя Кауница, где остановилась французская делегация во главе с Талейраном. Через час графиня прислала ответ, что сегодня вырваться к подруге не сможет, но обязательно будет завтра в полдень.
Женщины разошлись по своим делам, Алексей был на службе. Елена покормила и уложила дочку спать, и сидя рядом с кроватью, где обложенная подушками, чтобы не упасть, лежала ее малышка, задумалась. Жизнь ее начинала принимать новые очертания, которые ей очень нравились: уже были независимость и богатство, скоро будет дело, которое займет время и поможет чувствовать себя полезной и нужной, она воссоединилась с семьей, у нее была обожаемая дочь. Почему же она не могла изгнать из памяти Александра Василевского? Может быть, потому, что он был так красив, или потому, что она плавилась от страсти в его объятиях? Или потому, что он был ее первым мужчиной? Ответа она не знала, но должна была справиться со своим сердцем и начать жить, полагаясь на разум.
Глава 18
Графиня де Талейран-Перигор появилась в особняке семьи Черкасских ровно в полдень, обставив свое появление с изящной помпезностью, подаваемой с таким тонким юмором, что это выглядело умно и очаровательно. Роскошная открытая
– Доротея, мы все зовем друг друга по именам и на «ты», это помогает делу и способствует дружбе, но тебе напоминаю, что, в отличие от всех остальных дам, мы с тобой в Вене - на службе у наших государей. Поэтому, давай сразу договоримся, что наше неформальное общение никогда не будет мешать основной работе, где мы с тобой находимся по разные стороны барьера. О нашем общем деле никто из посторонних не должен знать, и каждая из нас сама решает, ставить ли в известность о нем своих мужчин. Но в любом случае, никто из нас не называет имена других партнеров, ведь у всех мужчин разные взгляды на предназначение женщин, а перевоспитание мужчин в наши планы не входит, как абсолютно бесполезное занятие.
Долли пристально всматривалась в ослепительно прекрасное лицо графини, лишний раз убеждаясь, что интуиция ее не подвела - эта женщина была наделена таким же созидательным талантом, как она сама, и ей так же было тесно рамках, отводимых обществом современной женщине.
– Конечно, Долли, я принимаю все ваши правила. Благодаря вам я уже одержала свою первую деловую победу. Узнав от мистера Штерна, что есть женщины, которые сами распоряжаются своим состоянием и зарабатывают деньги, я отправилась к дяде и напомнила ему, что он составлял за меня, пятнадцатилетнюю, брачный контракт, в котором обвел свою любовницу - мою мать - вокруг пальца, обобрав меня, самую богатую невесту Европы, до нитки. Я потребовала либо подписать новый брачный контракт, либо начать мне возвращать мои деньги любым другим путем, и он согласился. Теперь за то, что я буду в качестве хозяйки вести его салон здесь, на конгрессе, князь Талейран лично будет платить мне по сто тысяч франков в месяц. Так что я готова оплатить первые партии платьев хоть сегодня.
– Браво!
– воскликнула Долли и зааплодировала, - великолепное начало. И сколько лет вам придется работать у князя Талейрана, чтобы вернуть то, что вам оставил отец?
– Лет сорок, наверное, но я рада и этому, и никуда не спешу, - лучезарно улыбнулась Доротея.
– Хорошо, мы принимаем вас и Элен в нашу компанию, - объявила графиня Ливен и быстро перешла к делу: - Доротея, я и Катя сейчас должны быть на конгрессе, Элен только что встретилась с семьей, а вот Луиза собирается в Париж по делам. Я думаю, что ей мы и поручим присмотреть за ремонтом магазинов, они должны быть исключительно роскошными.
– Я, конечно, сделаю все, что смогу, но ведь мой долг сначала возвратить наследство отца моей Генриетте. Мы получили письмо из канцелярии двора о том, что принято решение о возврате из казны реквизированного имущества, но я даже не представляю, что мне делать, и сколько времени это займет, - возразила Луиза, с сомнением покачав головой.
– Пока я не знаю, как быстро смогу освободиться.
– Я достану для вас письмо князя Талейрана, которое откроет перед вами все двери, а Элен даст вам своего поверенного месье Трике - он целый год занимался возвратом имущества семьи маркиза де Сент-Этьена и знает все тонкости, - предложила Доротея и посмотрела на Луизу де Гримон, ожидая ее реакции.