Звезда Парижа
Шрифт:
– Сударыня, прошлые обстоятельства остались в прошлом. Но поскольку ваш брат является моим лучшим другом, я напишу ему, попросив вашей руки. Одно письмо я оставлю здесь в его квартире, второе отправлю на адрес российского посольства в Лондоне, а его ответа я буду ждать в Санкт-Петербурге, мой адрес там он знает. Всего вам наилучшего, - пожелал Александр повернувшейся к нему Елене, которая широко распахнутыми васильковыми глазами смотрела на него так, как будто он был сумасшедшим - и вышел.
Написав и отправив письма Черкасскому, Александр подал прошение об
Коляска Василевского только отъехала от дома на улице Коленкур, когда в спальню баронессы де Обри постучал полуодетый дворецкий и сообщил, что хозяйку внизу дожидается девушка по имени Колет, дело которой не терпит отлагательства. Франсуаза накинула пеньюар и спустилась в гостиную, где на краешке дивана сидела невысокая черноволосая девушка с лицом похожим на курносую мордочку болонки.
– Прошу прощения, мадам!
– воскликнула она, увидев входящую хозяйку дома, - но в доме маркизы такие события, что я еле дождалась утра.
– Вот как?
– спокойно заметила Франсуаза.
– Что же случилось?
– Ах, мадам, такой бедной девушке как я приходится тяжело в жизни, боюсь, что хозяйка догадается, что я вам сообщила о ее тайне, тогда она меня выгонит вон.
Горничная скромно опустила глаза, но мадам де Обри заметила жадный блеск, мелькнувший в ее взгляде.
«Понятно, хочет вытянуть из меня побольше денег, - догадалась женщина, - с самого начала эта дрянь решила на мне хорошо заработать».
Франсуаза спокойно, как будто не слышала заманчивого слова «тайна», предложила:
– Ты можешь поступить на службу в мой дом. Хорошая горничная - большая редкость, а ты, по-моему, как раз хорошая.
– Да, мадам, я очень хорошая горничная. Но ведь девушке нужно устраивать свою судьбу. Я хочу выйти замуж, а для этого нужно приданое, - нервно облизнувшись, ответила Колет.
В другой раз Франсуаза повеселилась бы, глядя на то, как эта деревенщина пытается с ней торговаться. Но вопрос действительно был слишком важным, чтобы позволить себе потерять информацию, да и эту наглую девчонку не следовало выпускать из поля зрения. Приняв решение, она улыбнулась и обратилась к Колет:
– И какое приданое ты хочешь?
– Тысячу франков, мадам, - выпалила девушка.
За эти деньги отец Мари-Элен когда-то продал Франсуазу в бордель. С тех пор прошло много лет, и женщина ворочала миллионами, но тысячу франков просто так выбросить на ветер она не могла.
– Это большие деньги, я должна быть уверена, что твоя информация стоит этих денег, - жестко сказала мадам де Обри, - я никому в этой жизни не верю на слово. Чем ты можешь подтвердить, что это так важно?
– Я расскажу вам о том, что было вчера утром и днем, и потом, если вы захотите знать главное, я расскажу остальное, - с готовностью предложила Колет.
– Ну что же, рассказывай, -
Девушка подробно рассказала ей о записке, полученной ее хозяйкой, о том, как та уехала вместе с графом Василевским, как на рассвете привезли девочку, а потом приходил префект полиции и допрашивал всех слуг и саму хозяйку.
– Так это Василевский освободил девочку и служанок?
– уточнила Франсуаза.
– Да, мадам, мне кормилица маленькой маркизы все рассказала, - подтвердила горничная.
– А барон де Виларден арестован?
– со спокойным любопытством спросила хозяйка дома.
– Когда префект допрашивал женщин, ему сообщили, что барона и молодого итальянца поместили в тюрьму префектуры. Итальянец во всем признался и валит всю вину на де Вилардена, обвиняет того в попытке убить маркизу, ее дочку и двух служанок.
Франсуаза быстро соображала, как поступить. Девчонку отпускать от себя было опасно. Разумнее всего было найти ей работу и держать нахалку в поле зрения. Быстро найдя приемлемый вариант, она предложила:
– В моем небольшом имении под Дижоном построили птичник. Я ищу птичницу, ей предоставляется дом с маленьким садиком и огородом, а если она выйдет замуж, то и ее мужу найдется работа в имении. Если хочешь, могу предложить это место тебе.
– О, мадам, я очень хочу. Пожалуйста, дайте мне это место, а на приданое можете дать мне столько, сколько вам не жалко!
– воскликнула Колет и умоляюще прижала руки к груди.
– Ну что же, рассказывай, - предложила Франсуаза.
– Я подслушала разговор маркизы с графом Василевским. Он показал хозяйке портрет своей матери, а она решила, что на портрете нарисована ее маленькая дочь. Тогда граф обвинил мадам в том, что она скрыла от него то, что от их связи родила дочь. Маркиза не отрицала, что вышла замуж беременная, но месье Арман знал об этом и радовался, что передаст будущему ребенку свой титул. Потом граф Василевский сказал, что будет просить руки маркизы у ее брата, и ушел.
Франсуаза задумалась. То, что рассказала горничная, давало ей в руки такое оружие шантажа против Алексея Черкасского, что его мести за семью Бельских им с дочерью теперь можно было не бояться. Но не следовало говорить об этом Мари-Элен, иначе эта дурочка откажется выходить замуж за аристократа, которого купит ей мать, а будет по-прежнему плясать под дудку своего любовника. А Котлет, как свидетеля, следует теперь держать при себе, но подальше от Парижа. Все складывалось как нельзя лучше. Франсуаза улыбнулась и сказала:
– Я дам тебе тысячу франков приданого. Иди, бери расчет и приходи сюда. Сегодня после обеда моя дочь уезжает в Дижон, ты поедешь с ней. Перед отъездом я передам тебе твое приданое, а Мари-Элен устроит тебя в имении.
Обрадованная горничная поцеловала новой хозяйке руку и побежала в дом маркизы де Сент-Этьен, сообщить, что у нее умер отец и ей нужно срочно возвращаться в деревню. А мадам де Обри пошла в спальню дочери. Она ласково тронула за плечо Мари-Элен, та открыла глаза и с недоумением уставилась на мать.