Звезда козодоя

Кэндзи Миядзава

Доктор Па взмахнул обеими руками и велел ученику начинать. Ученик принес накрытый полотенцем медный горшок с каким-то лекарством. Генерал Сон протянул обе руки и аккуратно взял его. Доктор Па закатал один рукав, смочил лекарством полотенце, плеснул поверх шлема, потряс обеими руками — и шлем легко снялся. Другой ученик принес еще один горшок с другим снадобьем. Им доктор Лин Па принялся мыть голову генерала. Потекла иссиня-черная жидкость. Генерал Сон с беспокойством спросил, не поднимая головы:

— Как там лошадь? В порядке?

— Уже скоро все

будет в порядке, — сказал доктор Па и продолжил мыть голову. Стекающая с головы жидкость постепенно приобрела коричневый цвет, а затем стала светло-желтой.

А затем и вовсе бесцветной, так что седые волосы генерала засияли и сделались белее шкуры медведя. Затем доктор Лин Па отбросил полотенце, вымыл руки, а ученик вытер голову и лицо генерала. Генерал отряхнулся и выпрямился.

— Ну, как, полегче? А теперь ответьте, сколько будет сто плюс сто?

— Конечно же, двести.

— А двести плюс двести?

— Несомненно, четыреста.

— А десять умножить на два?

— Естественно, двадцать, — как ни в чем не бывало, ответил генерал, будто забыл, что говорил еще недавно.

— Теперь вы совершенно выздоровели. Чакры на затылке были закрыты пеленой, десять процентов не работало.

— Мне наплевать, сколько будет десять плюс десять. Этим пусть занимаются математики. Мне бы поскорее отклеиться от лошади.

— Для этого ваши ноги нужно освободить от одежды, это я сразу могу сделать. Штаны присохли к седлу, а седло приросло к лошади, чтобы его оторвать, нужна отдельная процедура. Это сделает мой ученик, поэтому прошу пройти в соседнее помещение. А еще ваша лошадь очень больна.

— А что мне делать с этой порослью на лице?

— Это тоже чуть позже. Прошу вас проследовать за моим учеником.

— Ну, тогда я пошел. Прощайте.

Та же девушка, одетая в белое одеяние, дунула в правое ухо лошади. Лошадь встрепенулась, генерал Сон выпрямил спину, натянул поводья и выехал из комнаты, следуя за учеником. Миновав сад, он оказался перед толстой земляной насыпью. В ней был проделан небольшой проход.

— Сейчас открою задние ворота, — сказал ученик.

— Не стоит. Для моего коня такая насыпь пара пустяков.

Генерал хлестнул лошадь.

Нн-но-о! Лошадь перемахнула через ограду и очутилась в маковом поле доктора Лин Пу, изрядно его потоптав.

Лошадиный доктор Лин Пу

Генерал Сон вместе с учеником доктора проследовали к соседней больнице. Отовсюду доносилось фырканье лошадей. Они вошли под высокую крышу над фасадом больницы и увидели около двадцати лошадей. Все они били копытами, трясли гривами, здороваясь с лошадью генерала.

Сам доктор Лин Пу мазал белой мазью лошадь с искривленной шеей. Ученик что-то шепнул доктору, тот обернулся к генералу и усмехнулся. На лошадином докторе Лин Пу был большой железный нагрудник — ни дать, ни взять доспехи. Видно, на тот случай, если лошадь лягнет. Генерал подъехал к доктору.

— Это вы доктор Лин Пу? Я генерал Сон Ба Ю. У меня к вам большая

просьба.

— Я уже слышал о вас. Вашей лошади, должно быть, уже тридцать девять лет.

— Если четыре отбросить, да пять прибавить, так и выходит, что тридцать девять.

— Сейчас я сделаю маленькую операцию. Будет немного дымно. Вы согласны потерпеть?

— Дым? И что с того? В пустыне, когда поднимался ветер, каждую минуту приходилось заставлять коня прыгать сорок пять раз, а зазеваешься — обоих с головой засыпет.

— Понятно. Ну что же, займемся. Эй, Фу Сю, — позвал учитель Пу своего ученика.

Ученик поклонился и принес маленький горшочек. Доктор Пу снял крышку, вытащил какое-то коричневое снадобье и наложил его на глаза лошади. А затем еще раз прокричал: «Фу Сю!» Ученик поклонился, вышел в соседнюю комнату, побренчал там чем-то, а затем вернулся с тарелкой, на которой лежала маленькая красная лепешка. Доктор взял ее, понюхал, а затем, будто приняв решение, скормил лошади. Генерал Сон притомился и начал зевать. Вдруг лошадь затряслась мелкой дрожью, с нее полил пот и повалил дым. Доктор Пу отошел подальше и опасливо наблюдал со стороны. А лошадь, продолжая трястись, исторгала из себя едкий дым. Генерал Сон терпел-терпел, потом закрыл руками глазам и закашлялся. А меж тем дым стал редеть, и вместо него водопадом хлынул пот. Доктор Пу подошел поближе, слегка приложил руки к седлу и тряхнул пару раз.

Седло вдруг легко отделилось от лошадиной спины, и генерал от неожиданности брякнулся на пол. Однако генерал — это генерал. Он сразу встал на ноги, постучал обеими руками по сведенным ногам, а лошадь, лишившись седока, растерялась и задрожала. Затем доктор ухватил лошадь за хвост, торчавший метелкой, и резко дернул. На пол упало что-то белоснежное, формой похожее на растрепанный веник. А лошадь облегченно замахала своим хвостом, в котором теперь уже не было ничего странного. Пришли еще три ученика и как следует обтерли лошадь.

— Ну, что, теперь хорошо? Попробуй-ка пройтись.

Лошадь потихоньку пошла. Даже скрипевшие прежде колени теперь сгибались бесшумно. Доктор Пу поднял руки, позвал лошадь и поклонился генералу.

— Премного вам благодарен. На этом откланиваюсь, — сказал генерал, быстро набросил на лошадь седло, проворно вскочил в него, и тогда все больные лошади заржали, прощаясь.

Генерал Сон выехал из больницы, перемахнул через ограду и поскакал по полю хризантем.

Доктор Лин По

Больница, в которой доктор Лин По исцелял растения, напоминала лес. Там было полным-полно деревьев и цветов, и на каждом из них висела большая золотая или серебряная табличка. Генерал Ба Ю слез с лошади и медленно направился к доктору По. Тот же ученик, видимо, опередил его и уже обо всем доложил доктору. Доктор По почтительно ожидал генерала, держа в руках коробочку с лекарством и большой красный веер. Генерал поднял руку.

— Вот это! — сказал он, указывая на свое лицо.