Звезда конструктора-2
Шрифт:
– Ты все сказал?
– Все!
Даркоф налил себе еще один бокал вина и. не обращая внимания на то, что друг (бывший друг?) его не поддержал, залпом выпил.
– Теперь послушай меня. Да, я не монархист, как ты. Все же специально(!) убивать или порочить князя я не планировал и делать это даже по приказу не буду! Я положился на судьбу… или провидение. Как хочешь называй. Для себя я решил – выживет князь, значит, высшим силам угодно, чтобы он правил. Нет – значит, нет. А что касается обвинения в протекционизме, так, ты, монархист, должен быть мне благодарен за это.
– Вот как?
– Вот так! Что ты можешь сказать о князе? Талантливый маг, сильный Говорящий и горлохват. Я ничего не упустил? Нет? А теперь скажи – этих качеств достаточно, чтобы
– Почему?! Ну почему ты хочешь все порушить и отправить его роту именно в этот рейд. Неужели других заданий нет?
– Есть другие. Есть. Весь полк будет выполнять задачи на пределе, а то и за пределом своих сил. А в тот рейд пойдет лучшая рота. Таков приказ. И отменить его я не могу. Слишком много поставлено на карту.
– Ага. Вековые чаяния народа. Когда мы вот-вот могли обрести князя, его тут же некие силы направляют туда, откуда он, скорее всего, не вернется… – с горечью произнес Даркоф. – Я понял тебя, Скор. Может быть ты действительно не виноват в том, что происходит вокруг князя, но если он не вернется, то… прости, но нашей дружбе – конец.
Глава 14
Глобус мира, в который я попал по переходу, демонстрировал один единственный континент и множество островов: крупных, мелких и мельчайших. Материк занимал примерно двадцать процентов всей поверхности и выглядел как корявое изображение птицы, распахнувшей широченные крылья с востока на запад. Небольшая головка этой «птицы» располагалась на севере и кроме тундры с кочующими племенами оленеводов, привычных к морозам, ничего интересного в плане добычи не имела. Даже бесполезных ископаемых. Может быть потом, со временем, более детальная разведка недр выдаст что-нибудь интересное, но на сегодняшний день, даже если бы что и было, добывать, а главное, вывозить, стоило бы дороже самой добычи – пусть хоть золота или драгоценных камней. Холодно же. И вечная мерзлота.
«Крылья» и часть раздутого «туловища» птицы-континента наиболее тощей частью лежала в северном полушарии.
Западное крыло, центр, и северная «головка» на сегодняшний день принадлежала княжеству. Это было несколько (раза в полтора) больше, чем владела прежняя империя, правопреемницей которой еще в незапамятные времена объявила княжество легендарная правительница княгиня Бахрийская.
Восточным крылом владели орки и гномы. С последними столкновений не было никаких, поскольку те оседлали северные и восточные горные цепи, находящиеся в глубине орочьих территорий. Воевать им было не за что, а вот торговлю они вели активную и только с орками. А с кем же еще, если те вглубь своих степей никого не пропускали? Вот чтобы и дальше наживаться на перепродаже гномьих товаров они и воевали. Довольно вяло, следует сказать. Скорее, обозначали активные боевые действия. Вроде и кочевники. Вроде и хан у них чисто номинально командует всеми кланами. Вроде и городов у них по пальцем рук и немного ног можно пересчитать, однако за свои прибыли они действовали вполне слажено, как единое, централизованное государство с крепкой вертикалью власти. То есть наживались на войне, продавая товары гоблинам и, втихаря, княжеству, ни на минуту не забывая о своей выгоде. Договариваться с отдельными вождями кланов в надежде снизить цены было совершенно бесполезно – как установило его орочье величество ньор хан, так и не менялось. Ну разве что медяшку туда или сюда.
Раздутым «телом» птицы-материка,
Так получилось, что самые аппетитные ресурсы оказались почему-то в княжестве и у орков, а гоблинов – вот уж странно – это никак не устраивало. Они неизменно твердили о каких-то границах, которые вдруг передвинулись, причем удивительным образом в сторону государства гоблинов, оставив тех почти без крайне необходимых ресурсов.
Под флагом возврата исконных территорий они и вели эту бесконечную войну. А ресурсы: металлы, кожи, хлеб, мясо, воинов, коней и прочие, крайне необходимые для войны товары, – поставляли им союзники-орки. Совместной границы у них не было, следовательно по суше перевозить и перегонять грузы возможности у союзников не было. Часть грузов переправлялась на океанских кораблях гоблинов, но составляла едва ли одну пятую общего грузооборота. Основной поток шел через паромную переправу, устроенную через узкий залив, врезающийся в территорию княжества между восточным «крылом» и «туловищем».
Разумеется, перегрызть «пуповину», питающую гоблинские армии, в княжеском генштабе не мечтал только ленивый. Ладно бы еще просто мечтали, так ведь самые активные мечтатели и отряды неплохих парней посылали практически на верную смерть. Порт гоблины охраняли как собственного императора с семейством. Просто так проникнуть на территорию практически невозможно. С суши. С моря тоже не так-то легко. Из-за многочисленных мелей, рифов и водоворотов крупные суда со станковыми шарометами подтянуть невозможно. Со стороны океана переправу охраняет не слабый флот. Так что, проникнуть с суши, можно только завладев пропуском на территорию порта, а это один-два человека не больше. При этом пронести на территорию что-нибудь крупное, мину например, очень сложно.
Один раз такое получилось. Агент два месяца таскал мину по частям, пряча детали в самых невообразимых местах на теле. Вообще-то, очень даже вообразимых, благо до такой степени проверки гоблины еще не опускались. А что в результате? Да. Взрывом удалось повредить механизм протяжки здоровенного, толщиной в руку орка, троса. Диверсия приостановила поток грузов… на два дня. Столько потребовалось гоблинам на замену поврежденных деталей запасными частями со склада. А ценного агента разведка генштаба лишилась.
Скорсилли своих подчиненных на гибельное дело посылать категорически отказался, рискуя должностью и даже свободой. Сколько не метал пену подполковник «сверху», наш командир его откровенно послал, а командующий со своей стороны добавил и прикрыл своего подчиненного. Тот пеномет хоть и был в равном звании с нашим командиром, но все же был «аж» из самого генштаба! Так сказать, особа приближенная к самому генералу, главнокомандующему. Однако его близость… к-хм, как-то двусмысленно звучит… приближенность к генералу все равно не напугала полковника, командующего южным фронтом, и не помогла отвертеться от наказания. Генерал все равно за потерю ценного агента в обмен на смехотворный результат выпер инициативного дурака на пенсию, лишив чинов и наград.
Что еще я мог подумать, когда Скорсилли мрачно зыркая на меня глазами с видом больной от старости собаки, начал вводить меня в курс дела с рассказа о том, на какое опасное дело он собирается отправить мою роту, около сотни отборных лесных призраков?
Отборных потому, что сам отбирал и не только по профессиональным качествам, но и по способности работать в конкретной команде. А то есть такие мастера – а где их нет? – которым главное показать, насколько он силен (ловок, точен, умен – нужное подчеркнуть), наплевав на остальных. Пусть результата можно было бы достичь более простым и менее затратным путем, но тогда он оказался бы на вторых ролях. Таких вот «солистов» мне пришлось выявлять долго и упорно. А на замену давали только новичков. Вот и крутись, стараясь в кратчайшие сроки сделать из них нечто похожее на воина отряда белого дракона. Ничего. Все быстро проникались духом товарищества и взаимопомощи, а кто не проникался чаще всего сам просил о переводе.