Звезда эмира
Шрифт:
— И сколько ты уже живешь здесь? — я откинулась на спинку кресла.
— Два года, остался последний, но уйду вместе с Джабаром, — я кивнула, понимая, что Ариму нет смысла оставаться на срок меньше года и привыкать к новому арифу, чтобы в последствие все равно покинуть дворец.
— Хочешь прогуляться в парке? Здесь для служащих есть зона отдыха, а время у нас еще есть, — я согласилась, почему нет?
Сафира, я задам тебе вопрос… но если не хочешь, не отвечай, — он остановился у скамейки под раскидистым деревом.
— Как
— Шла, упала, очнулась, гипс… тьфу ты! Рабство… Домой с учебы возвращалась, провал, а дальше уже очнулась в арбе работорговцев, — Арим смотрел на меня удивленным взглядом.
— То есть ты до сих пор рабыня?!
— Нет, меня освободили, только вот "украшение" пока снять некому. Прежний хозяин в отъезде, как вернется, так, я надеюсь, и снимет его, — парень задумчиво кивнул.
— А как ты попала к Джабару?
— Он был на слушании, которое устроили в мою честь в Доме Закона. Там мы с ним и познакомились…
— В Доме Закона? В твою честь? — я вздохнула.
— Жена арифа, у которого я работала, решила обвинить меня в краже, так я и попала в Дом Закона.
— Я не понимаю, тебя оправдали?
— А что в этом необычного? Я же не виновата! Конечно, оправдали…
— У тебя был защитник? — глаза Арима округлились.
— Да ты что! Какой защитник?! Нет, конечно. Я сама себе защитник…
— Сама?! И тебе позволили?! — я неуверенно кивнула. Что-то мне совсем не нравятся намеки Арима.
— Ну…да… Я же здесь… теперь.
— У тебя точно нет богатого покровителя? — я отрицательно мотнула головой. Мне стало не по себе. Это, что же получается? Что мое выступление просто пришлось кому-то по душе, поэтому меня и оправдали? А совсем не доказательство моей невиновности?!
— Сафира, с тобой все хорошо? Ты побледнела…
— Да, да, все нормально. Наверное, нам уже пора, — я встала со скамьи и пошла на выход из парка.
22
Меня распирало от желания поговорить с Джабаром по поводу моего оправдательного приговора. Неужели все это слушание оказалась полным фарсом. И те взгляды, которые я замечала, бросаемые "главным" за мою спину… Возможно ли, что сам эмир и выступил в роли моего благодетеля?! Значит ли это, что если бы не правитель, я бы отправилась прямиком на виселицу и даже звание помощника арифа бы мне не помогло?!
Пока стражники вели меня в Дом Закона, я узнала, что воровство, как и убийство, карается смертной казнью. Вот почему тюрьма показалась мне не слишком вместительной. Там никого не держали долго. Поймали- вынесли приговор- привели в исполнение. Или смертная казнь или рабство или отработка наказания в местах специально отведенных для этого, например, в горах, на тяжелых каторжных работах.
Арим, что-то говорил
— Сафира! — голос Джабара ворвался в мои мысли.
— Да, простите дашо Джабар, задумалась, — я так и не решилась задать арифу все эти вопросы, видимо боялась услышать ответ.
— Я говорю, на сегодня все свободны, — Джабар запечатал лабораторию, а я стояла, не понимая, как мне теперь добираться до женской половины дворца. Арим куда-то ушел, может об этом он мне и говорил, когда я была целиком в своих мыслях. Вазир и Сабир, видимо, покинули лабораторию раньше нас.
Я снова погрузилась в свои думы и не заметила, как ноги принесли меня в сад, который мы с Аримом недавно покинули. Я села на скамейку, блуждание по дворцу теперь не сильно меня волновало. Мои мысли о суде вытеснили страх связанный с дворцовыми коридорами.
— Сафира! Что ты здесь делаешь?! — я услышала знакомый голос и подняла на подошедшего потерянный взгляд.
— Дашо Рушан, светлого дня…
— Ты что тут делаешь?! — мужчина схватил меня за руку и, сдернув со скамьи, встряхнул за плечи, возможно, это его грубость привела меня в чувство.
— Прекратите трясти меня! Не видите? Сижу! Дышу свежим воздухом!
— Сафира! Каким воздухом?!
— Свежим, говорю же! — я попыталась вырваться из мужских рук, но не тут-то было!
— Ты во дворце эмира! Я еще раз тебя спрашиваю, ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?!
— А это вам лучше спросить у вашей матушки, аши Амины! Благодаря ее кляузам я теперь ЗДЕСЬ! — сквозь свой звенящий от гнева голос я услышала раскатистый смех.
— Великий эмир, простите нас за эту сцену, — Рушан склонил голову перед правителем. Я же в упор смотрела на эмира, который рассматривал меня, пока его взгляд не наткнулся на руку Рушана, которой он меня держал. Глаза эмира сверкнули недовольством, и его взгляд прожег меня насквозь, вызывая в моем теле волну мурашек.
— Что такое "кляуза"? — эмир не сводил с меня своего темного взгляда.
— Донос, наговор… — я стояла словно под гипнозом, боясь пошевелиться.
— Великий эмир, простите ее, это рабыня моего отца. Я сейчас же распоряжусь доставить ее в наш дом…
— Аши Сафира! Великий эмир! Это моя вина, простите! Я должен был проследить за аши Сафирой, — появившийся у скамьи Арим, схватил меня за другую руку, приведя в чувство. Но недовольный взгляд эмира и его сведенные у переносицы брови я успела заметить, прежде, чем попыталась вырвать свои руки у обоих мужчин.
— Да отпустите же меня! — вырвав свои руки, я укоризненно взглянула на обоих мужчин.