Звери
Шрифт:
В тот момент я поняла, что старик рассматривает меня, пытаясь выяснить, знаком ли мне древний язык, на котором было послание на стреле. Он, основываясь на опыте лет, пытался прочесть ответ в моем взгляде.
– Как я могу знать это?
– Мое недоумение возрастало, а вместе с ним росла и злость на то, что старец так груб со мной. Невоможно было без борьбы променять отцовскую нежность, ощущаемую в пещере, на черствость нуара из Зверей Крови.
– Тем более, - устало сказал он, - стрела, которая летела в тебя, не была предназначена для убийства. Те, кто выпустил ее в твою сторону, надеялись, что она тебя заинтересует. И ты не подвела их.
Дождавшись моего кивка, старик продолжил бичевать мой разум:
– Ты сделала все в точности как они и рассчитывали. И если бы твои друзья пришли на день позже, нуары навсегда остались бы без единой надежды на воссоединение. Запомни, что если и впредь будешь совершать глупости, то тебе придется держать ответ перед всем народом. Уж такой ты выбрала для себя путь. И сойти с него уже не можешь. Тебе нельзя подвести свой народ!
Сказав все это, старик встал, чтобы уйти.
– Кто вы?
– Я не могла не спросить об этом, ведь мне очень нужно было знать имя своего спасителя. Какое-то смутное воспоминание жило в моих мыслях, но я слишком ослабла, чтобы копаться в лабиринтах памяти. Даже несмотря на то, что он и был груб по отношению ко мне, я ему была обязана. Жизнью, надеждой, и даже шумом ветра, игравшего за окном с листвой летнего леса.
– Я тот, кто будет учить тебя не только разбираться в нуарах, но и в самой себе. И, даст Бог, у меня это получится. Я твой наставник, Летиция. Мистер Нильсон, так ты меня можешь звать.
Не говоря больше ни слова, он вышел за дверь, прихватив с собой стрелу и оставив меня одну, теряющуюся в рое новых вопросов, занимавших все мои мысли.
Через минуту после того, как этот странный старик покинул мою комнату, в дверь постучали. Я знала, что это были Кевин и Джек, поэтому, не задумываясь, разрешила им войти.
– Летти!
– Кевин просто светился счастьем.
– Мы уж думали, что потеряли тебя. Я себе не находил места. Прости, что раньше не позвали на помощь. Просто так много всего произошло за последнее время, и ты так хорошо с этим справлялась, что я подумал, будто усталость и перелет в чужую страну дали о себе знать. Но когда ты проспала двое суток, меня это обеспокоило. Мама с отцом знают, что с тобой все в порядке. Ты не волнуйся, тебе нужно отдыхать.
– Нет, - мне было страшно подумать о том, что опять я закрою глаза и окажусь в той самой пещере, - я не хочу отдыхать. Если еще не поздно, мне хотелось бы прогуляться. Вот только я немного слаба, поэтому шаг придется замедлить.
– Как скажешь, - с пониманием ответил брат, - только оденься, вечером на улице прохладно.
– Я рад, что с тобой все хорошо, - поцеловал меня в щеку Джек, - мы очень переживали.
– А я рада, что снова вижу вас, ребята, - усталая улыбка коснулась моих губ, - но не думайте, что сможете отвлечь меня от вечерней прогулки.
– Думаю, она тебе не помешает, - сказал брат, - собирайся.
Когда мы вышли на улицу, ночной воздух окружил нас своей прохладой. В небе, раскинувшемся над нашими головами ярким, синим шатром, полным светящихся звезд, висела
Глава 4.
Знамение
– Вставай, Летиция!
– этот окрик стоял у меня в ушах весь последний день, раздаваясь эхом при каждом его повторении. Будто звон железа, с каждым разом все больше и больше раздражающий слух и царапающий нервы.
– Твоя реакция запаздывает, не говоря уже о теле!
Никаких поблажек из-за недавней болезни.
Никаких ограничений, даже несмотря на то, что я никогда не росла по законам этого Клана.
Ничего.
Конечно, с одной стороны, я радовалась этому, ведь мне, в отличие от других новичков, нужно было пройти ускоренный курс боевой подготовки. Наверное, это хорошо, только вот мое тело отказывалось меня слушать. В один миг казалось, что я смогу сделать все также быстро и хорошо, как и мой наставник, ведь в его исполнении элементы сражения выглядели как нечто совсем простое. Но наступал другой момент, открывающий передо мной реальность. И эта действительность была беспощадной.
Я не могла собраться с силами, хоть и страстно этого желала. Каждый удар, каждое движение отдавались во всем теле сильной болью, и этого пока превозмочь я не могла. В очередной раз, с грохотом падая на бархатную зеленую траву, покрывавшую поле для тренировок, я благодарила Провидение, мудро оставившее ее здесь. Ведь ощущения были просто ужасными.
Но не в моих правилах было сдаваться. Поднимаясь после очередного падения, я снова и снова шла вперед, вот только это, казалось, не радовало наставника. В каждом боевом приеме он видел ошибки и неточности, все в моем бое раздражало его. Мне даже на какое-то время показалось, что этот нуар вообще не бывает чем-либо доволен. На секунду я вдруг вспомнила, как он помог мне тогда, когда я сама уже не могла бороться за свою жизнь. Его крепкие руки, поддерживавшие мои плечи, вывели меня к свету не только из пещеры, но из железных тисков отчаяния. Как же ему удавалось быть таким надежным в тот момент, и таким безжалостным сейчас?
Я сделала новый выпад, но и он оказался напрасным. Тренер отбросил меня в сторону, как легкую веточку, и мне ничего не оставалось делать, как снова подняться. С трудом. Кто бы мог подумать, что этот пожилой нуар окажется таким сильным и ловким? Все в нем, казалось, говорило о том, что его жизнь уходит туда, откуда уже нет возврата. Но он спорил и с этим. Он боролся и одерживал победу в сражении с силами, которые были выше всех нас. Старость и смерть Нильсон отбрасывал в сторону без особого труда, как и меня сейчас. Все во мне поражалось и удивлялось этому нуару, но одновременно с этим, с каждым новым ударом, с каждым колким словом все восставало против него. Мне показалось, что сил сдерживаться осталось очень мало.
– Ты дерешься как человек!
– Бросил он в мою сторону, даже не глядя мне в лицо. Наставник не боялся, что я внезапно могу встать и нанести удар, ведь со смехом мог отстранить его. Погодя всего лишь мгновение, с презрением в голосе он добавил: - Как человеческая девчонка.
– Может, кто-то и отнесся бы к этим словам спокойно, но только не я. Для меня было особой гордостью принадлежать к расе нуаров, тем, кого от зарождения мира одарили высшие силы. И я была олицетворением всех Даров, неся их в своей крови.