Зверь
Шрифт:
Его рука с живота бережно скользнула на талию, затем прошла по спине. Вторая легла на талию и скользнула вниз на бедро.
– Эни, - робко прошептала Ленкара, боясь вновь его отстранять.
– Я очень хочу посмотреть на тебя, - проговорил мужчина, подхватывая подол ее светлого платья.
Не совсем понимая, что происходит, Ленкара не сопротивлялась, позволяя мужчине стянуть платье. Нижней рубашки на ней не было, слишком жарко было здесь для нее. Оставшись в одних только коротеньких панталончиках, она робко смотрела на Эеншарда, изучавшего ее взглядом. Принцесса не
Он выдохнул и опустился на колени. Его руки легли на ее бедра поверх нежной ткани, скользнули вверх, вырисовывая изящные изгибы, застыли на талии, скользнули еще чуть выше и перешли на спину.
Эштарец, выдыхая, склонил голову, коснулся лбом ее живота и замер так.
– Давай сбежим, - сказал он. – В Эштаре сейчас опасно.
Ленкара положила руку на его черную голову и стала ласково разбирать вьющиеся пряди.
– Мы можем уплыть сейчас в Сун, там не будет никому дела, кто мы и откуда. Я смогу обеспечить нас, а потом, быть может, твой отец примет меня, и ты сможешь вернуться домой, - бормотал эштарец, не глядя на нее.
– А ты? Твой дом? Твоя родина? – спрашивала принцесса.
– Это неважно, - совсем глухо отозвался мужчина.
Впервые его бас, обычно такой грубый, показался Ленкаре действительно тихим шепотом.
– А тот второй ребенок? Его мать тоже здесь?
– Нет, она осталась там.
– И что с ней станет?
– Не спрашивай.
Эеншард поднялся, и хотел было ее поцеловать, но она коснулась пальцами его губ.
– Что будет с ней и с твоим ребенком? – спросила она вновь, глядя в черные глаза.
Эеншард нахмурился и отступил.
– Их убьют, - наконец произнес он, отвернувшись.
– И ты сможешь с этим жить?
Он не ответил.
Ленкара, подойдя к нему, бережно обняла его со спины и прижалась щекой.
– Расскажи мне, что у тебя происходит, - попросил она. – Что заставило тебя бороться за трон, и почему ты теперь убегаешь?
Он резко обернулся, поймал ее за руку и, взглянув в глаза, просто выдохнул, снова отступая. Он не знал, как это можно объяснить, как все это можно рассказать, а она не торопила его. Просто взяла за руку и увлекла на кровать, где, кутаясь в простынь, села рядом.
– Мой старший брат убьет всех младших, когда станет королем, - наконец произнес Эеншард, глядя в сторону. – Он уже убил многих, и я ничего не смог сделать. Я даже не смог вывезти никого из них, когда сам покидал Эшхарат.
Он хмурился так сильно, что морщинки на его лбу меж бровей пульсировали от напряжения.
– Я ему не соперник. Я не могу быть хорошим королем и…
Ленкара не дала ему договорить, коснувшись пальцами его губ.
– Будучи наследницей, я сбежала, но я точно знаю, что ничего страшного при этом с моей родиной не случится, - прошептала она. – Мой род лишится власти. Моя сестра подпишет отречение, когда придет время, а трон займет кто-то из рода Элуров, скорее всего, Амран. Какое-то время моим соотечественникам будет трудно, но не будет войн и трагедий, а что будет с твоим домом, если ты сбежишь?
Эеншард отвернулся
– Эни, просто скажи, сможешь ли ты жить с этим?
Его передернуло, и он все же посмотрел в ее синие глаза.
– Меня учили править, - прошептала она. – Я помогу тебе, если ты позволишь. Я буду рядом с тобой, даже если это будет опасно.
Он не ответил, а, просто взяв ее за плечи, уронил голову. Ленкара только улыбнулась, обнимая своего возлюбленного. Теперь она знала, почему ей суждено было оказаться на юге.
Проснулась принцесса от тихого разговора. Шепот Эеншарда, как всегда, был слишком громким:
– Ты ничего мне не должна, - сказал он кому-то.
Ленкара спала плохо. Сначала ей было неловко спать рядом с Эеншардом, что, обнимая ее, прижимался к ее спине возбужденным членом.
– Спи, - шептал он ей, уткнувшись носом в плечо.
– А ты уснешь? – спрашивала она неуверенно.
– Усну, - глухо отвечал он.
Ленкара думала, что он лукавит, и, робко касаясь его руки, смотрела в стену каюты, но громкий храп вскоре убедил ее в обратном. Эеншард, нос которого неоднократно ломали, храпел так, что спать с ним рядом было просто невозможно. Не понимая, как он сам может спать с таким-то шумом, принцесса промучилась большую часть ночи, а потом провалилась в сон, побежденная усталостью.
Теперь же она не спешила выдавать свое пробуждение, осторожно поглядывая в сторону голоса.
– Значит, мы все же возвращаемся? – спрашивала женщина, стоявшая возле эштарца.
Эеншард сидел у стола, позволяя женщине снова менять повязку на его плече.
– Видимо, - неуверенно ответил Эеншард. – Только ты можешь не ехать с нами.
Женщина усмехнулась.
– Твоя рука почти зажила, это добрые новости. Теперь и притворяться не придется, правда?
Эеншард не ответил, только его рука легла женщине на ягодицу и сжала.
– Тише, - прошептала женщина. – Не думаю, что твоя невеста поймет подобные шутки.
Она не пыталась убрать его руку. Он сам отпустил ее и даже отвернулся.
– Я останусь с ней, - сказала женщина уверенно. – Да, быть может, в Эштаре мне не будет счастья, но едва ли я выживу одна. Предлагаешь уплыть в Сун? Но что я там буду делать? Тихо доживать свою жизнь после всего?
Говоря это, она складывала флаконы в небольшой ящик и прикрывала их плотным темным полотном.
– На правах твоей старшей наложницы, я могу помочь твоей жене.
– Улия, ты…
– Эйн, я так решила. То, что ты забрал меня одну – это высшая признательность, но прими мое решение и, прошу, не забывай про Дерб и ее ребенка, раз уж ты возвращаешься.
Эштарец только скривился. Невольно взглянув на Ленкару, он заметил синие глаза и замер. Принцесса неловко улыбнулась. Чувствуя неприятное волнение, боясь понимать, кто эта женщина, ей захотелось, как маленькой девочке спрятаться под легким покрывалом по самую макушку, словно так ее можно было не заметить, но она не стала этого делать, продолжая смотреть в черные глаза.