Зверь
Шрифт:
— Все будет лучше, чем выглядит, я обещаю. Просто потому, что они ничего не
смыслят в дизайне, не значит, что они не умеют готовить. Клянусь.
34
Его редкая улыбка была заразительной, и тут я поняла, что начала застенчиво
улыбаться Зверю в ответ.
— Хотела бы я попробовать.
— Попробуешь, — сказал он. — Заказывай, что хочешь. Без проблем. Я угощаю.
— Все, что
— Табита? Что происходит?
Я могла почувствовать, как мое лицо начал заливать румянец, пока я избегала его
взгляда.
— Я, эм, довольно давно не была нигде, кроме «Тако Белл». Они, в основном,
специализируются на бурито, ты в курсе? Я даже не могу прочитать половину блюд из
меню, — произнесла я, пока все еще сжимала в руках меню. Оно было преимущественно
на испанском, с несколькими фразами, написанными по-английски, что все равно ничего
для меня не значило. «Фаршированные перцы, запеченные в кляре по бабушкиному
рецепту».
У него засияло лицо.
— Ох, женщина, это не имеет большого значения. Я могу научить тебя, ладно? Вот,
взгляни на эту страницу вместе со мной.
Он рассказывал мне, что означали те или иные названия, и я, наконец, решилась
заказать грибную «Кесадилью» с гуакамоле, рисом и бобами на гарнир.
Поинтереснее на вкус, чем блюда, которые я заказывала в «Тако Белл», но не такие
устрашающие по названию, как «Фахитас» или «Фаршированные перцы».
Зверь заказал на обед блюдо, которое, как он сказал, в переводе звучало: «Олд
клофс», и по факту являлось вкусной томленой говядиной, и что-то, что называлось
«Севиче» на закуску для нас обоих. Я открыла рот, чтобы повторить названия, которые
произносил он, после того, как ушла официантка.
Когда она принесла пару ложек, Зверь протянул одну из них мне.
— Это суп из рыбы, — сказал он, — за исключением того, что он приготовлен не на
огне. Он заправлен соком лайма. Суп настолько кислый, насколько это позволяет рецепт,
но невероятно вкусный и нежный.
— Ага, — сказал я, пока все еще рассматривала тарелку. Ложка была у меня в руке,
но я не сделала ни одного движения, чтобы съесть рыбу. Рецепт или нет, но это выглядело
как куча сырой рыбы в суповой тарелке.
Он запихнул ложку в рот и прикрыл глаза, издав почти непристойный звук, будто бы
от удовольствия.
— О Боже, это так вкусно, — сказал он. — Ты уверена, что не хочешь попробовать?
— Я не большая поклонница рыбы, — призналась я. — Я имею в виду, что не
против когда она приготовлена, но... суши? «Севиче»? Все это кажется, сумасшествием.
— Ох, хорошо. Мне больше достанется.
35
Он
ему пришлось потратить на меня время и деньги.
Если мне придется с ним жить, то, возможно, я могла бы спросить...
— Откуда у тебя деньги? Ты работаешь? — спросила я.
— Эм, не совсем, — сказал он, потерев затылок. — Мой отец погиб на задании,
понимаешь? Так что нам не пришлось беспокоиться о выплатах пенсии ветерана войны, и
моя мама потратила ее на то, чтобы выкупить хижину. А затем, со мной произошел...
несчастный случай, и я оказался нетрудоспособным на протяжении нескольких лет. Это
не проблема, если у тебя нет ипотеки или машины, взятой в кредит, то все в порядке. Моя
мать не позволила бы мне жить на одну пенсию, так что она инвестировала все деньги.
Иногда я подрабатываю у приятеля в автомастерской, ремонтируя автомобили. У меня не
много денег, но мне хватает. На данный момент.
— Звучит... — я замялась.
Звучало так, будто чтобы получить деньги, ему пришлось убить собственного отца и
сжечь тело.
Я не могла сказать, что он везунчик.
— Это — палка о двух концах, — сказал он. — Я имею в виду, со мной произошли
дерьмовые вещи, но мне посчастливилось извлечь из них некоторую пользу, что удается
не всем, понимаешь?
— Где твоя мама? — спросила я.
— Она тоже умерла, когда мне было девятнадцать, — сказал он. — Так, это было
пять... нет, шесть лет назад.
— Я думала тебе...
— Двадцать пять, — уточнил он. — И хотя, последние несколько лет я провел
скрываясь в лесу, я не чувствую себя старым, понимаешь?
Я пожала плечами.
— Я совершил много глупостей, когда был моложе, — сказал он. — Вот почему я
знаю таких дерьмовых людей, как твой отец. Я сам был таким же дерьмом.
Он замялся.
— Мне жаль, — сказал он. — Я должен был рассказать тебе об этом до того, как ты
переедешь ко мне, просто я не ожидал, что он тебя вышвырнет. Я думал рассказать тебе
обо всем при более удобном случае, понимаешь?
— Ты изготавливал метамфетамин, — поняла я.
Он молча смотрел на меня.
— Все это многое объясняет. Зная своего отца, плюс ужасные ожоги и чувство вины.
А потом, пару недель назад я спросила, можешь ли ты готовить, и ты поморщился. Ты
умеешь готовить, и тебе... действительно не повезло.
36
— Да, — сказал он. — Я варил мет. И это правда было самым плохим выбором,