Зверь
Шрифт:
– - Привет, - бубню неразборчиво. Мешает находящаяся во рту щётка.
В месте соприкосновения наших тел кожу жжёт просто невыносимо.
Выдыхаю, только когда Айдар отходит.
Но расслабиться не получается.
Шокировано распахиваю рот, когда в отражении зеркала вижу, как одним движением Айдар избавляется от боксёров и заходит в душевую кабину.
Прокатившая вдоль позвоночника жаркая волна, оседает в животе томительным напряжением.
Прикрыв на мгновение глаза, чувствую,
Что за ящик Пандоры он во мне открыл?..
Говорят, что за каждым нервным тиком скрывается увлекательная история.
В нашем случае не совсем увлекательная, но к тику я кажется уже близка.
Быстро заканчиваю с чисткой зубов и тихо ретируюсь из ванной.
В комнате удаётся перевести дух.
Из шкафа достаю длинную футболку и скинув полотенце, торопливо натягиваю её на себя.
Я не такая смелая как Айдар, чтобы оголятся при нём.
Взяв со столика крем для лица, наношу его на кожу ровным слоем.
Снимаю с головы своеобразный тюрбан и встряхиваю волосы пальцами.
Успеваю лишь пару раз пройтись по ним расчёской, когда в комнату возвращается Айдар. В одном лишь полотенце, обмотанным вокруг бёдер.
Отвернувшись от него, продолжаю расчёсывать волосы.
– - На субботу ничего не планируй, - нарушает он тишину.
Зависаю, под оглушающую частоту собственного пульса.
– - А что будет в субботу? – не оборачиваясь, растерянно спрашиваю я.
– - Бракосочетание.
Сердце ухает вниз.
Резкий скачок адреналина сбивает разом все внутренние системы.
Становится жарко и муторно как-то.
Кончики пальцев рук и ног немеют.
– - Чьё? – выдыхаю, заранее зная ответ.
Медленно втягивая кислород, надеюсь привести взбесившийся пульс в норму.
Это становится бессмысленным, когда сзади раздаётся уверенный ответ:
– - Наше.
Глава 56
Лера
Медленно обернувшись, сталкиваюсь с его непреклонным взглядом.
– - Наше?.. – переспрашиваю ошалело.
Это слово острым клинком вонзается в меня.
Режет на части мою веру в светлое будущее.
– - Наше? – повторяю, повышая голос.
– - Да, Лера. Наше. Что не так?
Шакуров, не обращая внимания на моё возмущение, берёт с кресла свои штаны, видимо брошенные туда вчера перед сном.
– - Ты всё время так будешь делать, да? – спрашиваю еле слышно, чувствуя, как неумолимо закипаю от злости.
От его самоуверенности у меня аж зубы сводит.
– - Как, Лера?
– удивлённо изгибает бровь.
И впрямь не понимает?..
– - Относиться ко мне как к пустому месту! – понимаю, что меня несёт, но сейчас вряд ли что способно остановить
– - Ты против?
Его спокойствие действует на меня как красная тряпка на того самого парнокопытного.
– - Да, твою мать, я против! – почти перехожу на крик.
– - Почему?
Это просто невыносимо.
Кажется я близка к тому, чтобы начать биться головой о стену.
– - Давай напомню, если ты вдруг забыла, - говорит, делая шаг ко мне, я же напротив отступаю. – Всего день назад ты сказала, что любишь меня. Так?
Я не знаю, как мне удаётся не показать, как больно становится от его слов. Никогда в жизни не испытывала большего разочарования.
Чёртов киборг!
Думает получил козырь на руки?
– - Да, верно, - цежу зло. — Только это не даёт тебе право принимать за меня решения.
В моменте наблюдать как его корёжит от моих слов – особый вид блаженства.
– - Лера, завязывай. Или тебе нравится сопротивляться мне? Иначе я просто не понимаю твоего поведения.
И ведь он сейчас говорит правду.
Он действительно ничего не понимает.
Горло клинит от болезненного спазма.
Тело электрическими импульсами бьёт мандраж.
Злость тот ещё двигатель. Заряжает энергией сверх меры. Под завязку.
– - Знаешь, Шакуров, - произношу обманчиво спокойным тоном, - я в какой-то момент стала думать, что смогу жить с тобой… вот таким. Но нет! Сейчас точно поняла, что нет.
Это признание как прыжок с моста. Взрыв адреналина обжигает до невидимых волдырей.
– - Каким таким? – спрашивает он вкрадчиво и страшно. Захлебнуться можно от небывалого всплеска эмоций в его тоне.
Знаю, что хожу по краю провоцируя зверя, но как отказать себе в удовольствии в коем-то веке наблюдать его реакцию?
Пульс продолжает грохотать в висках, грозя скачком давления.
– - Бесчувственным, безэмоциональным, хладнокровным, равнодушным, бессердечным, чёрствым, непробиваемым… Киборгом! – последнее слово выкрикиваю на пике повышенной экспрессии. – Могу бесконечно продолжать! И это всё будешь ты!
Даже не берусь понять, что больше его задело, но его потяжелевший взгляд точно не предвещает мне ничего хорошего.
– - А теперь выйди из моей комнаты, мне нужно переодеться, - сложно мыслить здраво находясь под действием гнева, усиленного разочарованием. – И впредь не смей сюда являться, когда тебе вздумается! Ты нарушаешь мои личные границы!
Меня начинает потряхивать от исходящей от него давящей энергетики.
Вены на его руках и шее вздуваются. Черты лица становятся более выраженными.