Зверь
Шрифт:
– Да, с минуты на минуту должны доставить. А что, есть другие предложения, коллега?
– Можно мне присутствовать при его допросе?
Вижу, что нашему философу, родоначальнику теории о мыслящей энергии, очень хочется встретиться лицом к лицу с нашим "зверем". Как никак, у того тоже есть своя философия о миропорядке и что в нем есть человек. Надо Андрею доставить удовольствие. Он это заслужил.
– А давай, Андрей Петрович, поступим так. Ты будешь его допрашивать, а я, с твоего разрешения, посижу вон там
– Вы должно быть пошутили?!
– не поверил он в мою искренность.
– Нет, вполне серьезно. Не с моими потрепанными нервами разговаривать с этим козлом. Так что, действуй, коллега.
– Я встал и пересел в угол кабинета. Говоров занял место за столом, вставил в машинку бланк протокола допроса подозреваемого и, глядя на меня нахальными глазами, проговорил:
– Вообще-то, я предпочитаю допрашивать без посредников и свидетелей, но из-за моего глубочайшего уважения к любимому начальству делаю для вас исключение из правил.
– Ни фига, блин, заявочки! Вот и делай после этого людям добро. Они потом тебя этим же и по мордам!
– "возмутился" я.
В это время в дверь постучали, а ещё через мгновение в кабинет вошел начальник конвоя - молодцеватый прапорщик внутренней службы. Увидев за столом Говорова, удивился и даже несколько растерялся. Но вот его взгляд нашел меня. Он, прищелкнув каблуками, доложил:
– Арестованный доставлен.
– Хорошо. Вводите, - сказал я.
Глава тринадцатая: Говоров. Допрос Баркова.
В безукоризненной "тройке", белой сорочке, галстуке и с наручниками на руках Барков выглядел очень современно. Этакий типичный представитель криминальной России. Он был чертовски красив. Без платья и обильной косметики даже больше приобрел, чем потерял. Бледное с тонкими чертами лицо его было внешне спокойно, а голубые глаза смотрели на меня даже насмешливо. Трудно представить, что вот этот вот господин является организатором столь чудовищных преступлений. Я долго думал над всем этим, Не мог человек с нормальной психикой такое сотворить. Глядя на него, трудно это предположить. И все же в лице его едва уловимо сквозила какая-то обреченность, фатальность, будто он чувствовал приближение скорого конца.
– Здравствуйте, Андрей Петрович! Я верно запомнил ваше имя, отчество?
– проговорил Барков.
– Здравствуйте, Дмитрий Александрович! Я действительно тот, кем вы меня только-что назвали. Ваша память на этот раз вас не подвела.
– Она меня никогда не подводила, - пожал плечами Барков, как бы удивляясь неуместности моих слов.
– Что ж, буду только рад, если вы это докажите при нашей беседе, ответил я.
– Присаживайтесь, пожалуйста!
– Извините, но в наручниках за спиной мне это будет сделать довольно трудно, - усмехнулся Барков.
– Товарищ прапорщик, снимите с него наручники, - обратился я к начальнику конвоя.
Тот
– А кто этот господин?
– кивнул Барков в сторону Иванова, потирая затекшие запястья и садясь.
– Я здесь совершенно случайно, - тут же среагировал Сергей Иванович, опередив меня.
– Не обращайте внимания. Я тут тихо посижу, послушаю. Кстати, намедни виделся с нашим общим знакомым Владимиром Ильичем Тумановым. Он много о вас рассказал интересного. Просил кланяться.
Лицо Баркова дрогнуло, выразило растерянность, затем стало злым, подурнело.
– Так вот почему вы на меня вышли. Зря я тогда не прикончил этого... этого режиссеришку, - мстительно сквозь зубы процедил Барков.
– Не обольщайтесь, милейший.
– насмешливо ответил Иванов.
– На вас мы вышли гораздо раньше встречи с Тумановым. Наши работники разными путями, но пришли именно к вам. Так что у вас не было шансов избежать встречи с нами.
– В таком случае, поздравляю. Честно признаюсь, не ожидал.
– А это все потому, что недооцениваете оппонентов. Считаете, что вы один такой умный и талантливый. Кстати, и к Туманову вы несправедливы. Никакой он не "режиссеришко", а очень талантливый режиссер.
– А-а!
– презрительно проговорил Барков, махнув рукой, как бы говоря: "Что вы в этом понимаете!" Правое веко его заметно дергалось.
– И все же, кто вы такой? Я не привык разговаривать с незнакомыми людьми.
– Это руководитель следственной группы, начальник следственного управления прокуратуры области Иванов Сергей Иванович, - представил я шефа.
– Вот как?!
– удивился Барков. Посмотрел долгим внимательным взглядом на Иванова.
– Много наслышан.
– Извините, Андрей Петрович, что невольно вмешался в ваш допрос, сказал шеф.
– Продолжайте.
– Итак, Дмитрий Александрович, я могу расчитывать на откровенный разговор?
– спросил я Баркова.
– На предельно откровенный, - ответил он.
– Мне нечего скрывать. Как я уже говорил - я свою партию безнадежно проиграл. А потому не вижу смысла что-либо скрывать... Вас очевидно интересует: как я решился на столь опасное предприятие?
– "Предприятие"?! Не скромничайте, Дмитрий Александрович. От вашего, как вы выразились, "предприятия" два месяца город на голове стоит. Если верить уголовному кодексу, вы совершили особо опасное преступление, аналогов которому я ранее не встречал. Вы со мной согласны?
– А-а, бросьте вы!
– пренебрежительно отмахнулся от моих слов Барков.
– Как говорил когда-то поэт: "Большое видится на расстоянии". История нас рассудит. Вполне возможно, что не дав мне закончить фильм, вы совершили гораздо большее преступление, чем я. Лично я в этом уверен.