Зверь бездны
Шрифт:
· Быть естественным и в радости и в боли.
· Доброта при встрече со злом.
· Простота с присущей ей силой.
· Аскетизм желаний, позволяющий собраться для битвы.
«Человек — плоть от плоти природы, ему свойственно все, что дано теплокровному существу, но преодоление боли, страха и естественного стремления к покою, добровольный отказ от довольства и удобства переносят человека на другой уровень сознания, даруют власть над животными энергиями, позволяют овладеть творческими и духовными силами… — вспоминал Обреченный наставления Мерлина. — При этом внешний мир надо воспринимать как удар. Удар всегда прям. Энергия
В кругу рыцарей Мерлин преподавал особую русскую рунику: «черты и резы», прообраз священных начертаний исконной русской грамоты. Изучение северных рун составляло особый раздел воинской науки.
— Руны — культурный слой Туле, северного материка, — говорил Мерлин. — Спускаясь с полярных высот, люди утрачивали понимание полярных символов, забывали изначальные заповеди своего рода и с неизбежностью опускались на нижнюю ступень. Великий год, время Богов, разделился на суетливые сутки, священное цикличное время превратилось в колодец без дна. Произошло замутнение смысла, разложение, и уже не дух стал мерой всех вещей, а сам человек с его ошибками и заблуждениями. Руны — память о мировом истоке. Наиболее ранние руны обозначают священные понятия и отражают структуру мира. Не думайте, что русская руника исчезла, руны живы и сегодня, в современном русском языке они стали корнями и суффиксами.
На языке древних русичей слово «руна» означало «ровная», «прямая». Так же безупречен и прям должен быть путь воина. В этих простых чертах и резах содержалась наука не только физического, но и духовного боя, ступени побед и преодоления. Твоей руной, Обреченный, будет «тюрс» — вертикально стоящее копье Одина. Эту руну еще называют Одноруким воином. Это знак земного мужества, пришедший еще из времен неолита, это не знающий промахов стрелец, вечно устремленный к запредельным сферам: стрела действия, пущенная неукротимой волей.
В традиции эта руна служила знаком сакрального мужества, должно быть, поэтому земные прообразы этой руны — копье, а впоследствии стрела — использовались на славянских свадьбах. Так, фату невесты сдвигали в сторону копьем, символизируя отдачу ею девственности мужчине-воину. На языке символов копье означает смерть, но не умерщвление врага в прямом смысле, а перемена, метаморфозы бытия, посвящение в новое качество. Во время свадебного обряда девушка умирала как невеста и рождалась для новой жизни как жена, хранительница жизненного огня. Со стрелой был связан и обряд выбора невесты, как об этом рассказано в русских сказках.
Изучение четырех вед и древнеарийских текстов сочеталось с уроками бесконтактного боя и изучением приемов самбо. В становлении воина не было мелочей, в заключение начального обучения, его первой ступени, Мерлин открыл ему еще один важный завет, завет «Чистой пищи»:
— Человек — существо информационное, поэтому в окружающих его предметах и явлениях, в воде и пище особенно важна информационная составляющая. И главное условие информационного и телесного здоровья — чистота потребляемой воды, пищи и информации. Это настолько важно, что все философские школы разработали особые системы питания для своих адептов. Мед, хлеб и чистая родниковая вода являются символами чистоты и мудрости. Ни молока, ни пива, ни вина, ни браги, ни мяса не употребляют адепты духовных учений. Все это порождает информационный шум. Всякая пища должна быть чисто выращена, чисто добыта и чисто приготовлена. Тогда она дарит силу, радость и здравие вкушающему ее с молитвой благодарения.
Он был еще только на середине пути, но работа всех систем его организма,
Его физическое тело было полностью восстановлено, впереди была самая сложная ступень особой подготовки. Он учился мыслить не только мозгом головы, но позвоночником и костным мозгом. Он учился постигать духовные миры, поначалу обтекаемо в виде теней и смутных образов. Особой ступенью психологической подготовки была игра в смену образов, чтобы выявить в себе нечто постоянное, не подверженное излому и искажению. Он учился быть сторонним наблюдателем собственных злоключений во время тренингов и рискованных испытаний на местности. Он взращивал в себе этого наблюдателя, невозмутимого в самом пекле страстей. Эта отрешенность от личных эмоций и переживаний теперь составляла суть его личности. Еще два солнечных месяца и магические технологии Мерлина сделают его «русским терминатором», безупречным рыцарем Севера.
Он не сразу заметил, как изменились его способности. Словно сами собой открывались все новые родники в его сознании: появилась способность к скорочтению, к неограниченному получению и осмыслению новой информации. Он больше не уставал и среди самых разнообразных явлений мира находил глубинные связи и учился понимать одно через другое.
В тот день, по совету Мерлина, он изучал «Откровение» Иоанна. Верховный волхв Камелота предупредил, что в тексте «Откровения» содержится полное описание семиглавого Зверя Бездны.
«Зверь, которого ты видел: был и нет его. Семь голов суть семь гор. На которых сидит жена и семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет недолго ему быть. И зверь, который был и которого нет, есть восьмой из числа семи. Жена, которую ты видел, есть великий город, царствующий над земными царями».
— Существует известное изречение, гласящее, что «сила дьявола в том, что он убедил людей в собственном несуществовании», — говорил Мерлин, — но «дьявола» действительно не существует. Комплекс качеств, именуемый «дьяволом» не имеет опоры в существующем «позитивном» мире. Его можно определить только через категории «небытия». Образ «дьявола» создан напряженным воображением миллионов страшащихся, то есть по сути «мечтающих» о пришествии Антихриста. Семиглавый Зверь Бездны соотносим с числом чакр, энергетических родников в спинном мозге человека. Об этом же говорит утверждение апостола о том, что число этого Зверя — число человеческое. Если вся природа человека, от макушки до ее антипода, попадает под власть Зверя, то для борьбы со Зверем надо последовательно срубить все семь его голов, как это описано в русской сказке об Иване крестьянском сыне и Чуде-Юде. Надо полностью освободить свою позитивную природу от порчи, вырвать из когтей небытия. Истребить Зверя Бездны, как злое наваждение.
И чем дальше Алексей изучал священные тексты, тем больше убеждался, что дьявола, как пугающей обывателя персоны, нет. Он — принцип, пародия. Причем не на Бога, а на самого человека. Он — клубок из животного эгоизма и довольно примитивных, пошлых уловок для поимки и удержания душ. Он — грязь, паутина, тень из низшего мира, забравшаяся на чужой шесток.
Вечернюю тишину взорвал дребезжащий звонок.
— Срочно включи «Апломб», — раздался на другом конце провода голос Кобальта.
Алексей щелкнул пультом. Экран засветился.