Зверь 4
Шрифт:
Я взглянул на улыбающегося преподавателя. Тот точно знал о свойствах багульника, но вот как он… А! Так он фильтр в нос вставил. Вон небольшие черные комочки из ноздрей виднеются. И спецом поставил меня так, чтобы я вдыхал дурман…
Ну что же, я тоже не пальцем деланный!
Если преподаватель захотел позабавиться, то я в ответ тоже пошучу… Эх, что-то в последнее время у всех появилось настроение поднасрать близкому своему. То у Говардского с Лопыревым, теперь вот у Крапивы.
Сам лешачок по виду напоминал ожившую человеческую статую из дерева, какими их делают не очень умелые плотники.
В костюме лешачок смотрелся нелепо, но упорно носил его, словно подчеркивая свою принадлежность к человеческим существам. Да, как преподаватель травоведения, он был на высоте, а вот как человек — не очень…
Нет, я понимал, что задумал преподаватель — он слегка помурыжит меня, а потом даст нюхнуть нашатыря и покажет свою «закладку». Скажет, что если вдруг мы почувствуем такой запах, то нужно срочно принимать меры.
То есть произведет опыт со старостой, дав остальным понять, что учителя всё-таки выше даже самого высокопоставленного ученика. А мне вот терять авторитет как-то не с руки. Тем более, я знал, что нужно делать в таких случаях.
— Да, Митрофан Валерьевич, я с радостью отвечу на все ваши вопросы. Только воздуха глотну немного, а то что-то в голове помутилось, как будто кто-то запрещенное растение в аудиторию принес, — сказал я и пошел к окну, где успешно впустил свежий воздух в кабинет. — Нет, я не имею в виду вас, преподавателя травоведения, ведь вам и в голову не придет травить своих учеников. Это же может вылиться в большой скандал, когда на свет подобное всплывет. Скорее всего, кто-то имеет против вас зуб и хочет, чтобы вы вылетели со своего места, как пробка из бутылки с шампанским.
Листочек герани, который я незаметно сорвал, пока открывал окно, размялся в пальцах. После этого я сделал вид, что зеваю и забросил его в рот. Кислый сок должен ударить по вкусовым сосочкам, а те возбудят задурманенный мозг. Слабая защита против багульника, но всё же…
— Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, господин Южский, — попытался скорчить невинность Крапива. — Думаю, что вы не готовы к уроку и поэтому устроили подобную клоунаду. Я вот ничего не чувствую.
Выдернуть у него из носа фильтры или не надо? В первом случае я разожгу скандал, могу довести дело до увольнения лешачка, а вот во втором случае… Во втором случае смогу обрести союзника. В конце концов все мы не безгрешны, всем хочется показаться лучше, чем есть на самом деле.
Ну да, если выкинут его с волчьим билетом, то куда пойдет лешачок? Топиться? Так не утонет же. Скорее всего сгинет где-нибудь в грязной подворотне и растворится искрами в огне бездомных.
— Да? Может быть, и показалось, — улыбнулся я. Герань дала свой эффект и в голове прояснилось. — А задавали вы на дом выучить про магические свойства болиголова. Я же правильно говорю?
Сидящие Говардский и Лопырёв
— Хм… Может быть и правильно, — неопределённо сказал Крапива. — Так что вы можете нам поведать о болиголове?
Что я могу поведать? Я сдержал усмешку. Поведать я мог многое, ведь именно с болиголовом были наши первые опыты с Радибором Черновым. А уж как Велизар нас наказывал после каждого неудачного опыта… Очищение большого двора от снега детскими совочками было самым легким из наказаний.
Мда, про болиголов я мог рассказать многое, но нужно ведь оставаться в рамках учебной программы, чтобы не спалиться. Чтобы не показать себя до хрена умным и разбирающимся в предмете лучше преподавателя. А то начнем с ним интеллектуальными письками меряться и заберемся в такие дебри, из которых потом хрен выберешься с минимальными потерями.
— Болиголов крапчатый — это многолетнее травянистое растение высотой от метра до двух. Стебель с хорошо заметными красноватыми крапинками, полый, с мучнистым налетом. Цветки собраны в зонтичные соцветия, венчики цветков белые. Растет в зарослях лопухов, на замусоренных лесных опушках, в кустарниковых зарослях. Принадлежит к числу самых ядовитых растений европейской флоры, — отчеканил я так, как был в учебнике.
— Хм… В принципе, всё правильно. А что вы можете сказать по поводу его магических свойств? — покивал лешачок.
— По поводу магических свойств? Болиголов в основном используется для вызовов духов и для разрушения любовных связей. Если захочет какая девка отбить мужика и увести его из семьи, то вряд ли обойдется без болиголова. На ведьминских шабашах частенько варится в котлах. Сам я не пробовал того варева, но таксисты из Ягандекс как-то рассказывали.
— Что, прямо так и рассказывали? — спросил с усмешкой преподаватель.
Ага, похоже, что оправился от недавно нанесенных мной ментальных ударов и вернул свою насмешливость. Ну что же, надо тогда напомнить про то, что я не пальцем деланный.
— Да, иногда рассказывали. Ещё про багульник упоминали, который память может напрочь отшибить, но такое пойло у них редко когда получается. Говорят, что не каждый может этот цветок в правильное время собрать.
Улыбка сползла с деревянного лица лешачка.
— Ещё какие-нибудь вопросы есть, Митрофан Валерьевич? Рассказать, как болиголов использовали для легкой казни в древности? — спросил я участливо. — Как он повышает артериальное давление и вызывает учащенный ритм сердца?
— Нет, не нужно. Вижу, что предмет вы знаете, господин Южский. Садитесь на место. Пять.
— Спасибо, — кивнул я и направился к своему месту.
Дальше урок пошел без эксцессов.
Уже после урока я проходил мимо преподавателя и шепнул ему негромко:
— Митрофан Валерьевич, я никому не скажу про багульник, но и вы не делайте так больше.
— Догадался? — с усмешкой взглянул Крапива. — Или знал наверняка?
— Кто-то из дворни показывал, — уклончиво ответил я. — Оттого и запомнил.
— Хорошая у вас память, господин Южский, — сказал Крапива. — Не стоило над вами пытаться подшутить.