Зоя
Шрифт:
***
Утро понедельника пришло с дождем. Его косые капли барабанили в окно моего кабинета, нарушая тишину и обыденность комнаты. Серое небо обрело унылость в своем ровном оттенке. Ветер порывался выгнуть зонты прохожих, чтобы позволить своему другу-дождю украсить ткань их одежды.
Я уже привык к этим серым будням, будто погода тоже переживала эмоциональный кризис и накрывала им Барселону. Я всегда не любил такие дни. А хотя… что или кого я любил или люблю? Отца? Брата? Невестку? Будущего племянника? Наверное, подобную привязанность
Но мне проще назвать то, что я не люблю: дождь, зиму, дешевый кофе, светские новости и поп-музыку, китайскую еду и воду без газа, отдых за городом и кровожадных комаров, к которым никто не питает симпатию.
Зато большинство любят своих родителей. И крайне редко кто-то может сказать, что вот уже пятнадцать лет не любит и не уважает свою мать.
А я могу.
— Господин Эскалант, прибыл сеньор Бланко…
Голос секретаря вывел меня из мрачных раздумий, и я отошел от окна.
— Ну, как дела? — улыбался мне друг, уже сидя в кресле напротив.
— Поездка оказалась очень успешной! — уклончиво ответил я.
— Да? — вскинул брови тот. — И что, ты нашел ее?
Мои внутренности сжали мерзкие клещи неприязни. Так, нужно срочно воспитывать в себе более приятные чувства к собственной жене.
— Почти, — я сделал глоток двойного эспрессо, только что принесенного секретарем. — Теперь я знаю ее имя, фальшивую фамилию и город, где она последний раз арендовала жилье.
Я замолчал и погрузился в мысли о будущей встрече с женой спустя не один десяток лет. Какая она? Блондинка? Рыжая? С пирсингом или татуировками?..
— И как ее теперь зовут?
Голос Сезара выдернул меня из размышлений. Мой многозначительный взгляд скрестился с его глазами, и он усмехнулся, покачав головой.
— Гриф «Совершенно секретно». Черт возьми, постоянно забываю о нем!
Глава 41
Сезон разочарования
Мое новое жилище — потрясающее! Оно словно следующая страница из книги о моей жизни, ее новая глава.
Эта история, жанр которой склонен к мелодраме, разделилась на две части. До встречи с Себастьяном и после нее. Первая часть мне нравилась больше.
Выдержав битву убеждений, я переехала на следующий день после того, как узнала правду о нем. Я больше не могла находиться в доме с его семьей. Там витала угроза встречи с ним. Сладостная, желанная угроза…
Злиться на него у меня нет ни желания, ни сил. К тому же он попросил прощения уже давно. Я полюбила женатого мужчину, не желающего любви и привязанности. Он назвал свою женитьбу проблемой и тягостными обязанностями. Его жена — это бремя для него. Мне жаль ее.
Интересно, а кто она? И почему это тайна?
Наверняка Латти и Виктор знают ответы на эти вопросы. Но задавать их я не хочу и не буду. Не мое дело. Да и я не мазохистка, причинять себе боль собственными же руками. Пусть душевную, пусть косвенную,
Суббота. Воскресенье. Понедельник. Вторник. Лекции, работа, встречи со Златой и Ронни, переезд Мари в больницу Стокгольма, прощание с ней… Все превратилось в одну безжизненную реку, текущую мрачно и печально.
Единственным проблеском наслаждения для меня оставались часы моего творчества. Именно в нем я могла позволить себе запретную слабость — рисовать Себастьяна Эскаланта.
***
— Мадмуазель Рольдан, — протянул профессор Эмпе, разглядывая мои новые работы после занятия в среду. — Вы явно шагнули на несколько творческих ступенек вверх!
— Правда?! — у меня все внутри всколыхнулось от радости.
Преподаватель снял очки и посмотрел на меня:
— Более того, я с профессиональной уверенностью могу сказать, что вы составите мне довольно серьезную конкуренцию в современном мире искусства!
Я. Не. Верю. Кому он это говорит?!
— Но я рад этому! — улыбнулся он мне и потянулся к своей сумке.
— Заслуга учителя видна, когда ученик превосходит его самого.
— Спасибо! — воодушевленно прошептала я.
— Держите, — он протянул мне глянцевый флаер в черно-красных тонах. — Это приглашение на презентацию ювелирного дома «Золотая Эпоха». Она состоится в конце ноября.
Я растеряно смотрела то на него, то на приглашения и не знала, как правильно реагировать на такой жест.
— Эту линию создал я, — пояснял он, мягко улыбаясь на мое замешательство.
— Буду рад видеть вас среди своих гостей в компании вашего друга или подруги. Хочу познакомить вас с нужными и полезными людьми. Так что соглашайтесь, мадмуазель!
— О, конечно! — я улыбнулась и убрала пригласительный в сумку, собираясь уходить. — Спасибо, профессор!
— Жду новые работы, мадмуазель! — он пожал мне руку и снова вернулся к своим делам.
Я шла к выходу из школы, слегка обескураженная его комплементами и предстоящим событием. А кого же мне с собой позвать? Латти не сможет. В последнее время ей трудно передвигаться, не говоря о том, чтобы выйти в свет через месяц. Ксавьер? Да он там и так будет! Позову Ронни. Да, мне хочется пойти туда именно с этой жизнерадостной и эмоциональной девушкой. Хоть так отблагодарю ее за помощь.
Дневное осеннее солнце грело своими ласковыми лучами. Я с наслаждением подставила им лицо. Жаль, что я не солнечная батарейка! Вот так зарядилась бы и стала улыбаться. Сияла бы себе, лишившись тягостных мыслей и угнетающих чувств.
Но мгновенная легкость покинула мое сознание. Этого так мало! Эх, Себастьян! Как же тебе удалось изменить меня, заполнив собой целый мир?..
Квартира наполнялась солнечным светом и приобретала особую атмосферу уюта в это время дня. Положив сумку с альбомом и учебниками на столик у входа, я поставила чайник на плиту и помыла руки после пыльной улицы.