Зов предков
Шрифт:
— Я тоже так думаю, но доказать не могу. Вачиви была очень храброй женщиной, и я горжусь, что у нас такие предки. Похоже, ее ничто не могло ни сломить, ни запугать, хотя во Францию она попала еще совсем юной.
Слушая Бриджит, Маргерит улыбнулась. Похоже, ее дочь сумела взять себя в руки, но она все равно продолжала за нее переживать. Что Бриджит намерена делать дальше? Как сложится ее жизнь?
— Ну а что собирается предпринять моя храбрая девочка? — спросила она. — Ты останешься в Бостоне или приедешь в Нью-Йорк? Если надумаешь переезжать, то сейчас, по-моему, для этого самое подходящее
— Зато в Бостоне больше университетов, значит, выше вероятность найти работу, — возразила Бриджит. — Пожалуй, я все же подожду, вдруг кто-нибудь откликнется на мои анкеты, а пока университетское начальство думает — попытаюсь закончить книгу.
Но сказать это оказалось куда проще, чем выполнить. Когда на следующий день Бриджит попыталась засесть за книгу, у нее ничего не получилось. После увлекательных поисков сведений о Вачиви проблемы женского избирательного права казались ей незначительными. Ей приходилось буквально выдавливать из себя каждую строку, и, промучившись полдня, Бриджит отложила работу. «Почему вообще, — недоумевала она, — я взялась за эту тему?»
Поев наскоро, она позвонила Эми.
— По-моему, — сказала Бриджит, — я стала настоящим психом.
— Почему? Ты слышишь голоса?
— Пока нет, но… Если говорить откровенно, я была бы этому только рада, но увы, единственный голос, который я слышу, это мой собственный. А меня от него уже тошнит. Наверное, это и называется «писательский затык». Не знаю, в чем причина, — быть может, я расстроилась из-за Теда, но факт остается фактом: я возненавидела свою книгу. Ничего более скучного и быть не может! И о чем только я раньше думала?!
— Самый обычный творческий кризис, — успокоила ее Эми. — Со мной такое тоже бывает. В таких случаях помогают физические упражнения. Сходи погуляй, поплавай или поиграй в теннис. Вот увидишь — все как рукой снимет.
— Боюсь, теннис вряд ли поможет, — задумчиво сказала Бриджит. — В последние десять дней я испытала нечто совершенно особенное. И теперь возвращение к привычной рутине еще больше меня гнетет.
В ее голосе, однако, прозвучали необычные нотки, и Эми сразу заинтересовалась.
— Особенное? — переспросила она. — У тебя кто-то появился?
— Да, — честно призналась Бриджит. — Только это не то, что ты думаешь. Оказывается, среди моих предков была совершенно потрясающая женщина! Она индианка из племени сиу. В ранней юности ее похитили воины враждебного племени, чтобы отдать в наложницы своему вождю, но она убила его и бежала с каким-то французом, который переправил ее из Южной Дакоты во Францию. Там она побывала при дворе Людовика XVI и вышла замуж за маркиза, моего предка. Так, во всяком случае, я думаю.
— Действительно, необычная история… — протянула Эми. — А откуда ты знаешь, что все было именно так?
— Конечно, доказательств у меня нет, — призналась Бриджит. — Просто в этой истории много совпадений, они-то и приводят меня к таким выводам. Достоверно известно только одно: мой далекий предок маркиз де Маржерак женился на индианке-сиу по имени Вачиви, которая каким-то образом попала ко двору французского короля. О девушке именно с таким именем рассказывают старые индейцы, воспоминания которых сохранились
— Похоже, тебе придется начинать все сначала, — сочувственно сказала Эми. — Я бы посоветовала тебе на время забыть о своей книге. Попробуй написать об этой своей родственнице. Мне кажется, это будет гораздо интереснее, чем твоя книга.
— Это точно, — согласилась Бриджит. — Но, ты же знаешь, я работала над своей книгой целых семь лет, и мне безумно жаль просто взять и выкинуть ее в мусорную корзину. Я и так потратила впустую слишком много времени. Шесть лет я встречалась с Тедом, но он меня бросил. Десять лет я проработала в приемной комиссии, но все кончилось тем, что меня вышвырнули. Столько лет, и чего я достигла? Ничего!
— Иногда разумнее просто признать эти факты и смириться, — заметила Эми. — Это как покупка акций компании, которая вдруг становится банкротом. Ничего сделать все равно нельзя, можно только наплевать на потери и начать все заново.
Совет был не просто хорошим — он был единственно правильным, и Бриджит это понимала. И все же она вряд ли сумеет забыть о впустую потраченных годах.
— И чем прикажешь мне заняться? — спросила она упавшим голосом. — Поступить на кулинарные курсы или начать вышивать крестиком?
— Ты сама поймешь, когда будешь готова, — уверенно сказала Эми. — А пока тебе нужно отдохнуть, сменить обстановку. Как насчет того, чтобы отправиться в путешествие? Я имею в виду настоящее путешествие, а не поездку в Солт-Лейк-Сити или в Южную Дакоту. Я бы посоветовала тебе побывать в Европе — там ты сможешь отвлечься. И это вовсе не так дорого, как ты, наверное, думаешь, — в Интернете можно найти дешевые туры, нужно только поискать как следует.
— Хорошо, я подумаю… — проговорила Бриджит, впрочем, без особого воодушевления. — Слушай, Эм, давай поужинаем сегодня вечером. Ты как?
— Сегодня не могу, — сказала Эми извиняющимся тоном. — Надо статью закончить. На следующей неделе я должна ее сдать, а у меня мальчики болели, и я занималась ими, а не статьей. Теперь нужно наверстывать, чтобы уложиться в срок.
Подруги еще немного поболтали и попрощались. После разговора с Эми Бриджит словно ожила. Она задумалась над тем, что сказала ей Эми. Похоже, подруга была права, и ей, чтобы прийти в норму, действительно нужно совершить какое-то безумство вроде поездки в Европу. Почему бы и нет? Наплевать, что у нее по-прежнему нет работы, что книга не пишется, а на личном фронте не предвидится никаких перемен. Зато она побывает во Франции, в Бретани, и, быть может, сумеет отыскать там какие-то дополнительные сведения о своих предках. Если откладывать поездку на потом, она, скорее всего, так и не соберется, а сейчас ей все равно нечем себя занять. Вот и Эми советует… Возможно, путешествие за океан действительно окажется для нее необходимой встряской.