Зов Атлантиды
Шрифт:
– Чистилище. Как у атлантов в Антарктиде.
– Уж лучше так, – кивнула Кейт. – Я умру здесь и больше не воскресну. Очень мирно и покойно.
– Черта лысого!
– Тут я ничего не могу поделать.
– Так к чему же это все? – указал Дэвид на стеклянные резервуары.
– Я пыталась получить доступ к утраченным воспоминаниям в надежде, что они могут скорректировать мое состояние.
– И?.. – во все глаза уставился на нее Дэвид.
– От них ни следа. Должно быть, Янус их удалил. В толк не возьму, как именно – насчет хранения памяти воскрешения действуют строжайшие регламенты. Возможно, компьютерное
– Неправда!
– А что я должна делать, по-твоему?
– Уйти.
– Я не могу…
– Я не стану смотреть, как ты умираешь тут, в лаборатории, плавая в сосуде, как какая-то подопытная крыса. Пойдем со мной…
– Не могу.
– Можешь. Послушай, я вырос на маленькой ферме в Северной Каролине. У меня примерно половина степени доктора философии по средневековой европейской истории, и я отличный стрелок. Вот примерно и все обо мне. Все это настолько далеко за рамками моего понимания, что теряется где-то за горизонтом, но я пройду эту дорогу до самого конца, куда бы она ни завела, – если только мы будем вместе. Я люблю тебя. По правде говоря, ты единственное существо, которое я люблю на всей этой планете. Мы можем уйти отсюда. Я могу позаботиться о тебе. Ты можешь умереть как человек. Мы можем насладиться временем, оставшимся у тебя, прожить каждый день на всю катушку.
– Не знаю…
– Да о чем тут думать?!
Кейт отступила от него.
– Я не собираюсь удирать, чтобы увянуть и умереть. Я хочу сражаться. Я собираюсь продолжать. Я сделаю, что могу, чтобы помочь людям. Вот почему я стала ученым. Вот чему я посвятила свою жизнь и не отступлюсь в свой последний час ради парочки дней комфорта. Вот чему я хочу посвятить свои последние часы.
– А умереть с достоинством? Провести оставшееся время со мной?
– Этого я тоже хочу.
– Я могу вытащить тебя отсюда силком, если тебе будет от этого легче.
– Я тебя не боюсь, – улыбнулась Кейт.
Не удержавшись, Дэвид тряхнул головой и расплылся в улыбке.
– Хочу тебе напомнить, что я вышколенный убийца.
– Я боюсь только необученных убийц.
Он почти помимо воли рассмеялся.
– Невероятно. Послушай, единственное, о чем я прошу, – это чтобы ты обдумала возможность уйти отсюда. «Иммари» разбиты. Чума излечена. Ты отдала довольно. Утро вечера мудренее. Давай поговорим об этом поутру, и надеюсь, мы уйдем вместе.
Дэвид двинулся к дверям.
– Ты куда?
– Мне нужно на свежий воздух.
Пол смотрел на бурлящие тучи в иллюминатор, гадая, ураган это или всего лишь сильная буря. Налетел дождь – сперва порывами, а затем сплошной пеленой воды, толкавшей самолет вниз, заливая двигатели и швыряя Пола, Мэри и троих военных туда-сюда.
Самолет вильнул и снова ухнул вниз, подбросив Пола так, что ремень безопасности больно врезался в живот. Он почувствовал, как ладонь Мэри ложится на его руку, и крепко ее пожал, гадая, удастся ли им дотянуть до Марокко.
Глава 11
Посадочный
На глубине 1200 футов ниже уровня моря
Близ северного побережья Марокко
Если прежде в уединении нуждалась Кейт, то теперь настал черед Дэвида.
Шагая по тесным коридорам корабля и подымаясь на лифте в сырую темную штольню, ведущую на поверхность, он старался не думать, но помимо воли мысли его то и дело обращались к неизбежному решению: остаться или уйти.
Решение остается за Кейт, и каким бы оно ни было, Дэвид понимал, что останется с ней рядом до самого конца, несмотря ни на что.
И только уповал, что конец этот придет не здесь – в этом холодном, темном, чуждом месте. Ему представлялось, как они сидят рядышком у камина в доме его родителей – он читает, она задремывает в его объятиях, как они отсыпаются чуть не до полудня, не спеша никуда и ни ради кого, и все им до лампочки. Они это заслужили. Они свой долг выполнили.
Полнейшую тьму круглой штольни нарушал лишь блеклый свет звезд, и в конце концов Дэвид вышел из нее на залитый лунным светом склон горы. На поддонах у входа стояли несколько ящиков припасов, некоторые коробки были вскрыты и частично опустошены Дэвидом и Мило, питавшимися этими пайками. Берберы, контролирующие Северное Марокко, регулярно их снабжали, чувствуя себя в долгу перед Дэвидом, который помог им захватить базу «Иммари» в Сеуте. Вдали переливалась огнями обширная база. Прожекторы на сторожевых башнях обшаривали своими лучами периметр. Дальше сияли огоньки административных и жилых зданий.
Из-за сияния луны и ярких огней базы Дэвид едва не прозевал Мило, сидевшего за самым дальним ящиком.
Подросток сидел, скрестив ноги и закрыв глаза. На миг Вэйлу показалось, что тот спит, но тут юноша медленно открыл глаза и сделал глубокий вдох.
– Тебе бы стоило поспать, Мило.
– Я бы с радостью. Но мой рассудок отказывается сотрудничать. – Он встал. – А доктор Кейт? Она будет жить?
– Толком не знаю…
– Пожалуйста, поведайте мне.
– Она говорит, что не поправится. Говорит, «Альфа» выдал правильный диагноз.
Мило отвел взгляд.
– И вы ничего не можете сделать?
– Порою не остается ничего иного, как наслаждаться оставшимся у нас временем. В этом нет ничего дурного.
После этого ни тот ни другой не обменялись ни словом. Просто лежали навзничь, глядя на звезды.
Так прошел час, а может, и больше. Дэвид утратил счет времени. Он уже задремывал, когда Мило вдруг нарушил молчание.
– Вы останетесь здесь?
– Надеюсь, нет.
– А куда?
– В Америку.
– В ваши края?
– Угу. В Северную Каролину. Где я вырос. Если она поедет.
– Я хочу увидеть Америку, – обернулся к нему Мило. – Вот почему я выучил английский.
– Ты должен обязательно туда съездить.
До слуха Дэвида донесся треск сломавшейся вдалеке ветки. Насторожившись, он прислушался. Больше не донеслось ни звука.
– Мило, это радио еще у тебя? – прошептал Вэйл.
– Да, – юноша похлопал себя по боку.
– Ступай вниз. И не выходи, пока я тебя не вызову.
Мило прищурился, потом кивнул и бесшумно скользнул с терраски у вершины холма обратно в темную штольню.