Зов Атлантиды
Шрифт:
– О! – подняла брови Мэри. – Ага. Может быть. Это… интересная гипотеза.
– А может, их ДНК составлено из других нуклеиновых оснований… – Пол в глубокой задумчивости побрел прочь.
– А ты… думал об этом, прежде чем решил прилететь сюда? – оглянулась Мэри.
– Нет.
– Тогда…
– Я думаю, этот сигнал может быть связан с Чумой Атлантиды, а может, и с войной, которая могла уже начаться, пока мы тут говорим.
– О. – Мэри помолчала. – Ого.
– Нам нужно кое с кем поговорить. Вероятно, она единственный человек на земле, способный
– Замечательно. Давай позвоним…
– Спутниковые телефоны больше не работают.
– Неужели?
– Нам придется отправиться к ней. Во время последнего нашего разговора она была в Северном Марокко.
В тысяче двухстах футах ниже уровня моря, близ побережья северного Марокко Дэвид Вэйл сидел за металлическим столиком, уставившись на мигающие слова на стенной панели.
Хирургическая операция выполняется…
Таймер обратного отсчета отщелкивал секунду за секундой.
3.41.08
3.41.07
3.41.06
3.41.05
Но Дэвид был в состоянии думать лишь об одном числе. 39 %. 39 % вероятности, что Кейт переживет хирургическое вмешательство.
Глава 9
Оперативная база «Иммари» «Призма»
Антарктида
Арес сидел в глубине ситуационной комнаты с Дорианом и начальником оперативного управления, когда к ним подошел аналитик.
– Сэр, пришел ответ китайцев.
– И?..
– Они говорят: «Не может быть мира с врагом, покушающимся на плотину «Три ущелья» [3] . Китайская стена удерживала варварских захватчиков не одно столетие. В этот раз будет то же самое…»
– Довольно, – поднял руку Арес. – Для справки: простого «нет» было бы достаточно.
– Вообще-то, сэр, мы рассматриваем это как вступление к переговорам, возможно, обозначение переговорной позиции – намек на то, что им требуется, чтобы вступить в диалог. Если мы отдадим плотину «Три ущелья», то может быть…
3
Плотина «Три ущелья» – самая мощная в мире гидроэлектростанция.
– Хватит болтать. Вы повергаете всех слушающих в ступор. Это было требование безоговорочной капитуляции.
– Разумеется, сэр, – кивнул аналитик.
Несколько минут спустя аналитик вернулся. На сей раз, избегая встречаться взглядом с Аресом, он положил листок перед Дорианом.
– Американский ответ, сэр.
И удалился, прежде чем Слоун успел поднять на него глаза.
Схватив листок, Дориан прочел единственное слово. Уголки рта его искривились. «Глупцы. Нет. Храбрые глупцы».
Он отдал листок Аресу.
– «Дудки», – прочел тот единственное слово. – И что же сие означает?
– Это историческая
Арес воззрился на Дориана.
Слоун усмехнулся, наслаждаясь тем, что на этот раз для разнообразия ответ замалчивает он, решив отплатить Аресу его собственной монетой.
– Боюсь, ты недостаточно ориентируешься в истории, чтобы понять.
– Пожалуй, ты мог бы облагодетельствовать меня уроком истории, Дориан. Если только я не прошу слишком многого.
– Вовсе нет. Мы ведь на одной стороне. Как тебе известно, для нас категорически важно делиться информацией друг с другом. Ты разве не согласен?
Арес таращился на него.
– Так, поглядим… В тысяча девятьсот сорок четвертом году, во время Второй мировой войны при сражении в Арденнах, Сто первая воздушно-десантная дивизия оказалась осаждена в бельгийском городке Бастонь под обстрелом тяжелой артиллерии немцев. Она получила от немецкого командования требование о капитуляции. Люди изголодались, устали, у врага было подавляющее огневое превосходство. Положение было безнадежным, но ответ был лаконичен: «Дудки!»
Арес продолжал таращиться с выражением нетерпеливого ожидания.
– Немцы забросали город снарядами, практически сровняв его с землей. Но американцы держались. Менее недели спустя к ним пробилась Третья армия Паттона. Союзники одержали в войне победу.
– И что же это означает, Дориан? – Атлант стиснул зубы.
– Это означает, что они готовы биться до последнего.
– Быть посему. – Арес направился к двери. – Твое племя крайне глупо, Дориан.
«Да, – мысленно согласился Слоун. – Но они доблестные глупцы». Эта разница была важна для него. И в этот миг он ощутил необъяснимую гордость таким ответом при всем его безумии.
Дориан почти задремал, когда в ситуационной комнате затрезвонил сигнал тревоги.
– У нас гости, – доложил один из техников. – Свыше сотни самолетов.
Громадный экран в центре комнаты переключился на карту Антарктиды и Атлантического океана вокруг. В синем море, почти у самой белой дуги вокруг базы «Иммари» пульсировали светло-зеленые точки. Флот «Альянса Орхидеи», состоящий в основном из американских, британских, австралийских, японских и китайских авианосцев и эсминцев, подбирался все ближе к этой черте, но ни одно судно не пересекло ее. Более мелкие желтые точки, обозначающие самолеты, помигивая, тянулись к белому континенту.
– Все корабли еще вне сектора обстрела рельсотронов, сэр. Самолеты только что вошли. Дать залп?
– Когда они смогут открыть по нам огонь? – осведомился Арес.
– Через пять минут.
– Запустите беспилотники, – распорядился атлант.
– Беспилотники? – обернулся к нему Слоун.
– Терпение, Дориан.
Изображение изменилось. Три из мелких зеленых точек отделились от флота, двинувшись на юг, через белую черту.
– Три эсминца идут на сближение. – Техник помолчал, изучая изображение. – Мы можем накрыть их головной батареей рельсотронов, сэр.