Зоосити
Шрифт:
— Та же тактика, но другая стратегия. Речь все-таки идет не о переломе ноги, но о долговременном восстановлении. Кстати, вы могли бы и об этом написать… Привлечь к проблеме внимание общества. Нам помогают спонсоры, но их не так много. Возможно, статья привлечет других…
— Извините, сейчас мне заказали материал о другом. Может, удастся протолкнуть идейку в следующий раз.
— Понимаю. Пойдемте, я покажу вам дортуары.
Мы пересекаем дворик, в котором курят и болтают потрясающе красивые юноши и девушки. У них скульптурные лица и великолепные фигуры.
— Похоже, у вас здесь лечатся одни топ-модели, — говорю я, поднимаясь по лестнице
— Не только модели… У нас есть и музыканты, и диджеи, и журналисты, и рекламщики… При определенном образе жизни рискованное поведение распространяется, как эпидемия.
— Может, назовете кого-нибудь из ваших знаменитых пациентов? Вдруг я их знаю!
— Мисс Декабрь, в нашей клинике соблюдается принцип полной анонимности. Надеюсь, вы не ищете какого-нибудь скандала с участием знаменитостей? Все-таки вы не в таблоиде работаете…
К сожалению, репортер таблоида — шаг вверх по сравнению с моим теперешним положением. Я решаю не спрашивать доктора Ауэрбах ни о Сонг, ни о С’бу напрямую. Вместо того достаю из сумки платок с засушенными листьями, которые я нашла в комнате Сонг, и показываю ей:
— Вы не знаете, что это за растение?
Доктор растирает щепотку между пальцами, принюхивается…
— Я не травник, конечно, но… по-моему, это африканская полынь. Ее очень часто используют для детоксикации, причем как натуропаты, так и приверженцы традиционной медицины… Некоторые наши пациенты пробуют разные методы лечения, в том числе и альтернативные.
— Вы их не одобряете?
— Предпочитаю старые, испытанные средства. Например, очень хорошая вещь — метадон. Конечно, многие лекарственные средства созданы на базе растительного сырья. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и эффект плацебо.
— Имеете в виду магию?
— Ее действенность еще недостаточно изучена.
Я пробую зайти с другой стороны:
— С какими трудностями вы сталкиваетесь в работе?
— С иностранными пациентами? Иногда очень мешает языковой барьер. Кроме того, в нашей стране иностранцев подстерегает множество искушений, связанных с разницей стоимости жизни. В Йоханнесбурге наркотики можно достать без труда и очень дешево. Разумеется, здесь у нас ничего подобного нет. Проблемы начинаются потом, когда пациенты переходят в третью фазу восстановительного курса. Тогда они выходят в реальный мир, а сюда возвращаются только на ночь.
— А как же любовь? — закидываю я удочку.
— Вы имеете в виду сексуальную зависимость?
— Нет, скорее прочные союзы.
— Мы их не одобряем. Дело в том, что наши пациенты часто вступают в сексуальные отношения с единственной целью: найти замену кайфу, другую зацепку. В конечном счете такие отношения не идут на пользу пациентам.
— И все же романы между ними случаются.
— Расцветают, как полевые цветы. Сейчас время очень нестабильное. Здесь они часто образуют чуть ли не семейные союзы, но такие союзы не выдерживают свежего воздуха реального мира. Вы ведь и сама бывшая наркоманка, кому и знать, как не вам. Пары, особенно состоящие из двух зависимых, чаще скатываются к прежним дурным привычкам. И даже если такого не происходит, в реальном мире здешние любовные отношения редко выдерживают испытание временем.
— Можно побеседовать с кем-нибудь из ваших клиентов… простите, пациентов — например, с Найсеньей?
— Да, я охотно помогу вам взять несколько интервью.
Я притворяюсь, будто роюсь в бумажнике:
— Ой! Все закончились!
Глава 17
Home >> SA PSYCHWEB >> Психотерапия для апосимбиотов >> Демистификация Тени
Данная статья суммирует существующие представления об апосимбиотах и предлагает ряд психотерапевтических методов воздействия на пациентов, испытывающих сильную психологическую травму, связанную со страхом. В основе страха — явление, которое в специальной литературе получило название «поглощение Тенью», а в народе называется Отливом.
Хотя следует отдать должное представителям различных религиозных организаций и неклиническим психологам, которые работают с апосимбиотами, ученые не могут закрывать глаза на процесс институциональной стигматизации апосимбиотов, который зачастую проходит даже в рамках психологического сообщества. Врачи, в кругу близких или даже во время публичных выступлений называющие апосимбиотов «оживотненными», «зоо-» или «зверолюдьми», а поглощение Тенью именующие «адским Отливом» или «судом диавола», закрепляют процесс социальной стигматизации и очень часто не осознают, какую травму наносят апосимбиотам, и без того живущим в постоянном страхе перед так называемым Отливом.
Травма, часто воспринимаемая как неоспоримое доказательство всеобщего забвения, подкрепляется склонностью к саморазрушению, которое зачастую находит свое проявление в форме крайнего гедонизма и криминального поведения. Кроме того, в последнее время среди апосимбиотов наблюдается склонность к различным вакхическим культам. В частности, члены секты «Кровавый разрыв» массово калечат своих животных, впадая в исступление и множа собственные страхи перед Тенью.
Стремясь к дешевой популярности, многие СМИ поспешили объявить зоо «экзотикой». В целом же общество игнорирует отчаяние апосимбиотов, которые хотят сами управлять своей жизнью, а не ждать, когда их поведут на заклание, как библейских агнцев, уток или лам.
Обязанность клинических психологов — не заглушать крики о помощи. Нынешнее отношение к апосимбиотам необходимо сменить на более объективный, чуткий и научный подход. В конечном счете следует искать новые пути лечения страха перед поглощением Тенью.
В современной науке распространилось определение так называемого Отлива как одной из форм небытия, психологической антиматерии, которая служит как бы контрапунктом бытия. Утверждая, что Отлив является составной частью жизни, физик Нарим Джазер в труде «Темная материя, Черный суд» (2005) приходит к следующему выводу: «Если где-то во Вселенной существует жизнь, в ней существует и Отлив в какой-либо форме».
Такого рода дефиниция Отлива (не суд Божий, а составная часть Вселенной) помогает облегчить тяжкое бремя вины, которое постоянно ощущают апосимбиоты.
Ван Мер, Ривз и др. (2002) фактически обосновывают устойчивые различия поведенческих стереотипов в группах верующих и неверующих апосимбиотов и обобщают их реакцию на терапию. В ходе двухлетних опытов в группе верующих апосимбиотов наблюдалось значительное усиление чувства вины, агрессии и склонности к суициду по сравнению с неверующими и контрольной группой.