Zona O-Xa
Шрифт:
– При любой попытке Космического разума проникнуть в человеческое сознание, человек, не умеющий хранить молчание, тут же признается сумасшедшим, – при этих словах Вовочка почему-то показал пальцем на Гирова. Среди больных пробежал нездоровый шумок.
Штирлицу стало не по себе, хотя слабонервным он себя никогда не считал.
– К тому же, – продолжал Пуговкин, как говорил мой дедушка Шопенгауэр – цель человеческого существования познать страдание, а страдание не может быть совместимо с состоянием нирваны.
– Кроме Артурика многие философы стояли на этих позициях, – ВВП почесал за ухом и опять ткнул
– Фридрих Ницше, – громко назвал Гиров первую пришедшую на ум фамилию философа.
– Во-во, – восторженно пропел ВВП, – откуда знаешь, что хочу сказать? Мысли читаешь? Телепат? Или педераст? Ладно, с тобой я потом разберусь, – бросил он.
– Давай разбирайся, – ответил Гиров, которому это все порядком уже поднадоело, и он, честно говоря, подумывал как бы перебраться отсюда в другую палату.
А ВВП тем временем продолжал:– Так вот, ни кто иной, как Ницше, предостерегал всех от возможных заблуждений в этих вопросах, говоря, что между сверхчеловеком и обычным человеком обязательно существует какая-то связь.
– И Я (он сделал ударение на Я) хочу вам указать на эту связь. Не трудно догадаться, что канатом, натянутым между человеком и сверхчеловеком, или по-другому той самой связью может выступать только настоящий и преданный человеку друг, освобожденный от всяких житейских обязанностей, забот и хлопот и одновременно обладающий сознанием.
– Логично предположить, что последним пристанищем первого Будды на этой планете, будет тело собаки, в той точке земного шара, которая является сердцевиной Земли в данный конкретный момент времени, так как путь, пройденный этим Буддой, вбирает в себя не только жизни, прожитые им Слоном, ослом и тигром, а и растением, минералом и камнем. Но это уже моя личная догадка, – Вовочка победоносно выпятил губу.
– Соответственно, все члены этой семьи, следующие за ним в Единой Космической цепи, являются ее звеньями. Их любовь и уважение друг к другу являются тому подтверждением. Последовательность данной цепи вытягивает сам Космос. Для него нет секрета, кто идет за кем. Для нас это пять концов одной звезды.
– Но так или иначе, всем, кроме собаки, придется еще, как минимум, раз почувствовать земное бытие в присутствии Космического разума, который в любой момент может перемешать всю колоду по-своему, потому как никто из нас до конца своих дней не знает и не узнает, является ли он последним звеном в этой цепи.
– Вот это и есть высшая форма той Игры, которую, я думаю, постиг только Ницше.
– А, учитывая, что в этом мире все подчинено закону чисел, то становится очевидным, что, даже определив Единицу, мы не в состоянии нарушить или разрушить это движение по двум причинам: – во-первых, в силу того, что Разум находится в молчаливом сознании и у него может быть еще бесчисленное количество степеней защиты, о которых мы просто не догадываемся; во-вторых, и тут я пока не силен в науке о числах, но могу предположить, что оставшиеся четверо могут постоянно меняться местами в соответствии с общим алгоритмом их ратных дел, с учетом всех прошлых реинкарнаций.
– Вот это то и должно придать всему элемент Игры, непредсказуемости, но вместе с тем и определенной организованности при выходе из Зоны Организованного Хаоса! – закончил свою тираду ВВП, победоносно бросив вперед правую руку.
В это время
– Она в цепи, но цепь длинна, величиною в Жизнь, – успел прошептать на ухо Гирову ВВП и, первым выпрыгнув из комнаты, вприпрыжку побежал занимать очередь у окна раздачи.
Философия, философией, а халяву Вовочка любил очень.
Глава 27
На третий день своего отвязанного состояния, лежа на кровати и наслаждаясь такой долгожданной и сладкой свободой, Гиров поймал себя на мысли, что те страдания, которые ему пришлось испытать в последние дни, совсем не случайны.
Ему вновь пришли в голову слова Вовочки, предназначенные, как ему показалось, именно для него. Он вспомнил, как президент, то и дело заглядывая ему в глаза и для пущей убедительности тыкая в его сторону указательным пальцем, нараспев говорил: – Любимый мной Шопенгауэр и другие великие мыслители Европы на протяжение всей своей жизни неоднократно пытались донести нам, что суть земного существования заключается в познании страдания.
– А что, первая благородная истина буддизма тоже гласит: «Все есть страдание», – подумалось Гирову.
– Или вот еще: «Быстрейший конь, который мчит нас к совершенству – это страдание». Христианство, кстати, подтверждает это, говоря, что те кто поймут страдание, чтобы с ними ни случилось, будут всегда исключительно спокойны и светлы. Они поймут, что именно страдание ведет к истинной цели жизни. Да, и сам крест является не чем иным, как символом страдания.
А молитва Страдания? Вдумайтесь только в ее слова: «Боже, я благодарю тебя за это страдание, за это лекарство от грехов моих и недоразумения моего, посланное тобою в тяжкий труд. Благодарю, Отче! Ибо в нем сгорят мои старые одежды, и я воскресну к новой жизни чистый – как дитя, свободный – как Дух, яркий – как луч! Амен!
– А почему нет? – продолжал рассуждать Гиров. – Учитывая то, что целью жизни любого человека, является достижение Просветления, может случиться так, что быстрейший путь к этому действительно проходит через страдание.
– Но, здесь неплохо было бы во всех философских и религиозных учениях мира ввести еще такой термин, как Осознанное страдание, – вдруг, осенило Гирова.
– Каждый разумный человек, совершенствуясь, так или иначе, становится на путь Осознанного страдания, держа себя в определенных рамках морали, законов, сложившихся правил, заставляя усилиями силы воли добиваться тех или иных результатов в работе, поддержании своего здоровья в надлежащем состоянии, отказываясь от спиртного, сигарет, наркотиков, укрепляя отношения в семье, обществе, он тем самым подвергает себя Осознанному страданию.
– И вот это самое Осознанное страдание как раз то и позволяет человеку достичь Просветления, оградив его, таким образом, от еще бо'льших страданий. И тогда изречение самого Будды как-то сказавшего своим ученикам: «Только тогда вы сможете не страдать, когда научитесь страдать», становится абсолютно понятным всем, а не только избранной горстке Посвященных.
Гиров понял, что именно Осознанное страдание и является краеугольным камнем учения Будды, позволяющим как раз таки и избежать этого самого страдания.