Золотые слезы
Шрифт:
– Очень хорошо. Чехов, статус вооружения?
– У нас полный комплект фазеров и фотонных торпед, – пришел быстрый ответ от станции вооружения.
– Прекрасно, Чехов. Только помните: терпение есть добродетель.
– Конечно, капитан; мы, русские, отличаемся этим.
– Отлично. Зулу, ДиФалько, верните нас к прежним показаниям курса и скорости.
– Есть, сэр. Ложимся на прежний курс, – доложил брюнет навигатор.
Спок подошел к капитанскому креслу.
– Я до некоторой степени поставлен в тупик вашим решением вернуть
– Я прекрасно осведомлен об этом, мистер Спок. Так же, как и капитан того корабля, по моему мнению.
– Так вы верите, что это некоторая разновидность космического судна?
– Скажем так: я решил сыграть в большую игру.
Спок поднял бровь. Он научился уважать большие игры Керка. Вернув «Энтерпрайз» на первоначальный курс, он как бы говорил возможному противнику, что не купился на их уловку: мы знаем, что вы – корабль и собираемся встретиться с вами. А если аномалия окажется действительно только природным феноменом, никакого вреда не будет. Их корабль всегда сможет вовремя отвернуть.
Обе перспективы очаровали офицера по науке – вулканца. Если это природный феномен, то он соберет данные для проведения интересного исследования. А если корабль, конечно, не враждебно настроенный, то встречи с новыми цивилизациями всегда таят в себе неограниченные возможности.
– Спок?
Голос капитана вернул его к реальности.
– Да, капитан?
– Ты можешь определить источник того, что произошло с тобой раньше?
– Ответ отрицательный. Я сейчас ничего не чувствую. Что бы это ни было, оно больше не воздействует на меня.
– Я не удивлюсь, если наша маленькая тайна исходит из феномена.
– Маленькая тайна? – Спок тряхнул головой от выбранного капитаном термина. – В данный момент я не могу дать ответа. Я останусь открытым, чтобы не пропустить возможного следующего контакта.
Керк кивнул и снова устремил свой взгляд на передний экран. Теперь оставалось только ждать. Вопреки своей маленькой лекции Чехову о терпении сам он этим качеством не обладал.
Бровь Талиины пошла серией изгибов, так она удивилась действиям голубой искры. Командир этого корабля вернул его к изначальным показателям скорости и вектора движения. С какой стати?
– Они знают, что мы корабль и бросают нам вызов, – произнес Рэйс.
Его скептицизм лишал уверенности, особенно если учесть, что в прошлый раз он был прав.
– Ты не можешь знать этого наверняка. – Она бросила взгляд на А’Тела. Он уснул. Его встопорщенная шерсть чутко ловила происходящие вокруг него передвижения.
– Талиина, еще не поздно. Мы не можем позволить себе встречаться с кем бы то ни было, кто превосходит «Сциилар» по скорости.
– Мы не можем избегать других жизненных форм, Рэйс. Мы нуждаемся
– Мы можем выжить и сами по себе, Талиина. Я полностью доверяю нашему научному отделу.
Талиина повернулась таким образом, чтобы видеть лицо Рэйса. Ее бровь разгладилась.
– Как и я. Однако, мы уже шесть лет находимся в поиске и вот уже год, как не получали никаких вестей с Мионы. – Она не смогла остановить волну, пробежавшую по ее брови, когда эти мысли преобразовались в слова. – Рэйс, я не хочу давить на вас, но я беспокоюсь. А что если уже поздно?
Концы брови Рэйса опустились вниз с сожалением.
– Мы не будем поздно. Мы просто не можем быть поздно.
Талиина перевела взгляд на передний экран.
– Рэйт, как долго еще?
– Два мегоса, командир.
Только два, а что потом? Снова уничтожение? Талиина потянулась вниз и погладила голову А’Тела. Его шерсть опустилась и сделалась ровной, когда он проснулся и ответил на прикосновение. Талиина уловила запах, испускаемый А’Телом. Он был доволен. Возможно все, что происходило, и было правильным на данный момент.
Прошло только два часа. Капитан «Энтерпрайза» обнаружил, что нервно расхаживает по мостику. Маккой не вернулся. Возможно, ему следует пойти в лазарет и поговорить с ним. Кажется, доктор вышел из себя больше, чем обычно.
– Спок, есть что-нибудь новое?
– Я обнаружил только, что часть энергии уходит на возмущение протоплазмы. Здесь представлены несколько иные компоненты, один из которых я никогда раньше не встречал. Я продолжаю наблюдения.
Керк кивнул.
– Я буду в лазарете.
Находясь в турболифте в одиночестве, капитан позволил себе потереть глаза, испытывавшие напряжение от долгого пристального вглядывания в искривление на экране. Как будто он мог только усилием своей воли открыть секрет и сказать, что было перед ними в действительности. С его губ сорвался глубокий вздох. Двери открылись, и ему пришлось усилием воли изобразить на губах улыбку, когда в лифт вошли два члена экипажа.
Выйдя из лифта, Керк почувствовал, что его ноги будто бы налиты свинцом. Он поймал себя на том, что снова вздыхает. «Что со мной? Я должен бы испытывать подъем сил, а не тащиться, как сейчас…»
И что случилось со Споком? Керка действительно основательно заинтриговал эпизод, ранее случившийся на мостике. Могла ли эта встреча нести особенную опасность для его друга вулканца? И почему Боунз был так настойчив? Может, он хотел как лучше для Спока? Другой вздох. Черт.
– Вы хотели видеть меня?
Керк снова вздрогнул от голоса доктора, хотя тот всего лишь осведомил капитана о его прибытии к офису Маккоя.
– Боунз, я готов поклясться, что ты делаешь это намеренно. Однажды я привлеку тебя к ответственности за попытку убийства командующего офицера.