Золотой шанс
Шрифт:
В линии его плеч была какая-то бессознательная высокомерность, а в теле чувствовались одновременно мощь и изящество. Она знала, что у Лайтфута должна быть мягкая, крадущаяся поступь, под которой горела земля, когда он двигался. Он мог бы целый день преследовать свою жертву, если это необходимо, и при этом оставаться полным энергии для того, чтобы в конце охоты нанести решающий удар.
– Вы не совсем такая, как я ожидал, – наконец произнес Ник, поднимая глаза от проспектов.
– А что вы ожидали?
– Не знаю. Просто вы другая.
– Мне поступали
– Я не был знаком с Крисси Мастерс. Три года назад я переехал из Вашингтона в Калифорнию.
– Как же вы меня нашли?
– Это было нетрудно. Я сделал несколько телефонных звонков. Ваша бывшая начальница дала мне ваш адрес.
– Тельма рассказала вам, где меня найти? – резко спросила Фила.
– Да.
– Что вы с ней сделали, чтобы выудить мой адрес?
– Ничего я с ней не делал. Просто побеседовал.
– Ну, конечно. Уж слишком легко, на мой взгляд, вы об этом говорите.
– Это на ваш взгляд.
– Вы привыкли, что люди отвечают на вопросы, когда вы их задаете, не так ли?
– Почему бы ей не захотеть проявить солидарность? – задал он вопрос с легким выражением удивления.
– Я просила ее никому не давать моего адреса.
– Она говорила что-то по поводу того, будто вы хотите улизнуть от корреспондентов, но когда обнаружила, что меня не интересует интервью, разговорилась.
– Вы хотите сказать, что оказали на нее давление и она уступила. – Фила вздохнула. – Вы действительно ведете себя как гора мышц. Бедная Тельма. Она пытаемся, но ей не особенно удается сопротивляться давлению. Она слишком долго была чиновником.
– У вас, насколько я понимаю, это получается лучше? – Ник скептически поднял брови.
– Я профессионал. И я сэкономлю вам массу времени тем, что дам понять следующее: ничто сказанное вами не убедит меня изменить свое мнение. Я не собираюсь продавать акции компании «Каслтон и Лайтфут», которые оставила мне Крисси. По крайней мере пока не собираюсь. У меня есть кое-какие серьезные намерения по поводу этих акций. Возможно, я задам вам вопросы, на которые хотела бы получить ответ.
Ник кивнул, но без раздражения или удивления. У него был невероятно терпеливый вид. – Какие у вас вопросы, Фила? Она помедлила. По правде говоря, у нее не было никаких вопросов. Пока не было. В последнее время женщина все еще не могла достаточно ясно думать, пытаясь выйти из состояния шока, который пережила.
Сначала суд, тянувшийся несколько недель, а потом неожиданная смерть Крисси. Филе казалось, что суд она бы еще пережила. Но сообщение о смерти Крисси переполнило чашу.
…Красивая, храбрая, яркая Крисси со своей калифорнийской внешностью клялась получить все, что ей причитается.
Крисси, выглядевшая и свои пятнадцать лет на полноценные двадцать один, уговорила продавца круглосуточного магазинчика продать девочкам-подросткам дешевого вина. Крисси могла бы уговорить любого мужчину сделать все, что угодно. Это было одним из ее правил по выживанию.
Они с Филой отправились в небольшой городской парк неподалеку от реки и за женскими туалетами выпили запретную бутылочку. Затем Крисси высказала свои планы на будущее.
«Есть люди, которые передо мной в долгу, Фила. Я собираюсь их найти и заставить отдать то, что мне причитается. Не волнуйся. Когда я это сделаю, у тебя будет своя доля. Мы ведь с тобой как сестры, правда? Мы семья, а семья должна держаться вместе».
Крисси тяжело досталось познание правды собственных слов. Она нашла людей, которые были ей должны, а когда попыталась заставить их принять ее, обнаружила истинное значение того, как семья держится вместе. Они дружно возвели каменную стену против нее и ее притязаний на родство…
– Я не уверена, что уже готова задавать свои вопросы, – призналась Фила Нику. – Наверное, я подумаю и задам их на ежегодном собрании акционеров «Каслтон и Лайтфут»в августе.
– Все акционеры «Каслтон и Лайтфут»– члены одной семьи.
– Уже нет. – Фила улыбнулась, улыбнулась впервые за много недель. Казалось, Нику это понравилось.
– Собираетесь Доставить неприятности?
– Пока не знаю. Возможно. Крисси бы это сделала. Вы так не считаете? Ей нравилось разжигать ссоры. Это был ее способ мстить миру. Устроив некоторые неприятности от ее лица, я бы должным образом почтила память Крисси.
– Почему Мастерс была так важна для вас? – поинтересовался Ник. – Вас связывало родство?
– Не по крови и не по браку, хотя это, наверное, единственный вид отношений, который был бы вам понятен.
– Я еще понимаю дружбу. Крисси была вашей подругой?
– Гораздо больше, чем просто подруга. Она была почти как сестра.
Лайтфут хранил вежливо озадаченный вид.
– Я никогда с ней не встречался, но многое слышал. Из этой информации, однако, не следует, что у вас с ней было много общего.
– Что только лишний раз доказывает, как мало вы знаете о Крисси и обо мне.
– Я бы хотел знать больше. Фила подумала над его словами, и ей не понравилось направление, в котором работал ее мозг.
– Вы отличаетесь от тех двух, которые мне звонили.
– Чем же?
– Вы умнее. Опаснее. Думаете, прежде чем выбираете тактику. – Женщина произносила слова осторожно, потому что говорила ему правду. Она привыкла полагаться на свои инстинкты, когда речь шла о людях, и редко ошибалась. Это качество было основой ее способности к выживанию. Такой способностью отличалась и Крисси. Однако Фила не родилась с внешностью Крисси, поэтому эти способности приняли другой ракурс.