Золотой Будда
Шрифт:
Гурту удалось наконец немного поднять вертолет в воздух.
В этот момент китайский командир приказал открыть огонь, и первая линия солдат приняла боевую стойку. В это же время Мерфи добрался до грузового отсека и нашел детонаторы. Земля встала дыбом перед ближайшим к ним солдатом, и раздался громкий взрыв.
Тут вертолет наконец-то поднялся в воздух, и Гурт повел его как можно дальше от опасного места.
Когда они были уже в ста футах от солдат, Мерфи снова нажал на кнопку. Со скалы рядом с ними повалил снег и накрыл собой
Глава 42
Пилот «Гольфстрима» внимательно наблюдал за приборами самолета. Он часто летал по узкому воздушному коридору от Бангладеша к Непалу.
Он медленно развернул самолет налево.
— Сэр, — закричал он, чтоб его услышали в дальнем отсеке, — мы почти на месте.
— Как скоро мы войдем в воздушное пространство Тибета? — спросил Кабрильо.
Пилот взглянул на экран.
— Меньше чем через пять минут.
По всем признакам Хуан Кабрильо должен был смертельно устать, но это было не так. Он смотрел на горные хребты за окном и чувствовал себя превосходно. Тибет был прямо перед ним. Он вытащил мобильный телефон и начал набирать номер.
Ху Хинтао проснулся очень рано. Происшествие на площади перед резиденцией не прошло незаметно. Хинтао быстро встал с постели, умылся и спустился вниз по лестнице, все еще одетый в ночное.
— Что там происходит? — без преамбулы сразу спросил он.
— В это не хочется верить, — ответил генерал, — но русские танковые части начали движение на территорию Монголии. Их посол заверил нас, что это всего лишь учения и скоро они вернутся обратно на территорию России. Однако с этой скоростью они смогут пересечь китайскую границу в районе Алтайских гор через несколько часов.
— А что с воздухом? — спросил Хинтао.
— Несколько групп быстрого реагирования поджидают своей очереди на границе России, — сказал генерал. — Но на данный момент никто не поднялся в воздух.
Хинтао повернулся к министру иностранных дел.
— Нам не стоит портить отношения с Россией, — сказал он. — У них нет никаких видимых причин нарушать наши границы.
— Пока между нами мир.
— Пока, — сказал Хинтао.
— Русский посол просит аудиенцию в десять утра, — добавил министр. — Просьба была передана вечером по секретному каналу.
— Он объяснил, что ему нужно? — спросил Хинтао.
— Нет, — ответил министр.
Хинтао задумался.
— Мистер президент, — прервал его генерал, — есть кое-что еще. Мы только что получили донесения из столицы Тибета. Люди выражают свой протест на главной площади города.
— А о чем думает председатель региона? Мне бы очень хотелось это узнать.
Генерал ответил не сразу.
— Тут есть проблема, господин президент. Мы не можем связаться с Зхуреном.
— Черт, Гурт, — сказал Мерфи. — Они были совсем близко.
— Я думаю, что одна из пуль повредила гидравлику. И
— Рана серьезная? — быстро спросил Мерфи.
— Навылет, — сказал Гурт, — не страшно.
— Я серьезно, Гурт, — вскипел Мерфи. — Я хочу знать, насколько серьезно ты ранен?
— Сейчас я выровняю машину, и ты сможешь посмотреть.
Гурт отодвинулся от спинки своего кресла, и Мерфи смог осмотреть его рану. Он потрогал вокруг, потом достал из-под сиденья запечатанную бутылку.
— Пуля прошла навылет и застряла в железном каркасе твоего кресла, — подвел итог Мерфи. — Но у тебя довольно сильное кровотечение.
— В меня еще ни разу не стреляли, — открыл страшную тайну Гурт. — Я думаю, что был настолько возбужден, что почти ничего не заметил.
— Я сейчас тебя перевяжу, — сказал Мерфи. — Только подожди минутку, мне надо позвонить.
Он достал радио и соединился с «Орегоном».
— Затащи это внутрь, — сказал Хендерсон, — но убедись, что использованные магазины не валяются, где попало. Терпеть не могу беспорядок.
Повстанец, помогавший Хендерсону, согласно кивнул головой. Они уже поместили пулемет на борт самолета и теперь сооружали для него соответствующее их требованиям гнездо.
Джордж Адамс следил за тем, как повстанцы заполняют баки вертолетов горючим. Последние десять минут он осматривал вертолет со всех сторон и остался вполне им доволен.
— Добро пожаловать в дангкарские военно-воздушные силы, — сказал Хендерсон, подходя поближе.
— Мой китаец немного проржавел, — сказал Адамс. — Проржавел, как ржавеет железное судно, пролежавшее кучу лет на морском дне. Но, думаю, что смогу поднять его в воздух.
Хендерсон кивнул.
— Давай заключим договор, приятель, — сказал он, улыбаясь.
— Какой? — спросил Адамс.
— Когда поднимемся наверх, постараемся не стрелять друг в дружку.
Он развернулся и пошел обратно к своему грузовому самолету.
— Удачи, — бросил он через плечо.
— Тебе того же, — ответил Адамс.
В этот момент двери ангара начали подниматься, и ледяной ветер наполнил помещение.
Площадь Баркхор была до отказа заполнена тибетцами. «Сарафанное радио» прекрасно работало во все времена. В четырех кварталах от площади отряд китайских солдат с трудом прокладывал себе путь, прикрываясь бронированной машиной.
Улицы заполнились людьми, и это значительно уменьшало скорость их передвижения.
— «Волынщик», «Волынщик», это «Маскарад».
— «Маскарад», это «Волынщик», мы слышим вас.
— Подготовьте наш отход, — сказал Райес, — объект с нами.
— Укажите место.
— Квадрат один-один, первое. Квадрат один-три, второе.
— Вас понял, за вами прибудут в три.
Пилот сверил по карте координаты и полетел на полной скорости в сторону площади Баркхор.