Золотой Будда
Шрифт:
— И я думаю, что ваша Корпорация только выиграет на этом, не так ли? — спросил далай-лама.
— Это плохо? — ответил вопросом на вопрос Кабрильо.
— Объясните мне подробнее, — попросил далай-лама.
Через десять минут Кабрильо замолчал.
— Я поражен, — сказал далай-лама, — а теперь, позвольте, я объясню вам свою точку зрения.
Прошло еще пять минут.
— Великолепно, — воскликнул Кабрильо, когда далай-лама закончил.
— Спасибо, — ответил далай-лама. — Но нам понадобятся деньги.
— Это не проблема, — ответил Кабрильо, вспомнив о ста миллионах
Оверхольт не вмешивался в разговор. Но теперь он не выдержал.
— Если ты сможешь со всем этим разобраться, — сказал он, — президент тебя расцелует.
— Мистер Кабрильо, — сказал далай-лама, — это дает нам возможность избежать кровопролития и сделать вашу деятельность легальной. Если вы сможете это сделать, я соглашусь со всеми вашими требованиями и предложениями.
— Благодарю вас, — сказал Кабрильо.
— Удачи, мистер Кабрильо, — сказал далай-лама. — Пусть Будда благословит вашу миссию.
После короткой встречи с Оверхольтом Кабрильо забрал листочки с переводом вместе с картами, забрался в вертолет и полетел обратно в Амритсар. Президент Путин дал понять, что встреча более желательна, нежели вторжение. И Кабрильо не собирался его подвести.
Сразу после полудня «С-130» с членами Корпорации на борту приземлился в столице Бутана Тхимпху. Самолет тут же окружила дюжина филиппинских солдат. В стороне стояли готовые к взлету восемь вертолетов «Белл 212».
Из открытых дверей большого ангара к ним навстречу вышел Карл Гэннон и пожал руку Эдди Сенгу.
— Мне сказали, ты тут за главного, пока наш председатель отсутствует, — сказал он. — Давай я покажу тебе, что тут у нас происходит.
Все проследовали за Гэнноном и Сенгом в ангар.
— Я тут кое-что сделал, и у нас появилась связь с «Орегоном», — сказал он, указывая рукой на деревянный стол, заваленный бумагами, на котором возвышался компьютер. На столе были разбросаны карты Тибета, графики погоды и прочие документы. Грифельная доска висела рядом на стене, чтобы Сенгу было удобнее делать записи по ходу операции. Тут же на стене была приделана подробная карта Лхасы.
С другой стороны стоял огромный кофейник, маленький холодильник, контейнер с продуктами, рассчитанный на восемнадцать человек. Мерфи подошел к кофейнику, налил себе кофе и улыбнулся давнему приятелю.
— Гурт, ты верен себе, старый пес.
Пятидесятилетний мужчина с коротко подстриженными светлыми волосами по имени Гурт улыбнулся в ответ.
— Мерфи, — сказал он, сверкая золотыми передними зубами, — я так и знал, что без тебя здесь не обойдется.
Пять минут спустя Сенг подозвал всех к столу и предложил рассесться на деревянные скамьи перед грифельной доской. Пилоты заняли места позади членов Корпорации.
— Для тех, кто меня не знает, — начал он, — меня зовут Эдди Сенг. Прошу называть меня просто Сенг. Я командую этой операцией, пока наш председатель не прибудет к театру военных действий.
Все закивали.
— Шесть вертолетов будут использоваться пилотами, один нужен в качестве медицинского транспорта, один останется председателю. На каждом вертолете полетит
Гурт поднял руку.
— Когда мы получим задаток?
— Ага, вижу настоящего пилота, — сказал Сенг. — Как только мы закончим этот разговор. Все согласны?
Все дружно закивали головами.
— У вас есть время написать письма близким, — заметил Сенг, — пожалуйста, отдайте их Гэннону или Крэбтри в руки.
Гэннон и Крэбтри поднялись со своих мест.
— Итак, я могу приступать к сути дела?
В ангаре повисла гробовая тишина.
— Отлично, — сказал Сенг, — прошу внимания.
Гольфстрим был на пути в Москву. Кабрильо говорил по мобильному телефону с «Орегоном».
— Повтори еще раз, — сказал он, просматривая записи в блокноте. — Отлично, я все записал.
В трубке повисла тишина.
— Далай-лама очень удачливый человек, — сказал Кабрильо, обращаясь к Хэнли. — Если бы мы все это задумали в прошлом году, я не уверен, что у нас бы все получилось.
— Что ты имеешь в виду?
— Нам очень повезло, что в секретном консульстве оказались одновременно две маленьких тихоокеанских нации, — пояснил Кабрильо.
— Прямо как пару лет назад, когда там оказались Камерун и Гвинея, — согласился Хэнли. — Такое случается.
Глава 39
Шторм, который затопил Макао, превратился в весенний снег к тому времени, когда достиг границ России. Если бы на улице не стояла ночь, Кабрильо бы показалось, что столица России укрыта мокрым, грязно-серо-белым рваным одеялом с небрежно обрезанными краями, которое приглушало все звуки, обычные для большого города. Всматриваясь в иллюминаторы, когда пилоты уже заглушили двигатели, он смог разглядеть три лимузина с полицейским эскортом сзади и спереди. Держа в руках факс, который он только что получил от Оверхольта, он расстегнул ремень безопасности и поднялся со своего места. Второй пилот открывал дверь, когда он подошел к нему поближе.
— Вашим людям что-нибудь нужно? — спросил его Кабрильо.
— Все в порядке, босс, — ответил второй пилот. — Мы просто заправимся и будем ждать вашего возвращения.
Кабрильо кивнул и подождал, пока подадут трап.
— Пожелайте мне удачи, — сказал он, ступая на занесенный снегом аэродром.
Высокий человек в темном шерстяном пальто стоял в нескольких футах от самолета. На голове у него красовалась меховая папаха, а при каждом вздохе изо рта вырывались клубы пара. Он снял перчатку и пожал руку Кабрильо. Затем он указал на лимузин.