Золото
Шрифт:
Её голубые глаза расширились.
— Я ужасна в сохранении тайн, но обещаю ничего не говорить. Если проговорюсь, тогда можешь выбросить меня навсегда из мира группы поддержки.
— Для неё это будет конец, подтвердила Трин.
— Ладно, хорошо. Больше об этом ни слова. Я просто не могла уже терпеть ваших разговоров о нас с Эриком, — Брайна пожала плечами. — Теперь я ухожу.
— Скажи Эрику, что мы передавали привет, — сказала Стейша.
Брайна покачала головой.
— Обязательно.
Трин провела её до
— Знаешь, я до сих пор в шоке. Я была уверенна, что он влюблён в тебя.
— Я никогда этого не ощущала, и оно к лучшему.
— Что ж, я надеюсь, что ты встретишь того, кто взбудоражит твои эмоции. Я знаю, что тебе причинили боль. И могу сказать, — Трин опустила руку на плечо Брайны, — мы здесь, с тобой. Возможно… стоит начать подпускать людей к себе?
Брайна поёжилась под пристальным взглядом Трин. Подпустить кого-то к себе означало вернуться туда, откуда началась её борьба. Она была не против Трин и Стейши. У неё не было прежде таких друзей, как они, но парни это было большое и жирное «нет». Было проще получать от них желаемое и держать при этом на расстоянии. Она больше не допустит такой ошибки, как с Джудом. Посмотрите, к чему это привело. Всего несколько часов с Джудом, и она вновь размазня. Больше никогда.
— Я ценю это, Трин, но я со всем разберусь сама.
— Я знаю, — ответила Трин, отпуская Брайну, — но иногда, если ты впускаешь человека в сердце, это не значит, что он обязательно его разобьёт.
— Чтобы сердце разбили, нужно чтобы оно было, — ответила она.
Улыбка Трин не затронула её глаз. Они обе знали, что Брайна не шутила.
Брайна покинула дом, в котором жила Трин и ехала по городу. Она не предупредила Эрика о своём приходе, но сомневалась, что он будет против. Скоро начнётся весенняя практика, и у них будет меньше времени для встреч. Эта мысль заставила её нахмурится, но тут же она вспомнила, что теперь в её распоряжении целый дом.
Она прошла через незапертую входную дверь и увидела в чаше блендера приготовленную «Маргариту».
— Эрик? — Позвала она.
Тишина.
Брайна налила себе бокал «Маргариты» и тихонько прошла на задний двор. Там и был Эрик, на нём не было ничего кроме плавок и солнцезащитных очков «Ray-Ban Wayfarers». В руках он держал блокнот, а на столике рядом стояла недопитая «Маргарита». Он выглядел… Богоподобно.
Убейте меня. Он чертовски сексуален. Почему всегда самые горячие красавчики оказываются геями.
Когда она подошла к нему, Эрик взглянул на неё поверх блокнота.
— Ну конечно же, налей и себе стаканчик. Я ведь не собирался допивать.
— Я знаю, что ты сделал двойную порцию специально для меня.
— Ты просто такая предсказуемая.
Брайна рассмеялась.
— Да ну. И что же во мне такого предсказуемого?
— Ты здесь, — он обвёл рукой свой двор, — каждое воскресенье, вторая половина дня, как часы.
—
— Жизнь вообще не честная штука, Голливуд.
— Что ж, это чертова правда, — и хоть вокруг было полдюжины свободных шезлонгов, Брайна села на его. Половина её тела создавала Эрику тень, и она облокотилась на его колено. — Ах, вот это жизнь.
Он внимательно посмотрел на неё поверх своих очков.
— Ты в настроении.
—Вселенная была сегодня благосклонна ко мне.
— Неужели? — Поинтересовался он.
— Ммхмм. Теперь, я счастливый владелец новенького дома.
Он склонил голову набок, и этого хватило, чтобы Брайна поняла, что Эрик считает, что она шутит.
— Дом? Как черт подери, ты можешь позволить купить себе дом? Или отец, наконец, уступил тебе, чтобы ты не жила вместе с Пейсом?
— Нет. И нет, я купила его не сама. Мне его подарили.
— Тебе подарили дом? Кто вообще дарит недвижимость?
— Хью.
— Это…
— Парень, с которым я время от времени вижусь, — закончила она за него.
— Разводишь на деньги, ты имела ввиду. Знаю, эти слова могут казаться похожими, но имеют совсем разное значение.
— Конечно же. Видеться, разводить, да какая разница. Одно и то же.
— Итак, этот бедолага вручил тебе ключи от дома?
— Ага, именно так, — она опрокинула в себя половину «Маргариты». — Как я и сказала, вот это жизнь.
— Мне искренне жаль этого парня, — Эрик закрыл свой блокнот и положил его возле недопитого напитка. — Он не имеет ни малейшего понятия с кем связался.
— Ой, пожалуйста, — Брайна пренебрежительно махнула рукой, — только не начинай меня осуждать, Эр. Ему это нравится. И он точно знает, что происходит.
— А ты?
— Конечно же, — промурлыкала она, подставляя лицо солнцу, — я всегда знаю, что делаю.
Эрик фыркнул в ответ на её комментарий.
— Кажется, кого-то нужно вернуть на землю.
Внезапно, Эрик встал с места, подхватывая Брайну под колени и за плечи. У неё даже не было времени, чтобы увильнуть от него, а Эрик уже подхватил её и прижал к груди. Он ухмылялся, и она знала, что это не к добру.
— Какого чёрта? — Заверещала Брайна. — Ты что делаешь?
Он подошёл к краю бассейна.
— Если ты уронишь меня в бассейн, я убью тебя.
— Это ради твоего же добра.
— Эрик! — Закричала она.
Но это было бесполезно. Долго не думая, он легко выпустил её из рук, абсолютно одетую в кристально чистую воду. Её тело нарушило покой воды, и Брайна пошла на дно.
Твою ж мать!
Она выкарабкалась на поверхность, и тут же завопила:
— Х-холодно же, осёл ты!
Но Эрик не слушал её. Он только содрогался от истерического смеха. Его смех был заразителен, и хоть Брайна и была на него рассержена, внезапно также захохотала.