Золото самураев
Шрифт:
– Хорошее у тебя о себе мнение, - подумал я, - если четверо с ножами и револьвером "слишком много даже для него". Но вслух я этого не произнес, а только с видимым уважением констатировал:
– Да, вы славно дрались, этому долго учиться надо...
– У меня хороший учитель. А вот у вас пистолет замечательный, я знаком с этой маркой. Во Вьетнаме не пришлось бывать?
– Достался случайно, приобрел по сходной цене.
– На такие пистолеты сходной цены в Таиланде не бывает. Здесь за них платят большие деньги, но оставим этот скучный разговор. Вы, не зная меня, спасли мне жизнь. Я навечно у вас в долгу. Как это получилось, что у вас до сих пор нет
Понятно, что он не клюнул на байку о потере памяти. Я наплел ему историю, замешанную на смеси лжи и правды, и, в конце концов, посетовал, что трудно найти в Бангкоке нужного специалиста. Пачанг энергично замотал головой и рассмеялся.
– Для вас - да, но не для меня. Назначим место встречи, пригласите своего друга, поговорим. Все будет о-кей. Так говорят у вас на родине?
– Вот именно так. О-кей.
– Меня не ищите и не вздумайте приезжать сюда, хотя я уверен, что дорогу сюда
вы и не найдете. Завтра в полдень в вестибюле отеля "Пакчонг" - легко запомнить, почти, как мое имя. Там в это время толчется много туристов . Я пойду, а вы
следуйте за мной, а так как я вижу, что кое в чем вы соображаете, проверите, нет ли за мной хвоста. Боюсь, эти ребята быстро разберутся, куда подевались их килеры. Кстати, еще раз спасибо за помощь. Особенно за того громилу с пистолетом Если б не вы, то вместо них в реке пришлось бы плавать мне. А я, знаете, люблю сушу или твердую палубу под ногами.
Пачанг довез меня до какого-то оживленного перекрестка, высадил и, не попрощавшись, рванул с места. Я поймал такси и через полчаса на яхте рассказал Энди об этом приключении. Сначала возмущению и ярости Энди не было предела. Он материл меня на всех ему известных языках, включая русский, так как первое, что он хорошо освоил в русском - это мат. Потом он вдруг успокоился и, как ни в чем не бывало, начал, по обыкновению, просчитывать варианты. Версий было немного.
Первое - западня с целью шантажа или грабежа. Мы сочли ее несущественной.
Слишком сложное начало для такого дела. Второе - Пачанг выдает нас властям, как шпионов, дезертиров, бандитов или еще что-то в этом духе и получает от
правительства деньги за столь ценную добычу. Пораскинув мозгами, мы все-таки
решили, что и эта версия не годится - у Пачанга явно рыльце в пушку, хотя
контрабанда была фактически легальным промыслом.
Оставалось третье - поверить и посмотреть, что из этого выйдет. Хоть день был
жарким, мы все же надели светлые костюмы, чтобы прикрыть амуницию, которую
решили прихватить с собой. Да и респектабельнее как-то...
Глава 2.
Пачанга мы сразу заметили, едва вошли в роскошный вестибюль отеля, сплошь заполненный суетящимися туристами. Боже, какой только речи я не услышал за одну минуту. Казалось, что здесь проходит конкурс "Кто больше знает языков" в сочетании с чемпионатом среди женщин по раздеванию... Пачанг едва заметно кивнул в сторону дверей и неторопливо направился к выходу,
Протолкавшись через толпу, мы последовали за ним. Таец все так же неторопливо шел у самой кромки тротуара, как к нему неожиданно подкатило такси. Он нырнул в машину, сделав приглашающий жест. Мы не заставили себя ждать. Таксист сам знал дорогу, с наглостью, свойственной, наверно, всем таксистам мира, уверенно мчался по каким-то незнакомым улицам. По моему мнению, он нарушил все мыслимые и немыслимые правила уличного движения мира - подрезал машины, вылетал на встречную полосу, проскакивал на любой цвет светофора, превышал скорость, ехал по тротуарам, парковым дорожкам... Я, признаюсь, тоже
– Хороший человек, - коротко заметил Пачанг.
Справившись с дрожью в ногах, мы вошли в дом. Семья, видать там жила большая, комнат много и везде хозяева занимались своими делами. Старушенция что-то штопала, детки резвились, из кухни доносилось приятное шкворчанье. Я было поздоровался, но никто даже не повернул головы в нашу сторону, мы для них были призраками, нас просто не существовало. Спокойно ориентируясь в доме, Пачанг вывел нас с другого хода и мы углубились в лабиринт переулков, пока таец не остановился возле какой-то двери и сказал несколько слов на тарабарском для меня языке. Дверь бесшумно отворилась и мы очутились в полутемной прихожей. Возникший из воздуха человек молча приказал следовать за ним. Мы повиновались и очутились в роскошно обставленной по европейскому образцу гостиной. Даже камин там был. Как в лучших домах Лондона!
В обстановку вносил некоторый диссонанс письменный стол, из-за которого нам навстречу устремился хозяин дома. Без всяких восточных церемоний он пожал нам руки и тут же начал готовить high ball. Это уже попахивало Америкой.
– Можете мне не рассказывать о ваших проблемах, а я не стану расспрашивать вас, зачем вам это нужно. Так спокойнее. Вы спасли жизнь моего брата, а значит вы теперь члены нашей семьи. Документы - не проблема, но у меня будет просьба. Вы можете не делать этого, на наши отношения и чувства к вам это не повлияет. Просто я поищу другой путь. Итак, добро пожаловать в ваш дом в Таиланде, братья.
Хозяин приподнял бокал, поклонился и сделал осторожный глоток. Мы последовали его примеру, немного сбитые с толку и настороженные. Вот так сходу приобрести кровных родственников в Таиланде? Что-то я не припомню, чтобы мама рассказывала об этой стране... Рассевшись в креслах и потягивая виски со льдом, каждый из нас обдумывал ситуацию, но мне, например, ничего путного в голову не приходило. Лицо Энди сияло настоящей голливудской улыбкой, но я голову дал бы на отсечение, что он тоже не догадывался, куда и во что мы влипли. Но, как говорят у него на родине - keep a smile. Образно говоря -- держи хвост пистолетом. Хозяин, похоже, понимал наше состояние и перешел к делу.
– Пачанг не только мой брат, но и компаньон. Мы оба понесли тяжелые убытки - одна из банд, которые живут только грабежом и убийствами, вот уже третий раз за два месяца перехватывает наши джонки в Заливе и на Реке. Мы тоже не бойскауты, так кажется, говорят в Америке, - хозяин улыбнулся Энди.
– Но мы ведем игру по правилам, хотя этих правил нет в наших законах. Мы делаем свой бизнес и не мешаем делать его другим. Нам и так приходится нелегко - Меконг один на всех, а вокруг северные, южные вьетнамцы, патет-лао, красные кхмеры, племена мео, китайцы, готовые воевать с кем угодно и кто его знает за что. А Меконг - один на всех. Теперь на нем появились американцы со своими пушками и напалмом. А Меконг - один. Это река жизни для наших стран, это дорога бизнеса. Это наши деньги. И все те, о ком я упомянул, хотят урвать свой кусок. Их еще можно понять - одни строят коммунизм, другие этого не хотят. Ну и пусть строят, пусть разрушают, но только не на мои деньги, - закончил он жестко.
– Как следствие этого политического сумасшествия, появились и другие, которые просто грабят и убивают ради самих себя... В Таиланде появилась "якудза".