Золотая дева
Шрифт:
– А где бы она хотела работать?
– По этому поводу ничего сказать не могу. Знаю только, что собирается, когда аспирантуру окончит, MBA получить. В Америке, естественно, или в Англии.
– Серьезные амбиции… – протянула Евгения Юрьевна. И осторожно поинтересовалась: – А как, интересно, она за МВА платить собирается? Да еще в Америке?
– Я ей таких вопросов не задавала, – пожала плечами профессорша. – Хотя родители у Марии – люди достаточно обеспеченные. И готовы вкладывать деньги в образование дочери.
– Тридцать тысяч долларов в год?
– Мария своей цели так или иначе добьется, – заверила ученая
– Спонсора – в смысле любовника? – уточнила хозяйка агентства.
– Ее любовников мы не обсуждали, – нахмурилась профессорша. И внимательно взглянула на собеседницу: – А почему вас это интересует?
– Обычное дело, – заверила Позднякова. – Заказчики всегда хотят знать, чем живет их няня. Какие у нее интересы, какое окружение… – И продолжила развивать тему: – Но все-таки, чем ваша аспирантка еще интересовалась – кроме науки? С кем дружила? Как свое свободное время проводит?..
– Да как и положено молодежи, – пожала плечами гранд-дама. – Куда они там ходят? На дискотеки, в бары… Хотя точно не знаю. Тут, в институте, Маша держалась несколько отстраненно. С однокурсниками общалась мало. Кончались занятия – сразу убегала. Одна. Иногда за ней подружка заезжала – такая видная девица, тоже очень самоуверенная. На хорошей машине…
– Мария сказала мне, – задумчиво произнесла Евгения Юрьевна, – что тема ее диссертации – дети из богатых семей. Это так?
– Не совсем, – усмехнулась ученая дама. – Она пишет о ребенке в контексте внутрисемейных конфликтов. А конфликты, как вы понимаете, они в любых семьях бывают. Не только в обеспеченных.
– Однако ей хотелось устроиться именно в очень богатую семью, – подчеркнула Позднякова.
– Мария никогда не скрывала, что с богатыми ей интереснее, – усмехнулась ученая дама. – Потому что тем не надо заботиться о хлебе насущном, следовательно, появляется время на осмысление и созерцание. Маша и сама неравнодушна к роскоши. Признавалась мне, что мечтает о машине хорошей. И чтобы путешествовать по всему миру, обязательно первым классом… И я ее, знаете, не расхолаживала. Всегда говорила: будешь трудиться добросовестно, в полную силу – всего добьешься.
– Но как она планировала этого достигнуть?.. – словно бы в пространство произнесла Евгения Юрьевна. – Кандидатская степень, и даже МВА, первого класса не гарантирует…
– Не знаю, – честно ответила профессорша. – Но Мария всегда подавала себя как королеву. Будто в педагогическом институте она случайно. На метро ездит лишь временно. И в студенческой столовой обедает просто из интереса… Меня это немного забавляло. Однако ее достоинства с лихвой искупали ее немногочисленные недостатки…
И ученая дама вновь улыбнулась – тепло, будто о собственной дочке рассказывала…
Позднякова грустно подумала: «Да уж. Докладывать Кривцову мне пока нечего».
Время давно перевалило за полночь, Лиза беззаботно посапывала, а ее няня никак не могла уснуть. На сердце было тревожно, и каждый скрип, каждый случайный шорох отдавался в душе тревогой. Все время казалось: это не привычные для спящего дома звуки, а неведомый убийца выходит на свою ночную охоту. И его очередной жертвой может стать любой из обитателей особняка.
Совсем на душе тревожно… Снова, что ли, отправиться к беспечной Каське? Надавить
Однако горничной, Маша уже поняла, упрямства не занимать. Раз решила в молчанку играть – не переубедишь. И характер у Каськи склочный. Еще поднимет крик, начнет возмущаться: чего, мол, достаешь? Перебудит весь дом, но правды все равно не скажет.
Потому только и оставалось – бесконечно кружить по комнате, своему временному пристанищу. Недурно обставленному и даже уютному. Однако Маша помнила, все время помнила, что здесь совсем недавно побывала Смерть.
Интересно, почему Настя все-таки не кричала? Настолько крепко спала, что не услышала, как открывается дверь? Или же она знала того, кто пришел? И совсем его не боялась? Но когда в комнату посреди ночи входит человек в маске, поневоле испугаешься, вскрикнешь в любом случае. Даже если знаешь гостя. Или тот, миновав Лизину спальню, маску снял? Или же девочка просто придумала свой рассказ про страшного великана? Вопросы, вопросы…
Время близилось к часу, а сна – ни в одном глазу. И отвлечься нечем: телевизора нет, мобильника нет, а читать в таком состоянии бесполезно. Только и оставалось – метаться по комнате. Прислушиваться к шорохам и шепотам дома. Смотреть в окно, на тускло-серый, в свете единственного фонаря у парадного входа, сад… Может, ну ее к бесу, всю ее затею? Завтра потребовать у Кривцова расчет. Или просто утром сесть в свою машину. Наврать Костику, пасущему вход, что ее отправили, допустим, в аптеку, Лизе за лекарством. И покинуть страшный дом навсегда.
…Стрелки часов уже приближались к половине второго, когда во дворе вдруг вспыхнул прожектор, а по дорожке зашуршали колеса. Маша кинулась к подоконнику. Увидела: у парадного входа тормозят две машины. Первая – кривцовский «Мерседес». Позади – скромная «Нексия». На ней, знала Маша, ездит адвокат Макара – Нурлан. Что-то поздновато сегодня они явились… Замигали желтые лампочки гаражных ворот. «Мерседес» плавно скользнул внутрь. За ним уверенно проскочила «Нексия». А вот это странно. Нурик что, ночевать в их доме собрался? Но с какой стати? Или у них с хозяином важный разговор – который нельзя отложить до утра?.. Ох, подкрасться бы, подслушать… Но только шаги, даже если босиком и на цыпочках, в ночном, гулком доме все равно можно расслышать. А если под дверью ее застанут?.. Нет, рисковать нельзя.
Ворота гаража автоматически захлопнулись, прожектор у входа погас. Маша кинулась в Лизину комнату, приотворила дверь в коридор, прислушалась. Похоже, мужчины отправились прямиком в кабинет Макара. Странное, странное время для деловых переговоров…
Однако беседа длилась совсем недолго – уже без четверти два во дворе вновь включился прожектор, замигали лампочки ворот, и «Нексия» покинула особняк. За рулем – Маша успела рассмотреть в ярком свете – сутулился мужчина, похоже, Нурик. Пассажиров в машине не было. Вот странный человек! Зачем было в гараж заезжать, если он всего на пятнадцать минут? А может, что-то вывезти надо было? И погрузить в машину незаметно? Коллекцию старинного оружия, допустим, которая в кабинете Макара висит? А что, возможно – если Кривцова подала на раздел совместно нажитого… Мужья в таких случаях всегда стараются это самое имущество упрятать подальше.