Зодчий. Книга IX
Шрифт:
— Я всё объясню. Просто тащите туда всё, что можете, — сказал я. — Чем больше, тем лучше.
Мне нужно было много ресурсов.
— Сделаем, ваше сиятельство.
Глава 21
Когда Милославская и военный архонт добрались до места встречи — барон Гжежинский снова появился в поле зрения. Разъярённый мятежник орал в рацию:
— Всё, что он строит — ты должен уничтожить! Поставь своих людей, следи за ним! Проклятье, ты можешь сам
— Мы там как на ладони, компадре Бета-1. Я потерял связь с группой, отправленной на поиск. Это ведь Зодчий! Он всё видит и у него одарённые!
— Котляров, у тебя мало людей?! — возмутился Гжежинский. — Если надо приведи всех. Разберите его дома по камешкам.
— Но у него же компадре Альфа… — ответил ему собеседник с явным возмущением.
— И почему же она до сих пор у него? — побагровел Гжежинский от негодования. — Слишком сложная задача?
— Вы не давали приказа! — лязгнул голос.
— А если дам ты сможешь её вытащить? — с насмешкой проговорил барон.
— С потерями — смогу. Во имя Революции!
— Значит, вытаскивай. Тому, кто заберёт её живой, отдам Петергоф, — сказал Гжежинский. — Слово компадре! Передай это своим головорезам. Они, конечно, топливо для костра сопротивления, но, может, и сгодятся на что-нибудь.
— Мои люди действуют ради общего блага, а не из собственной корысти! — отчеканил Котляров.
Гжежинский глубоко вздохнул, прикрыл глаза.
— Мне наплевать. Вытаскивай Альфу, Зодчего можешь прикончить. С этим-то ты справишься?
— Позвольте усомниться, — сообщила ему моя проекция, возникшая рядом с лицом барона. Мятежник содрогнулся, глаз его дёрнулся в нервном тике.
— Работай, — ледяным тоном произнёс Гжежинский и убрал рацию, после чего обратился ко мне:
— Вы оказались подлее, чем я думал, Зодчий. Мы ведь договорились. Вы дали слово.
— Ну не надо натягивать сову на глобус, барон. Никакого слова я вам не давал. И ещё раз предлагаю вам сдаться.
— Челидзе мы продадим, — продолжил мой оппонент. — А вашего приятеля я порежу на лоскуты, сделаю из этого материала макраме и пришлю вам. Лично.
Ах да, он ведь ещё ничего не знает. Его люди как раз заканчивали обыск раскуроченного узла связи, и я наблюдал за этим, одновременно шагая в сторону нового Экспансионного Узла. Одарённый огневик, с плавающими над головой сферами, остановился у кровавых следов, где после атаки на аппаратуру приходил в себя Кожин. После чего двинулся по ним к выходу на улицу, шепча проклятья.
— Боюсь, с лоскутами тоже будет проблема, — вздохнул я. Гжежинский поджал губы, но забеспокоился, и всё-таки снова потянулся за рацией.
Тем временем вездеход Милославской и военного архонта нёсся по главной трассе, соединяющей Березняки и Южно-Сахалинск, с каждым мигом он был всё ближе к первому
Милославская находилась в грузовом отсеке броневика, расположившись на полу из-за своего доспеха. Она внимательно изучила план, одновременно вытащив невесть откуда карамельный леденец на палочке и засунув его себе в рот. Старец, сидящий в кабине рядом с водителем, бросил короткий взгляд на карту и благодарно кивнул.
— Жак, где доклад? — старательно спокойным голосом спросил Гжежинский в рацию. Тот огневик, который шёл по кровавым следам Кожина, отвлёкся от поиска, посмотрел на затрещавший прибор. Рядом с ним остановилось ещё двое одарённых. Все в грязи, в саже и в ужасе. Площадь вокруг стенала от голосов раненых. Среди обломков бродили уцелевшие, расчищая павших. Где-то магией, а где-то руками.
Кто на что учился, как говорят. Выходить на связь с начальством поисковики не спешили.
— Бета-1 вызывает Жака. Приём, — продолжил Гжежинский.
— Если что, скажи вслух «я сдаюсь» и мы решим любые трудности, барон, — передал я через проекцию.
— Пошёл ты, Зодчий, — окрысился Гжежинский. — Жак, ты оглох, что ли?
— Тут нет никого, — отозвался, наконец, огневик. — Простите, компадре Бета-1.
Он смотрел на рацию, как на зажатую в руке ядовитую змею. Товарищи пытались поддержать Жака сочувственным видом, но тому легче явно не было.
— Что значит нет никого?
— Пусто тут. Ушли они. Видимо, когда ракетами…
— Так значит найди их, дурак! — снова заорал барон. Жилка на его виске забилась в припадке. — Быстро!
Как раз в этот момент мой вездеход выехал в зону видимости блокпоста. В соседних зданиях изготовились стрелки с противотанковыми установками, а на центр дороги вышел высокий мятежник в распахнутой на бронированной груди шубе. На плече он держал усиленный кристаллами обнажённый клинок, а в левой руке поигрывал огненным сгустком. Умелец и огневик разом. Причём серьёзного ранга.
— Не тормози, — проскрипел сидящий в кабине архонт.
Мятежник на блокпосте сделал ленивый знак, чтобы автомобиль остановился. А через миг нахмурился, поняв, что тот даже, наоборот, добавил скорости. Следующим жестом воин сбросил клинок с плеча, взявшись обеими руками за меч. Пламя скользнуло по стали.
— Ваше благородие, я очкую, — честно признался водитель вездехода.
Архонт ничего не сказал, его глаза чуть сощурились, и тут невидимые кулаки обрушились на позиции стрелков в зданиях. Они вмяли стены в глубь домов, перемешав каменные обломки с телами бунтовщиков. Оба погибли в одно мгновение. После чего крыша блокпоста раздавила оставшихся внутри людей.