Знаю только я
Шрифт:
1 марта. Вторник
Молитва, зарядка.
Календарная весна! И мы выходим с «Живаго» на старую сцену. Вчера давал интервью Российскому ТВ — невнятица меня губит. А дело вот в чем: закрыв театр, потеряв здание, нам необходимо сохранить труппу, уникальную по своим музыкальным возможностям. Сохранить труппу, сохранить молодежь — вот главная идея открытия.
8 марта. Вторник
Молитва, зарядка.
Подписать контракт, играть и продолжать бороться за новую сцену. Мы не можем дать уйти театру в песок, не можем
Надо работать. Да, правительство не заступилось. Что теперь — уходить и отдавать Губенко весь театр, чтобы он царил и это называлось «Таганкой»? Не заступился никто! Обижаться? Нет, будем бороться за себя сами. И сохраним репертуар в пику единственной «Чайке» Губенко. Зритель истосковался. Наш изысканный, эксклюзивный репертуар — и «Чайка», поставленная кинорежиссером [341] !
Теперь шеф в Иерусалиме и не хочет, чтоб мы открывались до рещёния Думы, суда и пр. Но мы рискуем потерять и старую сцену, и я принимаю рещёние 23 апреля играть «Живого»!..
341
Сергеем Соловьевым.
11 марта. Пятница
За мои идеи, особенно если бы они были реализованы, мне должны были бы платить. Правда — кто?! Вот сегодня идея: нырнуть под сень области. Кто мэр Московской области?! Бить челом ему: «Спасай, мэр, «Таганку», отдай нас какому-нибудь банку, а то и двум. А мы тебе поездим по области — Чехов, Можайск, Волоколамск (опять же Питирим!), Дмитров…»
30 марта. Среда, мой день
Мне снился Филатов. Мы лежали… Потом он бросил мне в лицо каким-то пшеном. Я спросил: «Ты ударил меня?» — «Нет». Тогда я сказал: «Леня, извини… Давайте помиримся…» Этот сон на фоне вчерашнего сообщения: «Ты знаешь, у Филатова инсульт!» — это Инна, комендант. Потом инсульт не подтвердился, слава Богу. Но Леньке плохо. Господи, помоги ему! Не наказывай нас так жестоко! Такая наша профессия, такая наша жизнь — червяшка поползла, потом умерла и т. д. А он еще влюбился в Нинку, да тут еще Дениска в семинарию из ВГИКа… да с Эфросом напутал Леонид много. Неужели у меня чувствуется злорадство?.. Прости, Господи, нет, нет…
31 марта. Четверг
Молился за Леньку…
С.Соловьев репетирует с актрисой. Она ни хрена не понимает, он бьется, бьется, потом в сердцах говорит:
— Да ладно… неизвестно, будет ли вообще театр…
И вдруг истерический крик Губенко:
— Театр будет, будет, будет! — и еще чего-то. Аплодисменты, хлопки трех поклонников.
Да пусть будет, если будет… Так и хочется написать: «Филатова ты уже угробил», но
Вчера я записывал на пленку для выставки сны о Высоцком, из дневников.
10 апреля. Воскресенье. 16.15
Вчера открыл выставку «Высоцкий на “Таганке”», к 30-летию театра, по мотивам моих дневников. Самой дорогой и неожиданной реликвией для меня явился приказ от 14декабря 1975года, где предписано к 20 марта 1976 года осуществить мой ввод на роль Гамлета. Три подписи — Дупак, Власова, Любимов. Вот, наконец-то миру ясно, что не Самозванец я с принцем Датским, а назначенный приказом. Кажется, и с Ниной Максимовной помирила нас Люсенька, объявив мою книгу «лучшей книгой о Высоцком». Нина М. улыбалась, когда я пел про «Нинку» и рассказывал об истории написания песни «Поездка в город»…
3 июля. Воскресенье
Почему я выспариваю Пастернака у Набокова или вдруг заплачу над Есениным — и оба они потускнеют, и уйдут их рассуждения гениальные, когда вдруг зазвучат в голосе строфы «Онегиной»?
«Ты сыграл своего Гамлета в “Живаго”», — сказала мне Люся Высоцкая. Абрамова, а я написал «Высоцкая». И не ошибся. Она самая Высоцкая из всех его женщин, любимых им.
31 июля. Воскресенье.
Гурченко обо мне:
— Мой любимый артист… Мы с вами не снимались, но мы были приглашены как литераторы…
Это мне запало — «любимый артист». Что она в виду имела?..
«Послушай, Феллини». Сумасшедшая, грандиозная работа актрисы Гурченко. Завидовал, как двигается, танцует, поет… и играет. Но зачем она каждой клеточкой, каждым квадратным сантиметром пространства экрана доказывает, какая она талантливая и зря ее так долго не снимали?.. Этот бесконечный реванш… Зачем?! Это какая-то тогда опять ущербность, какой-то комплекс. Нельзя показывать своих страданий, нельзя их демонстрировать; у меня тоже это есть. Хотя нет. От этого нет полного захвата моего сердца, души. Я тоже вместе с ней начинаю считать… и всё. А вообще-то, конечно, феномен, но какой-то агрессивный. Энтузиаст, как сказал бы, да и говорил, Грушницкий мой.
Никита Михалков. Не удалось мне с ним ни познакомиться, ни поздороваться. А хотелось.
4 августа. Четверг. «Брно», г. Воронеж
...Вчера на перроне сказали мне, что умер Е.Р.Симонов, и тут же добавили: «...и Смоктуновский». До утра не верил в это. Воронежские ребята подтвердили — по ЦТВ прошла информация.
И.Смоктуновский умер. Ушла эпоха. Ушел родитель главного направления актерского ремесла 60—70-х годов. Ой-ой-ой... Кеша, Иннокентий Михайлович, Иннокентий Смоктуновский! Боже, Боже... Великий артист ушел.
Какие артисты ушли — Борисов, Леонов, Евстигнеев и вот... Смоктуновский. Неужели ты, B.C., и вправду родился, чтоб написать дневники о Высоцком, засвидетельствовать мгновения чужой жизни, да и то не главные, мимо проходящие?..
20 августа. Суббота. Венер
— Не пишется.
— И мне. Откладываю — завтра, завтра, и так уже лет пять.
— Напрасно. Вам не пишется — это напрасно. Вам — дано. Не всем дано, кто пишет, а вам дано, пишите. Мое время на излете, а вы еще… — сказал мне Жженов и подарил в самолете книжку «От глухаря до Жар-птицы».