Знаю тебя

Эверхарт Элли

— Во сколько тебе обошлись наши билеты? — спрашиваю я.

— Не беспокойся об этом. — Гаррет садится и пристегивает меня. — Хочешь пить?

Рядом уже стоит и ждет стюардесса. Мы оба заказываем газировку.

— Поверить не могу, что мой первый полет пройдет в первом классе, — говорю я Гаррету. — Садиться в следующий раз в эконом будет отстойно.

— Тебе и не придется летать экономом. Я не могу сидеть там. Не помещаюсь. У меня слишком длинные ноги. Поэтому, когда мы куда-нибудь соберемся, ты будешь сидеть

в первом классе со мной.

Я снова не знаю, как отреагировать на заявления Гаррета, предполагающие наше совместное будущее. И потому просто молчу.

Когда самолет взлетает, я сжимаю руку Гаррета и делаю глубокий вдох.

— Все хорошо, — шепчет он.

Это действует успокаивающе. Я начинаю расслабляться.

— Поспи, — предлагает он, когда мы уже в небе. — Я разбужу тебя, когда приземлимся.

Я слушаюсь. Я так устала после экзаменов, а теперь еще и Фрэнк. Я сплю до самого Де-Мойна.

Пока Гаррет ждет арендованную машину, я звоню Райану и говорю, что мы уже едем. Когда мы добираемся до больницы, Райан встречает нас. Он кажется похудевшим. И у него темные круги под глазами, словно он не спал несколько дней.

— Райан.

Я подбегаю и обнимаю его. Я и не предполагала, что так сильно соскучилась по нему.

Райан удивлен.

— Джейд, ты только что обняла меня? Что случилось с тобой в колледже?

— Хм. Я теперь больше ценю прелесть объятий.

— Я шучу. Мне понравилось. — Он поворачивается к Гаррету и пожимает ему руку. — Привет, Гаррет. Спасибо, что доставил ее сюда.

Райан познакомился с Гарретом в день моего приезда в Мурхерст. С тех пор он называет его «красавчик», потому что Гаррет выглядит как модель. Сейчас Райан впервые обратился к нему по имени.

— Рад был помочь. — Гаррет приобнимает меня. — Она должна была прилететь.

— И как тебе удалось затащить ее в самолет? — говорит ему Райан. — Она до смерти боится летать.

— Эй. Ничего я не боюсь, — возражаю я.

Гаррет бросает на Райана скептический взгляд.

— Мне можно увидеться с Фрэнком? — спрашиваю я Райана.

— Через полчаса. Он на осмотре.

— Значит, ты сидишь здесь один? А где Хлоя?

— Пошла домой. Она провела тут всю ночь, и я хотел, чтобы она поспала пару часов перед работой. Можем подождать в кафетерии, если хочешь.

Мы спускаемся и покупаем попить. Аппетит напрочь отсутствует. Меня всегда пугали больницы и пациенты, обвитые трубками и подключенные к пикающим аппаратам. И запах. Почему в больницах всегда так отвратительно пахнет?

При всей своей неприязни к больницам я, как и Райан, собиралась поступать в медицинский. Я столько лет наблюдала за борьбой Фрэнка, что почувствовала в себе желание помогать таким людям, как он. Я еще никому об этом не говорила, потому что не уверена до конца, но попав сюда, чувствую, что пора переосмыслить задуманное.

Райан

расспрашивает нас о полете и выпускных экзаменах. Вчера я попросила его не поднимать тему о Блейке, не спрашивать о моем самочувствии и так далее. У нас и так хватает проблем.

По голосу Райана я чувствую, что он скрывает что-то плохое. Ненавижу, когда он так делает. Он знает, я бы хотела, чтобы он рассказал. По телефону он обещал, что расскажет все, как только я прилечу, и вот я здесь, а он молчит.

Не выдержав, я спрашиваю:

— Так что сказал врач? Ему становится лучше?

— Ему лучше, чем было, когда его привезли. Врачи остановили кровотечение, и отек постепенно спадает.

— Что именно они делали во время операции?

Наверное, не стоило спрашивать, но перед моими глазами стоит образ Фрэнка, которому распилили череп. Лучше все узнать сразу.

— Просверлили небольшое отверстие в черепе, чтобы откачать скопившуюся кровь, — объясняет Райан. — Все не так плохо, как звучит. Некоторым приходится делать трепанацию.

Я рада, что Фрэнку не нужна трепанация, но отверстие в черепе все равно пугает меня.

Райан смотрит на часы.

— Наверное, нам уже можно войти.

Оказавшись в реанимации, я начинаю нервничать, не зная, выдержу ли, если увижу Фрэнка в плохом состоянии. При том, что он мне не отец. Не представляю, как держится Райан.

— Только сначала вы должны подготовиться.

Райан отводит нас к раковине, чтобы мы могли вымыть руки с мылом, которое пахнет почти так же гадко, как сама больница.

— Ничего, если я тоже зайду? — спрашивает Гаррет Райана.

— Да, но я зайду первым, сообщу, что вы оба здесь.

— Кажется, меня сейчас вырвет, — говорю я Гаррету. — Не знаю, то ли из-за больничного запаха, то ли от волнения перед встречей с Фрэнком.

Гаррет кладет руку мне на спину и наклоняется.

— Успокойся, — мягко говорит он. — Я здесь. И буду рядом все время.

Я несколько раз киваю.

— Хорошо. Заходите.

Райан придерживает для нас дверь.

Сделав глубокий вдох, я захожу. Гаррет тоже. Увидев лежащего в кровати Фрэнка, я чуть не выбегаю обратно, потому что видеть его таким просто невыносимо. Вокруг него столько приборов. Его голова выбрита и перебинтована. И он очень бледный и исхудавший.

Почему они с Райаном такие худые? Они что, после моего отъезда вообще перестали есть?

Сдерживая подступившие к глазам слезы, я думаю о том, что еще никогда не видела Фрэнка таким слабым и беспомощным.

— Джейд, подойди, чтобы я мог увидеть тебя.

Фрэнк без очков. Они лежат на столике рядом.

— Тебе дать очки?

Он кивает, и я помогаю ему их надеть. Он кажется таким хрупким. Словно с тех пор, как я уехала, прошло двадцать лет.

— Ты хорошо выглядишь, Джейд.