Знакомьтесь: МУР
Шрифт:
О храбрости и самоотверженности этих людей даже среди работников МУРа, немало повидавших в схватках с преступниками, ходили рассказы, напоминавшие легенды. И неудивительно. Сотрудники «бандгруппы», как ее называли между собой муровцы, постоянно находились между жизнью и смертью: они выезжали на все операции по разгрому банд и задержанию опасных преступников. А в те времена ни одна такая операция не проходила без ожесточенного вооруженного сопротивления бандитов. У группы был свой девиз: «Не говори, сколько преступников, скажи, где они!» И свое правило: «Хочешь остаться в живых, умей стрелять лучше бандита и на полсекунды раньше него».
Насколько большим авторитетом пользовались сотрудники «бандгруппы» у руководства Московского уголовного розыска свидетельствуют те «вольности», которые
Постепенно Москва начинает очищаться от заправил профессиональной преступности. Уже в 1920 году количество вооруженных грабежей по сравнению с 1919 годом сократилось в три раза, а невооруженных ограблений — в девять раз, число убийств уменьшилось на одну треть. Только в 1918—1919 годах московская милиция возвратила государству и гражданам имущества и ценностей, изъятых у преступников, на сумму, превысившую 160 миллионов рублей.
Трудно перечислить все направления сложной и разносторонней деятельности Московского уголовного розыска, в напряженные годы гражданской войны…
Из различных отделений милиции, обслуживающих городские рынки, в МУР стали поступать сведения о появлении в торговом обороте фальшивых денежных купюр различного достоинства. Первые розыскные мероприятия результатов не дали. Напрашивался вывод, что орудует в данном случае хорошо организованная шайка фальшивомонетчиков и сбытчиков поддельных денег.
Муровцы вместе с чекистами провели несколько комбинаций. В результате стало известно о существовании трех подпольных мастерских по производству поддельных денежных купюр, принадлежащих одной организации фальшивомонетчиков. Вскоре удалось установить, что мастерские эти, оборудованные по последнему слову печатной техники, находятся: одна в самом городе, вторая в поселке Сходня, а третья — на станции Царицыно. Выяснили и состав шайки, в которую входили специалисты — граверы, типографские печатники, фальшивомонетчики-рецидивисты — всего 83 человека. При аресте преступников и ликвидации подпольных «фабрик» было изъято несколько печатных станков, клише, краска, бумага, десятки пачек фальшивых денег.
В этот период сотрудникам МУРа пришлось интенсивно заниматься раскрытием краж ценностей из церквей, заметно участившихся в 1920—1921 годах. В тесном взаимодействии с чекистами они в течение нескольких дней раскрыли кражу из самого крупного хранилища церковных ценностей — Иверской часовни, где в апреле 1921 года преступники, разобрав часть крыши часовни, проникли внутрь и похитили на пять миллионов золотых рублей жемчуга, рубинов, бриллиантов, золота и серебра. В процессе расследования кражи выяснилось, что действовала группа опытных, высококвалифицированных воров, насчитывавшая около тридцати человек. Многие члены этой воровской шайки еще в царское время отбывали наказание за аналогичные преступления. В послереволюционное время ими были совершены десятки краж из соборов и церквей в различных городах страны.
В соответствии с предписанием городской комиссии по борьбе с бандитизмом сотрудники МУРа в 1919 году приступили к очищению Москвы от преступного элемента в административном порядке. Муровцы получили возможность через коллегию МЧК высылать в трудовые лагеря тунеядцев, бродяг, лиц, ведущих аморальный образ жизни.
Много хлопот муровцам доставляли проститутки. Нередко были случаи, когда они обворовывали своих «клиентов», а то и грабили, предварительно подпоив. Многие из них участвовали в таком виде преступного промысла, как «хипес», то есть выступали в роли наводчиц на преступления, укрывательниц воров и грабителей. Женщин легкого поведения также высылали из Москвы. Боролись с ними и таким способом. Группу пойманных во время облавы «девочек» на ночь помещали в камеру, предварительно обработанную сильными дезинфицирующими веществами, безопасными для здоровья,
Возможно, с позиции сегодняшнего дня и современного уровня организации борьбы с правонарушениями некоторые факты из истории МУРа, относящиеся к периоду его становления, выглядят несколько необычно, а порой и наивно. Но что было — то было. Как говорят, слова из песни не выбросишь. Сейчас факты тех лет — уже история. А через призму времени одни явления и примеры прошлого воспринимаются с искренним восторгом и обожанием, другие — нередко со снисходительной улыбкой, третьи — прямо скажем, с некоторым недоумением. Время диктовало свои задачи, свои методы и приемы борьбы с преступностью. Оперативная обстановка в Москве подсказывала особые формы организации работы уголовного розыска.
«Ввиду усилившегося в больших размерах бандитизма, уличных грабежей… как временная чрезвычайная мера вводятся следующие положения:
1. Все сотрудники Московского управления уголовного розыска находятся на чрезвычайно-военном положении.
2. Для более успешной борьбы и мер пресечения и действий чисто оперативно-розыскного характера при Московском управлении уголовного розыска организуется боевой отряд, состоящий: из активных сотрудников уголовного розыска, милиционеров наружной охраны, резерва боевой дружины управления и временно прикомандированных красноармейцев МЧК, каковой несет чрезвычайное ночное дежурство.
3. При оперативных действиях отряд делится на три части и работает беспрерывно по двенадцать часов в сутки…
6. Задачами отряда являются массовые облавы, обыски, проверки документов, аресты и задержания.
7. Задержания производятся следующим образом: 1) задерживаются лица с оружием, не имеющие на то никакого права или возбуждающие в этом сомнение, 2) все, покушающиеся на разбои и грабежи, 3) с подозрительными ношами и 4) в исключительных случаях, подозрительные лица.
8. Производство обысков, арестов должно быть по ордерам.
9. Проверка документов и личные обыски производятся: а) до 12 часов ночи в исключительно подозрительных случаях и б) после 12 часов ночи до 6 часов утра по усмотрению сотрудников уголовного розыска.
10. Для выполнения возложенных на Московское управление уголовного розыска заданий все начальники милицейских районов и отделений обязаны оказывать управлению полное содействие…
11. За малейшее неиспользование каких бы то ни было требований и распоряжений непосредственно администрации, как то: за неявку на службу, манкирование таковой, опоздание и т. п., виновные рассматриваются как злостные саботажники, будут арестовываться и заключаться в концентрационные лагеря на срок до шести месяцев».
Последний пункт приказа диктовался необходимостью решительного укрепления дисциплины сотрудников, особенно среди старых специалистов сыскной полиции, проявлявших порой расхлябанность и нерадение по службе. Так было, к сожалению, не только в уголовном розыске. В это тяжелое и напряженное время гражданской войны в государственных учреждениях работало немало «бывших», которые, по образному выражению В. И. Ленина, перерядились в «советский» защитный цвет, относились к жизненно важным делам Республики рабочих и крестьян
«с бесконечно преступным и бесконечно наглым равнодушием, переходящим в саботаж».
Принимались и другие меры для
«создания новой массовой обстановки, при которой, — как отмечал В. И. Ленин, — буржуазный специалист видит, что ему нет выхода, что к старому обществу вернуться нельзя…»
Но на службе у молодого пролетарского государства было и немало честных людей добросовестно исполнявших свой служебный долг, без колебаний принявших Советскую власть. Да и не все формы работы старого аппарата следовало безоговорочно отвергать только потому, что «так было раньше».