Знахарь
Шрифт:
В том числе, когда-нибудь оградит её от себя. Ошибки Улья…
— Я убил его друга.
—… Ох. — удивилась Женя, при этом прикрывая руками лицо.
— Так вышло. Я, честно говоря, думал, что его я тоже убил. Однако же вот, он выжил.
— Ты уверен? Он-то тебя явно не узнал. Или быть может у тебя были причины? — тихо спросила девушка. В её мире уже не было «розовых пони» и «радужных единорожек». Она понимала куда попала. Что тут особенно сильны законы — «Либо ты, либо тебя». Но верить в то, что Ал просто так, без веских причин
— Это сложно объяснить… Я тогда не мог поступить иначе. В общем вот… — не желая уходить в дебри подробностей и объяснений, закончил изливать душу Алви.
— Ты… ты остался хорошим человеком. Даже в этом сраном месте. — вновь взяла в свои ладони руку Алви, Евгения. — иначе ты бы щас так не парился.
— Да… Ещё подарок его. И ведь реально не принять не мог.
— Какой подарок? Что там?
— Споран или может горох, я не открывал яйцо.
— Чего не открывал?
— Яйцо, киндер сюрприз…
— И где оно? Вот ты не обижайся, но ты точно ебобо… а если там горох, или… Открывай срочно, я от любопытства щас помру.
— Да вот, вот… Вот.
Сидели молча.
Алви вновь погрузился в самобичевание. Коря себя, что не посмотрел раньше, и подумывая как бы отобрать жемчужину из рук Жени, так чтобы она потом не обиделась. Ибо, надо же вернуть…
А Женя подробнейшим образом изучала некрупный шарик. И отдавать его, потакая совести, а вернее расточительству Алви, она не желала.
— Какого она цвета? — нарушила молчание Женя.
— Чёрная.
— Прикольно. Я вижу её в другом спектре. Кстати, возможно я пропускала такие, в наших поисках сокровищ. Она как будто на ином уровне… Я не знаю, как тебе это объяснить.
— Ну теперь-то не пропустишь, хорошо, что мы её изучили…
— Хрена лысого.
— Вот как ты…
— Хрена. Лысого. Я тебе её не отдам. Ну в смысле вернуть не дам. Даже не начинай.
— Блин, да это же целое состояние…
— И он добровольно тебе его отдал, и то, что ты когда-то подглядывал за ним в душе, этого не изменит.
— Ха… — слов по-прежнему не было, чтобы комментировать подобные инсинуации.
— Варианта на самом деле всего три.
— И какие?
— Первый. Мы её продаём, на вырученные деньги безбедно живём, по крайней мере какое-то время…
— Допустим.
— Второй — её жрешь ты. И наконец приобретаешь навык. Или быть может возвращаешь свои прежние… Тут у нас информации мало. Но этот вариант мне нравится больше всего…
— А третий?
— Третий — её жру я. Чё тут думать-то. И у меня открывается ещё один навык. Всяко жить проще будет. С точки зрения вложений, её выгодно сожрать. Лучше получить инструмент для добычи денег, чем просто много денег для трат…
— А если я её съем, и ничего не произойдёт? Мы с тобой просто переведем ценнейший артефакт. Возможно, я не смогу больше иметь навыки…
— Да, риски есть,
— У нас нет на это средств. Ну помимо жемчужины. Они знатные крахоборы, поверь мне. Да и не факт, что они мне помогут. Думаю, разумней мне дождаться возвращения моего друга. (Так он называл Лео, и обещал Жене, что их жизнь измениться, когда он вернётся)
— Тогда её должна сожрать я. Ты говорил — должно пройти какое-то время, и появится новый навык. За этот период накопим на один приём у Знахаря…
— А может всё же…
— Ну раз решили… — на этих словах, Евгения закинула шарик в рот, и проглотила. — Всё, нет её. Теперь будем с тобой обсуждать какая я молодец, и надеяться на крутой Дар…
— Жека, ты коза.
Планы, сбежать в скором режиме, не увенчались успехом. До следующего стаба было приличное расстояние, преодолеть его без Евгении, на своих двоих Алви вполне мог. Но не с незрячим подростком. Посему, побегу было не суждено случиться, хоть и выглядело всё происходящее несколько странно.
Дело в том, что по какой-то причине, из стаба перестали выходить караваны. Те, что ныне были в нём, и готовились продолжать маршрут, вдруг обнаруживали значительные поломки транспорта, либо внезапные болезни кого-то из важных сотрудников. Мало какие группы держали на довольствии сразу двух сенсов. Но что ещё более странно, в стаб уже третий день приезжали лишь одиночки, либо малые группы из двух трёх участников. Как будто данный стаб, и эта часть региона, была грамотно оцеплена. Но с чего ради? Кто мог такое устроить? И во имя каких целей?
Эти вопросы крутились в голове Алви, и он невольно чувствовал опасность происходящего. Но никак не мог соотнести всё происходящее вместе.
Первой мыслью было, что Улей изрядно сократил срок его пребывания в одном месте. Раньше, его проклятие проявляло себя лишь спустя двенадцать-четырнадцать дней. А сейчас, в стабе они провели не больше восьми. С другой стороны, где его проклятье и где поломки автомобилей у совсем незнакомой группы иммунных. Вещи в принципе никак между собой не связанные.
Помимо прочего, у Алви появлялось странное чувство параноидального характера. Он не замечал за собой слежки, но при этом временами словно ощущал её на своей коже. Он чувствовал это и до возвращения в стаб вместе с Моцартом. Но осознал это только сейчас.
— Жека, происходит что-то странное. Я думаю, надо валить. Причём срочно.
— Ал, я не против, я же сказала, не хочешь ты видишься со своим бывшим, и ладно…
— Дура, я серьёзно. Дело не в нём. Хотя… Нет, Моцарт не причём скорее всего. Забег от хозяина тайги не подстроить вот так. Я сейчас ходил в центр, хотел найти нам караван. Так вот, они все внезапно стали невыездными. Все! Понимаешь? — поделился Алви своими опасениями, при этом собирая остатки вещей.