Змей

Элиаде Мирча

— Только, пожалуйста, не пугайтесь моих приятелей, — продолжал молодой человек. — Они чудовища. Затрудняюсь даже сказать, на что они будут похожи, когда мы с ними встретимся. Оставил я их трезвыми и благопристойными, а вернее, они оставили меня...

И он залился смехом. Смеялся он необыкновенно заразительно, басовито и раскатисто. Лиза с Дориной тоже засмеялись. Капитан Мануилэ ограничился улыбкой. Невозможно сердиться на мальчишек. И все же он непременно окажется шалопаем...

— Ты нас перепугал до смерти! — воскликнула

Лиза, наконец нападая на нужный тон, какого искала, как только юнец уселся к ним в автомобиль.

— А кто они и чем занимаются? — спросила робко Дорина.

— Один — самый что ни на есть солидный инженер завода в Решице, — серьезно объяснил Андроник. — Другие, они и в самом деле совершенно другие, потому что среди них, во-первых, имеется наш общий приятель архитектор, а во-вторых, две его приятельницы, очаровательнейшие иностранки. Больше о них не знаю даже я...

Дорина вымученно улыбнулась. Ничего не скажешь, приятный сюрприз: барышни, наверное, не знают ни слова по-румынски и придется говорить с ними по-французски, вот уж чего бы ей ни за что не хотелось.

Зато Лизу привела в восторг возможность поговорить по-французски. Как-никак два года она прожила в Париже и до сих пор все пытается заставить приятельниц поболтать по-французски... И потом, кто знает, у этих иностранок могут быть интересные знакомства в Бухаресте. Дипломатические круги, приглашения на чашечку чая, аристократические вечера... Что бы там ни было, удивительно приятная встреча... Они чудесно проведут время...

— Жаль, что у меня нет с собой купального костюма, — снова заговорил Андроник на подъезде к монастырю. — Передать не могу, какое наслаждение купаться ночью при свете луны в озере...

— Но сейчас, наверное, еще холодновато, — отозвался Владимир. — Как-никак май...

— Да я и в феврале купаюсь! — воскликнул молодой человек.

Он говорил искренне. Говорил много, быстро, уверенно, но ни у кого не возникало ощущения, будто он бахвалится. Широкоплечий, загорелый, с красивыми мускулистыми руками, конечно, он непременно должен был купаться в феврале по утрам.

— Если будет луна, надо непременно устроить катание на лодках под пение серенад, — прибавил он. — У Арсеника есть балалайка.

— У кого? — недоуменно спросила Лиза.

— У Арсеника, приятеля, о котором я вам рассказывал и много еще чего порасскажу.

— Чего же именно? — со смехом спросила Лиза.

— О! Столько женщин еще и теперь по нему сохнут, — покачал головой Серджиу Андроник.

Автомобиль, миновав аллею, остановился возле монастырских ворот. Здесь, под густой сенью деревьев, уже не было сомнений, что настала темная ночь. Влажный холодок пробежал по спине обеих женщин.

4

Когда вся компания, поручив свои сумки и корзины с едой отцу келарю, собралась отправиться на озеро, из кельи вдруг появился Серджиу Андроник.

— Нигде

никого! — воскликнул он огорченно и вместе с тем как бы забавляясь собственными злоключениями. — Как сквозь землю провалились!

Дорина невольно радостно всплеснула руками. Ее радость заметила Рири, и капитан Мануилэ тоже.

— Может, они уехали в Бухарест? — отважилась она спросить.

— Нет, этого быть не может! — ответил Андроник. — Полагаю, произошло следующее: они отправились в другой монастырь!..

Он улыбался, засунув руки в карманы и глядя на озеро, словно ничего и не произошло.

— Не отчаивайся, — утешил его Стере, — завтра утром уедешь с нами на автомобиле.

— Я вам чрезвычайно благодарен, вопрос только в том, как я проведу ночь и как встану утром! — Он повернулся к Лизе, которая смотрела на него и улыбалась: — Простите, сударыня, за столь нескромные подробности, но если бы вы знали, каким пугливым я становлюсь ночью и какая густая щетина вырастает у меня поутру! Ужас, а не щетина!..

Дамы весело рассмеялись, и веселее всех доамна Соломон.

— Ужас, ужас, я нисколько не преувеличиваю, — настаивал Андроник, — у вас просто недостанет мужества посадить меня рядом с собой в автомобиль. Впрочем, если у вас есть багажник...

Он говорил так искренне и непосредственно, что даже капитан Мануилэ не мог не засмеяться.

— Как вы думаете, мы успеем покататься на лодке? — спросил Владимир.

Домнул Соломон взглянул на часы. Он и здесь, в монастыре, продолжал чувствовать себя хозяином. Впрочем, он и здесь хлопотал обо всем, был доверенным лицом у отца келаря, да и многие другие монахи были ему знакомы.

— Без четверти восемь, — ответил домнул Соломон. — Если вы не так уж голодны...

— Ну о чем ты говоришь? Можно подумать, что всю ночь мы будем ужинать! — возмутилась Лиза.

Ей непременно хотелось покататься на лодке с этим малознакомым молодым человеком. Домнул Соломон почувствовал по тону Лизы, что допустил ошибку, заговорив об ужине.

— Как хотите, — сказал он. — Вот только есть ли лодки?

Андроник спустился к самой воде, просто чудо, как это он не провалился в густую прибрежную грязь, отливающую жирным блеском. Казалось, он что-то необыкновенно внимательно высматривает посреди озера.

— Не поскользнись, — крикнул ему Стере. — Вода здесь отвратительная.

Юноша повернулся к нему, губы его слегка улыбались.

— Кому-кому, а мне это известно лучше всех! Я пытаюсь проверить, точно ли я помню место, где два года тому назад перевернулась лодка и я чуть было не утонул...

— Да что ты говоришь?!. — испугался домнул Соломон.

Андроник поднялся ко всем остальным. Лицо у него сделалось другим: задумчивым, даже, пожалуй, грустным. Руки он опять засунул в карманы. И двигался очень медленно. Можно было подумать, что вернулся он с того света.