Змей
Шрифт:
— Ладно, господин Молин. — Внезапно она улыбнулась и сразу стала похожа на добрую крестьянку со старой картины. — Отдаю должное вашей проницательности. Вам нет необходимости лететь на Марс и иметь дело с американским флотом. У корпорации уже есть второй пульсатор.
Я мысленно сделал глубокий выдох.
Наконец-то я могу потрогать вселенский кошмар, на разработку которого ушло полвека. Он оказался очень большим и крайне неудобным к перевозке. Я увидел это скопление кубов, цилиндров и дисков, занимающих целый подземный ангар, и загрустил. Ни в какую баржу не влезет, однозначно.
Прибыли Бронислав с Еленой. Николай терся позади, мы с ним на пару ничего не соображали, и это нас сближало.
Мы околачивались снаружи и постоянно кому-то мешали. Вокруг аппарата суетились десятки техников-людей и такое же количество роботов. Впрочем, Пай Ли предупреждала, что монтаж еще не закончен, за такой короткий срок они едва сумели собрать боевую часть, а поскольку дело происходило на Земле, то испытания вообще провести было невозможно. Вот так, мы получали опытный образец.
Бронислава это обстоятельство, похоже, ничуть не волновало. Они с рыжей Еленой, забыв обо всем, с горящими глазами ползали в переплетениях механизмов; с ними заодно ползали двое местных, таких же одержимых, с потными, яростными лицами. В их как бы английской речи я понимал лишь предлоги, остальная научная тарабарщина оставалась за краем сознания. Единственное, что до меня дошло: пульсатор не нуждался в транспорте.
Ли вернулась с ночного совещания напудренная, помолодевшая и чем-то приятно возбужденная. Я научился уже за маской ее вежливости отгадывать нюансы настроения. Мы пытались докричаться до Бронислава и Елены, что уходим, но затем плюнули и оставили обоих в ангаре в состоянии бесконечного научного оргазма. На лифте поднялись на сотню метров, в один из овальных залов заседаний корпорации, там собралась, не сказать, что толпа, скорее, могучая кучка. Теневой кабинет практически в полном составе, в большинстве люди пожилые, если не сказать — старики. Очень похоже, что по крайней мере половина из них разменяли столетие. Черт возьми, Снейк становится публичным человеком, перед такими шишками я еще не выступал, да и вряд ли когда выступлю.
Меня приятно порадовало отсутствие заушных приспособлений, стало быть, публика подготовленная. Я повторил свою версию, насколько возможно медленно и внятно. Само собой, по просьбе хозяйки офиса я ни словом не упомянул о пульсаторе. Некоторое время меня изучали, точно блоху под микроскопом, просто смотрели. В этом обществе попусту ронять слова считалось моветоном.
Наконец Пай Ли обнаружила причину своего волнения, она уступила место худой высокой даме, завернутой, точно мумия, в черное полотно. Дама оказалась управляющей Департамента воспроизводства или что-то в этом роде. Чирикала она на своем родном языке, я захлопал глазами, и тут… Тут произошли два знаменательных события. Для начала мне предоставили живого переводчика. Я настолько привык, что все переводит хард, что сперва плохо понимал русскую речь. Изъяснялся парнишка без акцента. А во-вторых, живой помощник вкатил в зал школьную доску! Отцы китайской нации потихоньку впадали в психоз, только сейчас я отметил полное отсутствие киберов и вообще электронных устройств. Дама в черном с прискорбием подтвердила мою версию. Они исследовали трупы двух несчастных тюремных ассенизаторов и обнаружили изменения в органическом нэте. При этом вирт-пансион каждого рапортовал о полном здоровье.
Следующим выступил секретарь Коллегии Смотрителей, упрощенно говоря, главный по обеспечению жизнедеятельности здешнего Города Мудрых. Он сказал, что больше двух часов не может связаться ни с одним из своих долгоживущих клиентов. Приборы, к счастью, показывают, что Мудрые живы, иначе сложилось бы впечатление о повальной инфекции, поскольку все попытки Смотрителей выйти на контакт остались проигнорированными.
Теневой кабинет какое-то время пребывал в растерянном молчании, затем забормотали вполголоса. Они еще не успели осмыслить происходящее, и я такой поворот не предвидел. Я наивно думал, что Стасов начнет с энергетики, а он начал с физического устранения ближайших виртуальных противников.
— Он заразил Мудрых! Святые яйца, как я сразу не подумал…
Воротилы уставились на меня. Похоже, не до всех сразу дошло, о чем идет речь. Пай Ли ухватила мысль моментально.
— Придется решать очень быстро, госпожа. — Я склонился к ней, стараясь, чтобы никто не смог бы прочесть по моим губам. — И придется выполнять условия сделки, как бы вам ни хотелось иного!
— Объяснитесь!
— Оставим игры, госпожа. Ведь вы не намеревались на самом деле отдать мне то, что находится внизу.
Она насупилась.
— Думайте быстрее, госпожа. Еще можно отыграть пару фишек, если я сумею усыпить его бдительность. Возможно, не все Мудрые на планете пострадали.
Шум в кабинете нарастал, сдержанные доселе нувориши трещали наперебой, кто-то порывался бежать, кто-то посылал помощников выяснять ситуацию. Ли смерила меня насмешливым взглядом:
— Разберутся без вас, господин Молин. Предоставьте силам безопасности республики делать их работу.
— Глупости, госпожа!
— Что-о?! — К подобному хамству она не была подготовлена.
— Я повторяю — глупости. Никакие силы безопасности не смогут атаковать подвалы «Националя», мы лишь получим большую войну, которой месяц назад с таким трудом избежали. Только я смогу отбуксировать пульсатор через Европу. Стасов договорится с военными, вашим людям этого не сделать.
— Уравнение? — Она вовсе не выглядела смущенной, хотя я только что уличил ее в обмане. Очевидно, любой обман, маленький и большой, означал для нее лишь ходы в ежедневной политической игре. Люди ее сорта обладают удивительной моральной гибкостью.
— Пульсатор! — сказал я.
— Вы смеетесь? — Она оскалила тонкую полоску зубов. — Полагаете, для нас составит проблему выяснить формулу без вашего согласия?
Я улыбнулся в ответ и рассказал ей про стихи.
— Вы можете меня усыпить и поковыряться в мозгу, но пароль к моей памяти знает единственный человек на Земле. Пульсатор, госпожа.
Она намеревалась ответить какой-то колкостью, но тут охрана пропустила в зал еще одного из Смотрителей. Без личных компов все новости доходили страшно медленно. Парень принес известие, что в Пекине убиты два десятка криэйторов, обеспечивавших вирус-защиту Мудрых, еще примерно столько же погибло в двух других мегаполисах, и получены сообщения о подобных неожиданных смертях на рабочем месте из Японии и Кореи. Уже проходит экстренное заседание правительства.
Гости хлынули наружу. У каждого моментально нашлись дела, зал опустел в считанные мгновения. Двое секретарей подключили стационары, перебрасывались репликами с клерками из Министерства обороны; возник советник Чен, выпалил что-то скороговоркой и пропал. В окружении бронированных бодигардов из лифта вышли братья Ли, поклонились матери, один тут же направился в соседний зал — проводить собственное совещание, второй представил мне бригаду химиков.
— Оборудование будет поднято на поверхность через сорок минут. — Пай Ли терла в ладонях какую-то мелкую вещицу, вроде костяного амулета. — Подъемник не может работать быстрее. Мои сыновья с вами не полетят, это теряет смысл. Вместо них вас сопроводят двое инженеров и переводчик. Поскольку над европейской территорией мы не можем из космоса уничтожить оборудование, на борту будет установлен заряд достаточной мощности. В любом случае: или по окончании операции, или если вы измените взятому на себя обязательству, пульсатор прекратит существование.