Змей

Моисеева Екатерина

– Спасибо, спасибо большое! – Девушка одарила меня благодарной и чуть зазывной улыбкой, при этом немного покраснев. – Счастливого пути, Мистер Карлтон! И… Вам тоже!

Стало ясно, что имена моих друзей вылетели у нее из головы. Это было понятно не только мне, но и Алексу, который демонстративно закатил глаза. Не то, чтобы девушка его зацепила, но как-никак, он потратил на нее целых полчаса своего времени. Увидев реакцию друга, Виктор расхохотался и показал девушке большой палец – «так держать!»

Самолет взял курс на Екатеринбург.

***

Я воткнул наушники

и попытался заснуть. Хотел вновь увидеть тот сон. То, что я никак не могу увидеть лицо девушки, мучило меня. Как мучает слово, которое вертится «на кончике языка», но постоянно ускользает. Мне действительно удалось заснуть, но, когда стюард разбудил меня перед посадкой в аэропорту Кольцово, я не помнил, что мне снилось. Вздохнув, я уставился в иллюминатор. Рядом плюхнулся Алекс. Он явно был чем-то расстроен. Вспомнив рыжеволосую стюардессу, с которой Алекс начал флиртовать в начале полета, я сообразил, что могло расстроить друга.

– Не получилось вступить в клуб «Высокая миля»¹⁹? – Он получил от меня сочувственный взгляд.

– Девчонка слишком долго «ломалась». Когда, наконец, я почти пристроился, объявили посадку. Эта стерва сказала, что ей «нужно идти» и оставила меня со спущенными штанами и стояком! И еще предложила принести лед, чтобы «успокоиться»!

Я закусил губу, чтобы не расхохотаться.

– Это не смешно, Дэм! Мне пришлось изловчиться, чтобы засунуть свое «хозяйство» под холодную воду, вместо…

– Все, Алекс! Я понял! – Я засмеялся. – Извини! Но я говорил, что твой необузданный аппетит однажды выйдет тебе боком!

– Урал – явно не твое направление, друг! – Виктор повернулся с соседнего кресла. – Но не переживай! Мы пробудем тут недолго. Так что ты не успеешь забыть, как это делается!

Мы все дружно расхохотались.

Очередь в аэропорту показалась нам нескончаемой. Пару раз нас пнули, оттоптали ноги и «заехали» спортивной сумкой по спине со словами на русском (наверное, жаргоне, судя по интонации): «Куда прешь, урод?!» Когда я спросил у Алекса, что это значит, он ухмыльнулся и сказал, что это что-то сродни русскому приветствию в аэропортах и вообще в местах с большим скоплением народа. От просьбы научить меня этой фразе для приветствия русских он отказался, аргументировав свое нежелание странным смехом и фразой: «Поверь мне, не стоит. Для твоего же блага». Наконец мы добрались до окошка регистрации, пропустив Алекса вперед, как единственного, кто говорил по-русски. Он сразу же начал обворожительно улыбаться, увидев по ту сторону окошка молодую женщину в форме. Кажется, урок со стюардессой не был усвоен.

– Паспорта, пожалуйста! Цель поездки? – Девушка взглянула на нас. «Ну и ну…англичане? Французы? Явно неместные. Слишком расфуфырены. Даже простенькая на первый взгляд (но только на первый!) одежда их выдает» читалось в ее жестком взгляде.

– Туризм. Изучение местных легенд. Думаю, Вы одна из них!

Алекс выдал девушке одну из самых обаятельных своих улыбок. Та вопросительно подняла бровь.

– А Ваши друзья?

– Они не понимают по-русски. – Алекс протянул наши с Виктором паспорта. И тут же заговорчески понизил

голос и прикрыл рот рукой. – Представляете, как я с ними мучаюсь?

Он закатил глаза, а потом весело посмотрел на девушку. Та лишь дежурно улыбнулась. Алекс тяжело вздохнул и кисло посмотрел на нас. Мы не поняли ни слова из диалога, но догадались, что ему и тут ничего не светит. Он снова развернулся к окошку, пытаясь зайти с другого боку.

– Это Дэмиан Карлтон, – жест на меня, – журналист. Писатель. Не читали?

– Простите, нет, мистер Нортон. Есть вещи, подлежащие декларации?

– Удивительно, Дэм! Я нашел девушку, которая о тебе не знает! – Алекс в шутливом удивлении опять повернулся ко мне. Я улыбнулся и подтолкнул его локтем в бок. – Ну и ну! Это у нее надо автограф брать! Как у редкого и вымирающего вида!

Он снова повернулся к девушке и выдал самую обаятельнейшую из улыбок.

– Нет, таких вещей нет, но если мы возьмем с собой Вас… – Алекс явно решил идти до конца.

– Проходите! – Девушка, которой явно надоел этот цирк, поставила печати и открыла проход. Алекс еще раз тяжело вздохнул и притворно расстроился. Я хлопнул его по плечу.

– Похоже, у нее надо брать автограф, что она не повелась на твое обаяние, Ал!

– Крепкий орешек… МММ… И в форме!

Виктор мечтательно прикрыл глаза, явно представляя девушку в своих объятиях.

– О, Боже! Бедный Алекс, Полный облом! Третий за сегодня! Надеюсь, это не сделает тебя импотентом! – Виктор расхохотался. Алекс кисло взглянул на него. – Смирись, чувак! Я был прав: Урал – не твое направление!

– Еще не вечер! Вот увидишь! – Наш друг пригладил волосы, вскинул голову и уверенной походкой двинулся вперед, ослепительно улыбаясь направо и налево. Мы переглянулись, закатили глаза и прошествовали за ним.

На выходе из аэропорта мы решили взять такси. Алекс приметил одну машину. Водитель – пожилой мужчина в кепке –скручивал сигарету из табака и папиросной бумаги, облокотившись на машину.

– Polevskoy. Hotel Ural, please!²⁰ – Я сел в такси первым.

– О, иностранцы! Нечасто… По-русски не говорите, что ли, совсем? – Водитель сел за руль и завел машину.

– Повезло тебе, папаша! Я говорю. – Алекс сел на переднее сидение. – Нам в Полевской. Отель «Урал».

– Отель – это я понял, сынок! Чай не совсем в лесу живем! My name is Boris! This is my car! London is the capital of Great Britain!²¹

Я поджал губы, Виктор усмехнулся, а Алекс похлопал Бориса по плечу.

– Молодец, папаша! Самые главные фразы!

Борис издал звук, похожий на «хех». Это был обаятельный мужчина лет шестидесяти пяти – семидесяти, одетый в темно-бордовый пуловер, коричневую куртку и джинсы. Голову венчал излюбленный убор таксистов – кепка. Серо-зеленые глаза с коричневыми крапинками смотрели иронично и лукаво из-под кустистых бровей. Прямой нос и горделивый профиль с жесткой линией рта хорошо смотрелись бы на подмостках, вздумай Борис попробовать себя в роли понтифика или придворной персоны. Но в данный момент он лихо крутил руль, посасывая папиросу.