Змей

Моисеева Екатерина

Я вытаращил глаза. Незнакомец, назвавшийся Патриком, внимательно посмотрел на меня, чуть прищурившись.

– Так. Про Набокова, Голдинга и Уэллса, я думаю, даже и упоминать не стоит¹⁴. – Встретив мой немного озадаченный взгляд, он вздохнул. – Ты этого не знаешь. Ты точно хочешь стать писателем, малыш?

Вопрос застал меня врасплох. И заставил покраснеть. Я посмотрел в сторону, чтобы не встречаться с мужчиной взглядом. Сейчас я злился, но не мог понять, на него – за то, что он заставил меня покраснеть и почувствовать себя полным дураком, или на себя –

за то, что я и правда оказался тем самым дураком, не удосужившимся хоть что-то узнать о великих писателях. Он поднялся.

– Теперь ты знаешь. Пошли, тут недалеко находится моя студия. Обсохнешь и расскажешь мне все по порядку. Да, позволь представиться – Патрик Милтон, литературный и театральный агент, музыкальный продюсер.

Он протянул мне руку для пожатия. Я слегка сжал ее. Видя мой недоуменный взгляд, мужчина закатил глаза и достал из внутреннего кармана пальто визитку.

– Да, дорогуша, тебе повезло натолкнуться на литературного агента. Судьба! А вот повезло ли мне – узнаем чуть позже!

– Прости, но я должен сразу предупредить тебя – я не…ну…

– То, что ты не гей, я понял сразу, котик, а насиловать мужчин не в моих правилах. Так что за девственность свою можешь быть спокоен! – Он рассмеялся. – Беседа будет дружеской с небольшим налетом бизнеса.

Я позволил себя уговорить (а что мне оставалось?), и мы отправились в его офис, расположенный здесь же, в Хэмпстеде. Конечно, я сомневался и не знал, стоит ли доверять этому странному человеку. Но, по большому счету, терять мне было нечего (девственность уж точно нет), и я подумывал о том, чтобы «разведать обстановку».

Наконец, мы дошли до нужного здания. Им оказался утонченного вида особняк. Мужчина вставил позолоченный ажурный ключ в замок. Раздался щелчок – и дверь открылась.

– Прошу! Мой офис – в мансарде, туда нас довезет встроенный лифт. – Он подмигнул. – У меня бывают разные клиенты с разными физическими возможностями. Ты вот мог бы и по лестнице прогуляться. Но так и быть, я разрешу тебе прокатиться!

Своеобразная «прихожая» с лифтом, идущим прямиком в мансарду-офис, как я понял, была отделена от основного жилого дома, что позволяло открывать ее отдельным ключом, коим Патрик и воспользовался. Мы поднялись на лифте и вышли в небольшую приемную. На данный момент она пустовала, наверное, потому, что, как объяснил Патрик ранее, у него сейчас «прекрасный заслуженный отпуск».

– Обычно тут сидят Сью или Элла – пояснил мой провожатый и поспешил добавить, что я обязательно с ними познакомлюсь в ближайшее время.

Все это было настолько необычно, что мне уже не терпелось посмотреть сам кабинет хозяина. Сказать, что я был заинтригован – ничего не сказать.

Патрик распахнул дверь – и я застыл, как завороженный. Мое внимание сразу же приковало крутое панорамное окно – от пола до потолка, во всю стену, с превосходным видом на Хэмпстед Хит.

– Так и будешь изображать статую? – Спросил мужчина, похлопывая меня по плечу и подталкивая меня в свой кабинет. – Окно – не единственное, что здесь есть. Проходи!

Это колкое замечание привело меня в чувство – и я перешагнул через порог. Но тут же попятился обратно, увидев прямо-таки непристойно грязные следы,

оставленные моими челси на светлом ламинате. Патрик обошел меня, снял свои умопомрачительные сапоги, втиснул ноги в не менее умопомрачительные лоферы и довольно улыбнулся.

– Ты можешь пройти и так, душка, я разрешаю, здесь потом уберут. Только не топчись по моему светлому ковру.

Он кивнул головой в сторону валявшегося на полу куска какой-то большой и явно мягкой шкуры. Но я, все же, скинул сапоги и аккуратно продвинулся дальше.

Войдя в достаточно просторный офис, я рассмотрел и рабочий стол по левую сторону от окна, и огромный шкаф за ним, вмещающий как внушительную библиотеку, находившуюся за чуть матовыми стеклянными дверцами, так и кучу вещичек, отрытых взору и явно дорогих для его обладателя. На этих полках красовались несколько фотографий и множество статуэток, привезенных с разных уголков мира. И стол, и шкаф были сделаны в одном стиле из какого-то светлого, я бы даже сказал, серебряного дерева.

Что не могло не удивлять, так это то, что стол хозяина был девственно чист. Если не считать находившегося на нем ноутбука Мас последней модели и офисного набора, сделанного из красного дерева. Этот набор состоял из большой подставки и находившихся на ней элементов – невероятно красивых резных стаканчиков с парой ручек и карандашей, и таких же резных лотков, в которых находились аккуратно сложенные бумаги.

– Ничего себе! – Прохрипел я неожиданно севшим голосом. Прочистив горло, я продолжил. – Думал, у человека с такой профессией стол должен быть завален.

– Ох, душка! Я люблю порядок. Это касается всего – в том числе и моего рабочего стола!!

Патрик изобразил улыбку (мне даже показалось, что в его глазах промелькнула небольшая ностальгия по чему-то, что вызвало светлую грусть). Он грациозно облокотился на край стола, слегка присев на него и вытянув длинные ноги, чуть скрестив их в лодыжках.

– Я не храню документы на столе – все в электронном виде: править удобно, да и с клиентами работа идет быстрее. Как говорится – прогресс! Хотя еще в юношестве, когда я только начинал свою деятельность, я предпочитал работать исключительно с бумагой. Понимаешь, я люблю ощущать ее запах, шелест страниц…

Патрик прикрыл глаза и вдохнул полной грудью «запах» воображаемых страниц. Он чуть потер пальцы правой руки друг об друга, смакуя свои внутренние ощущения.

– Перелистывая их, я осознаю колоссальный труд человека. Ну да ладно.

Мужчина открыл глаза, вздохнул и хлопнул в ладоши.

– Продолжим!

Почти-незнакомец явно наслаждался впечатлением, которое произвел на меня его кабинет. Он широким жестом обвел свои владения, безмолвно позволяя мне осмотреться.

Я последовал его совету и продолжил «инспектировать» помещение. Прямо напротив рабочего места в нишах на стене располагались огромный телевизор и стереосистема. Но мое внимание привлекли не они, а старинный секретер, стоявший ближе к окну. Сделанный из красного дерева, со множеством ящичков, часами и позолотой, он создавал разительный контраст с современной обстановкой кабинета. Я подошел поближе и остановился в нерешительности. Настоящий музейный экспонат!