Змеиный король
Шрифт:
– Перед золотистыми локонами короля Резерфорда трудно устоять, – невинно ответил Саймон. – И Змеиный король согласился наколдовать для Анжелики новое платье. Но для этого ему пришлось отсечь себе правую руку.
– Отсечь? – ахнула в ужасе Люси. – Но ведь для первого платья этого не понадобилось.
Саймон поглядел на Люси почти грустно.
– Он, в конце концов, простой смертный. И, чтобы сотворить еще одно платье для Анжелики, должен принести жертву.
От плохого предчувствия по спине Люси побежали мурашки.
– Кажется, мне перестает нравиться твоя сказка.
– Правда? – Саймон поднялся
– Да. – Люси наблюдала, как он подкрадывается.
– Прости. Я всего лишь хотел доставить тебе радость. – Он отобрал у нее пастельный мелок и положил рядом в коробочку. – Но я не могу не замечать уродливую реальность жизни. – Саймон наклонил голову и провел губами вниз по шее Люси. – Как бы ни желал.
– Я не требую забыть о реальности, – мягко произнесла она. Почувствовав, как его приоткрытый рот добрался до ямки в основании шеи, Люси сглотнула. – Просто не стоит думать только об ужасном. В жизни есть и много хорошего.
– Это точно, – прошептал Саймон.
И внезапно подхватил ее на руки, не давая опомниться. Она крепко держалась за плечи муж, пока тот нес ее в соседнюю спальню и укладывал на кровать. Затем приник к Люси, целуя ее едва не с отчаяньем.
Люси закрыла глаза под натиском чувств. Она не могла думать, когда он целовал ее так жарко, так жадно, будто собирался поглотить.
– Саймон, я…
– Шш. Я знаю, тебе больно, знаю, что не следует этого делать, что я похотливое животное, раз думаю об этом так скоро. Но, боже, я должен. – Саймон поднял голову, глаза горели огнем. И она когда-то считала их холодными? – Пожалуйста?
Разве может женщина отказать подобной мольбе? Сердце Люси растаяло, губы изогнулись в чувственной улыбке.
– Да, – только и успела сказать она.
Услышав согласие, Саймон потянул за платье. Раздался треск рвущейся ткани. Грудь обнажилась, и он прильнул губами к соску, резко втягивая его в рот. Почувствовав прикосновение зубов, Люси ахнула и обхватила голову Саймона. Продолжая большим пальцем, потирая, теребя, дразнить сосок первой, он переключился на другую грудь. Люси не могла дышать, не могла вынести то, что он с ней делает.
Саймон отстранился, снимая камзол. Секундой позже на пол полетела рубашка.
Люси уставилась на голый торс мужа. Саймон был бледен и подтянут. Длинные канаты мышц на руках перекатывались при движении. Дышал он учащенно, светлые волосы на груди поблескивали от пота. Такой красивый, и весь принадлежит ей. Люси задрожала от возбуждения. Саймон встал, снимая бриджи и чулки; затем принялся расстегивать пуговицы на белье.
Люси замерла, жадно наблюдая. Она никогда не видела полностью обнаженного мужчину и, верно, сильно с этим запоздала. Однако Саймон опять взобрался на нее, скрыв самую интересную свою часть до того, как Люси что-то разглядела. В голове ее мелькнула странная мысль: Саймон стесняется? Или боится шокировать? Люси подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и уже открыла рот, намереваясь развеять заблуждение мужа, – она, в конце концов, провела жизнь в деревне, где полным-полно домашних животных, – как тот заговорил первым.
– Ты так на меня смотришь, что я еще больше твердею. – Голос его был грубым, почти хриплым. – А у меня и без всякой помощи встает, когда ты рядом.
В ответ на слова
– Хочу оказаться в тебе, – гортанно произнес Саймон. – Оставаться в тебе всю ночь, просыпаться, окруженный тобой, заниматься любовью, прежде чем ты откроешь глаза. – Он встал над ней на четвереньки. Выражение лица его не было добрым, и она упивалась этой первобытной дикостью мужа. – Кабы я мог, посадил бы тебя на колени, милый ангел, и, проникнув в тебя, держал так весь ужин. Кормил бы тебя клубникой со сливками и не двигался. Вокруг нас услужливо сновали бы лакеи, не ведая ни сном ни духом, что мой член покоится в твой сладкой пещерке. Нас бы закрывали твои юбки, а ты сидела бы смирно-смирно, дабы никто не догадался.
От его похотливых слов в ней неистово запульсировало желание. Она сжала ноги, беспомощно внимая грешным, запретным речам.
– А после ужина, – прошептал Саймон, – отослал бы слуг. Спустил лиф платья и сосал бы твои соски, пока ты не кончишь, покрывая влагой мой член. И даже тогда бы не отпустил.
Люси содрогнулась.
Он нежно поцеловал ее в шею, ласки его совершенно не вязались с грубыми словами.
– Я бы положил тебя на стол. Очень осторожно, так осторожно, чтобы не разъединить нас, и занимался бы с тобой любовью, пока оба мы не разразились криком. – Его шепот касался ее кожи. – Ничего не могу с собой поделать. Не знаю, как совладать с чувствами. Мечтаю заниматься с тобой любовью в карете, в библиотеке, о боже, на улице при свете дня, лежа на зеленой траве. Вчера я битых полтора часа подсчитывал, как скоро достаточного для того потеплеет.
Столь соблазнительные, столь порочные его мечты почти пугали Люси. Она не полагала себя чувственной, однако рядом с Саймоном тело отказывалось ей повиноваться и всецело отдавалось наслаждению. Перегнувшись, он задрал юбки Люси, оголяя ее ниже талии. И посмотрел на то, что открыл взору.
– Я жажду этого. – Саймон положил руку на место соединения ее бедер. – Постоянно. Хочу заниматься этим, – он развел ей ноги и стал медленно опускаться, пока твердая его плоть не устроилась меж ее складочек, – все время.
Люси застонала. Что он с ней делает?
– Ты тоже этого хочешь? – Муж двигался, не проникая в нее, упираясь плотью во влажный вход. Терся о чувствительный бугорок.
Люси беспомощно изогнулась, постанывая.
– Хочешь? – прошептал Саймон, приникнув губами к волосам на ее виске. И еще раз подался вперед бедрами.
Наслаждение.
– Я…
– Хочешь? – Саймон прикусил мочку ее уха.
– О. – Она ни думать не могла, ни проговорить слова, какие он ожидал. Могла только чувствовать.
– Хочешь? – Заключив груди в ладони, он ущипнул ее соски, продолжая свои движения.
И Люси кончила, прижимаясь к нему бедрами, созерцая звезды за закрытыми веками, издавая бессвязные стоны.
– Боже, ты прекрасна. – Заняв нужное положение, Саймон толкнулся в нее.
Люси ощутила укол, легкую боль, но ей уже было все равно. Она хотела чувствовать его внутри себя. Ближе, как можно ближе. Приподняв ей ногу за колено, он снова толкнулся. Открытая, готовая, Люси стонала в ответ на тяжелое дыхание Саймона. Еще толчок – и он вошел в нее до упора.