Злюка
Шрифт:
А я ведь действительно этого хочу. В моей новой жизни нет других «якорей» держащих меня в рамках дозволенного, или смыслов, которые заставляют меня чувствовать, что мое существование здесь имеет хоть какой-то смысл. Хорошие или плохие, но они сейчас для меня все равно, что семья.
Луч света прекращает бить вверх. Свечение опускается на плечи, растекается по рукам, но никак не может перейти на Эдвардса и Язву. И тогда я начинаю не просто хотеть этого, я заставляю это случиться.
Мне больно. Очень. Такое ощущение, будто кожа с ладоней прирастает к плечам друзей, одновременно
Все. Меня нет. Точнее, я есть, но уже не ощущая себя человеком. Я где-то здесь, все вижу и слышу, но не могу себя осязать. Зато я сделал то, что обязан был сделать. Теперь из Пройдохи и наемницы тоже бьют лучи. Почему-то они бледно-зеленого цвета.
Теперь, когда Круг заработал, я точно знаю, что с друзьями все будет в порядке! Получается, что эту свою жизнь здесь я умудрился прожить не зря…
Лучи бьют вверх, они пересекаются, сплетаются, смешиваются. Меня тоже тянет ввысь мягкая приятная сила, которой просто не хочется противиться. Вообще после сверхусилий мало что хочется делать. Хочется просто отдохнуть.
Улыбаясь, я смотрю на своих друзей, они становятся все меньше и меньше. Зорких глаз Экуппы у меня уже нет, и я почти не вижу самих людей – только разноцветный круг, насыщаемый Даром.
Странный шум сверху вмешивается в идеалистическую картину моего тихого ухода. Что это? Та помощь, на которую рассчитывал Таллан?!
Кто-то или что-то железными пальцами хватает меня за плечи и с невероятной силой толкает обратно вниз!
Вокруг меня словно лопается огромный розовый мыльный пузырь. Я ору благим матом и быстро с самым что ни на есть, реальным ускорением свободного падения лечу обратно на корабль. Не в нашу с Экуппой внутреннюю Монголию, а сразу на банальную деревянную палубу.
Впервые мы с соседкой одновременно оказываемся во внешнем мире. Правда, я теперь нахожусь не просто в мире, а в том самом Кругу, что только что помогал создать.
Ребята сидят все там же и так же. Глаза их закрыты, но они явно меня чувствуют, а я чувствую их потоки энергии, и общую мощь Круга. Сильнее всех мое появление изумило Язву. Элизи и Эдвардс, если и удивились, то несильно, потому что я этого не почувствовал.
– Ты искажаешь потоки, - донесся до меня голос Экуппы, - я, конечно, рада, что ты собрал вещи и съехал, но и в Круге тебе не место.
– Боюсь, что попал я сюда не сам, и самому выбраться отсюда у меня не получится, - сразу же пояснил я, - к тому же, сдается мне, без Круга мне в этом мире уже не жить.
– Тогда хорош наматывать сопли на кулак! – буквально рыкнул Бродяга. – Раз не можешь выйти и перехватил управление потоками, то управляй!
– Он ничего не знает и не умеет! – не без истерических ноток в голосе тут же пояснила Экуппа.
– Тогда пускай импровизирует, пока нас тут всем медным тазом не накрыло!!! – заорал Таллан.
Я
Все, что я здесь мог, это возвращать к жизни недавно умерших существ. Времени у нас было мало, поэтому я не стал придумывать велосипед. Обладая практически неисчерпаемым источником энергии, я посмотрел вокруг, выискивая подходящий материал. Магическое зрение далось мне не сразу, но потом вся вода буквально засветилась, предлагая мне подходящие для моего темного замысла тушки. Причем откуда-то я четко знал, что для моих целей вовсе не обязательно делиться частицей души с каждым из поднятых мною тел. Просто нужно вливать в них дармовую энергию и отдавать простые однозначные приказы.
Когда на оба борта нашего судна полетели кошки, начали опускаться крюки багров и узкие деревянные мостики, в дело вступили акулы. В разной степени сохранности они вылетали из воды либо сбивая собой людей, либо вцепляясь в них своей смертельной хваткой.
Абордажников было много, но трупов кровожадных рыб в округе было все-таки больше. На палубу нашего судна смогли попасть только три человека, но за ними тут же последовала стайка сильно потрепанных дельфинов. Братья млекопитающие с легкостью запрыгнули на корабль и дружно расправились с шустрой троицей.
Маги на вражеских кораблях недолго оставались в растерянности. Не знаю, что они применили, но воины моей мокрой армии разом «погрустнели». Сначала отказались повиноваться те бойцы, что были поменьше. Потом со временем «заскучали» и самые крупные особи. Корабли тем временем старательно маневрировали, чтобы дать возможность подойти к нам тем суднам, на которых еще были штурмовые команды.
Я еще раз всмотрелся в морские глубины и радостно улыбнулся. Секундное напряжение и совсем неподалеку снова на время забились три громадных сердца в одном поистине исполинском организме.
– Выпускайте Кракена!!! – не удержался я от не слишком оригинальной фразы.
Ожившее гигантское головоногое, сохранившее относительную целостность после взрыва, больше не повторяло прижизненных ошибок и действовало мгновенно. Секунда на появление длиннющих щупалец, смертельные до треска объятия с кораблем, погружение. Мне оставалось это просто зациклить.
Возможно маги Красных снова применили свое заклинание, но уже четвертый корабль рассыпался на их глазах, а мой морской аналог боевого слона и не думал замедляться. Пару раз маги снова пытались взорвать атакуемый им корабль, но единственное, чего они достигли – это оторванная конечность.
Теперь корабли флота не маневрировали, они в панике пытались как можно быстрее разбежаться в разные стороны. В этот момент произошло сразу два события. Я «нащупал» второго достаточно целого исполинского осьминога, и замедляющее заклинание магов перестало действовать на моих мелких рекрутов.
Начался кромешный ад. Если раньше большинство людей с разрушенных кораблей просто болтались на поверхности воды, держась за деревянные обломки. То теперь…
Это было настолько страшно и одновременно отвратительно, что я не стану этого описывать. Скажу только, что быть я воплоти, меня бы несколько часов кряду выворачивало наизнанку.