Злые умыслы
Шрифт:
Она рухнула на плечо, и одеяла упали на нее. Ее смертное зрение привыкло к мраку, заметило немного света от угасающего огня в камине. Она огляделась. Спальня. Она упала с кровати. Камин, шкаф. Пустой стул.
Холодно. Темно. Одиноко.
Айлет повернулась, потянула конечности, но они не слушались. Она только смогла сдвинуть одеяла, и тело ощутило холодный воздух. Дрожа, устав, она опустила щеку на каменный пол, отчасти готовая сдаться ступору от сома.
Дверь открылась. Она услышала это, но не смогла поднять голову и посмотреть, кто вошел. Тяжелые шаги гремели
Сильные ладони сжали ее плечи, перевернули и подняли, и она легла так, что ее голова была на его руке. Ее волосы зацепились, но она не могла подвинуться удобнее, могла только лежать, прижатая к теплому телу. Ее голые ноги тянулись по полу, их покалывало от холода. Она пыталась тщетно пошевелить ими.
— Как тебя удержать в кровати? — низкий мрачный голос донесся из-под капюшона.
— Террин, — его имя прозвучало неправильно. Ее язык не помогал говорить. — В-ведьма. Нужно убить… ведьму…
Он поправил руку под ней, поднял ее, и щека Айлет легла на его плечо.
— Держись, ди Фероса, — он приободрял, словно говорил с ребенком, поймал ее за талию и поднял на ноги. Она не могла отыскать равновесие, и он подхватил ее под колени и неловко опустил на кровать. Ее голова рухнула на подушку, и Айлет застонала и чуть не скатилась на пол снова. Он не дал ей упасть, поправил ее, чтобы она легла на спину.
А потом схватил одеяло с пола и стал укрывать ее. Он опустил одеяло на ее грудь, замер, склонился, чтобы осмотреть бинты. Покачав головой, он опустил ткань на ее тело. Он был теплым и близким. Его жилетка была расстегнута, его колчаны и чехлы пропали, темные волосы упали на лоб.
Айлет вдруг потянулась и схватила его за ткань рубахи, сжала. Он удивленно затаил дыхание, а она подтянула его лицо ближе. Он посмотрел на ее рот, на ее губы, кривящиеся от боли.
— В-ведьма… — задыхалась она.
Он хрипло рассмеялся.
— Ты убила ведьму, — сказал он, хмурясь и качая головой. — Ты убила ее. Раненая, без оружия и после снотворного, ты одолела Инрен ди Карел, — еще смешок, ставший недоверчивым. — Ты безумная. Я еще не видел женщину, похожую на тебя.
Она глядела на него, не понимая его слова. Что-то было не так. Что-то… она не помнила… Она глядела на жуткий шрам на его щеке.
Слово всплыло в ее голове: лжец.
Он соврал ей. О чем?
Ведьмы. В районе…
Она тяжело дышала, сжимая его рубаху. Он повернул голову, словно пытался скрыть шрам, и стал отодвигаться. Айлет сжала ткань из оставшихся сил.
— Нет! — проскулила она, голос был слабым во тьме. — Ты… не…
Она не могла отыскать слова. Она знала лишь, что не могла его отпустить. Она должна была как-то остановить его.
Он смотрел на нее долго и тихо. А потом опустил ладонь поверх ее ладони, осторожно убрал ее пальцы от рубахи.
— Хорошо, — шепнул он, переплетя пальцы с ее. — Я останусь. Обещаю.
Холодные голубые глаза мерцали в тени капюшона. Голубые, как зимнее небо. Они сияли как два ярких маяка, пока остальной мир расплывался вокруг него.
Айлет опустилась
* * *
Она резко проснулась, глаза открылись, пальцы сжали… одеяло. Она не понимала, что делала, потянулась по кровати, искала ладонь, которой там не было.
«Ларанта?» — спросила она в голове. К ее облегчению, она тут же ощутила присутствие тени в разуме.
«Тут, госпожа, — сказала Ларанта. — Тут, тут».
Айлет выдохнула, закрыла глаза и прижала ладонь к лицу. Ее виски болели, но ее разум стал чище, чем в последнее время. Воспоминания давили на нее, воспоминания недавних ужасов, с которыми она не могла пока разобраться. Она оттолкнула их, сосредоточилась на дыхании, на ощущении Ларанты в голове.
Но ее ладонь была странно пустой, и она не могла сказать, почему.
Открыв глаза, она поняла, что кто-то сидел рядом с ее кроватью. Ее сердце дрогнуло, она повернулась, ее рот открылся, чтобы произнести имя. Имя застыло на ее языке, глаза расширились.
— В-ваше высочество, — выдохнула она.
Герард был без камзола, льняная туника свободно висела на нем, он рассеянно тянул за шнурки спереди. Он сидел на стуле возле ее кровати, склонялся, уперев локти в колени. Свет солнца лился в окно поблизости, делая его волосы золотыми. Его глаза были красными, лицо осунулось.
— Здравствуй, Айлет, — сказал он. Его улыбка была все еще красивой. — Ты выглядишь уже лучше.
Айлет попыталась сесть, но тут же пожалела и прижала ладонь к бинтам на теле. Теперь сом выветрился, и ничто не подавляло боль от порезов. Откуда они взялись? Она опустила взгляд и поняла, что одежды на ней больше не стало, и хотя бинты прикрывали ее так, что стесняться не нужно было, она покраснела и натянула одеяло выше.
— Не переживай, — мягко сказал Герард, подняв руку. — Я не хочу беспокоить тебя. Я попросился посидеть тут с тобой. На случай, если ты проснешься.
— В-вы очень добры, Ваше высочество, — прохрипела Айлет. Ее голос был пересохшим в горле. Герард встал и прошел по комнате к графину воды на столике. Он налил чашку и принес ей.
Она смотрела, а он протянул руку, и Айлет не могла понять, как вышло, что ей прислуживал Золотой принц. Это было слишком. Она не могла забрать чашку.
Герард не так ее понял и поднес чашку к ее губам. Она не могла отказаться, чтобы вода не полилась по ней, так что сделала глоток и подавилась.
— Тише, — сказал он, и, когда она выпила воду, он отставил чашку на пол в стороне. А потом сглотнул голову и вдохнул. — Я должен тебя поблагодарить, — сказал он.
Айлет скривилась.
— За спасение леди Серины, — поспешил он продолжить, — и всего Дюнлока, — он снова сделал паузу, и Айлет, казалось, заметила блеск слез в его глазах. Он взял себя в руки и продолжил. — Венатора ду Ги и венатора Даклета нашли мертвыми. Они остались охранять замок и обитателей от Фантомной ведьмы, но она убила их. Они не смогли ничего сделать. Но ты… — он невесело улыбнулся. — Ты одолела лейтенанта Жуткой Одиль. Это впечатляет. Похвалу отправили великой Вандериан, и тебя наградят за службу.