Злые стволы
Шрифт:
Когда матч закончился, обрадованный победой сосед предложил полковнику распить пару бутылочек пивка, которые у него случайно оказались при себе. Так сказать, «за разгромную победу наших над чужими».
— По рукам?
Мужчины проследовали в ближайший сквер и сели на свободную от таких же, как они, распивающих болельщиков лавочку.
— Вы узнали, что я просил?
— Да. Узнал. Я посмотрел сводки происшествий. И газеты. То, что вас интересует, находится в Забайкальском военном округе. Северо-восточней
— Спасибо.
— Не за что.
Мужчины взялись за бутылки и, разом запрокинув головы, выпили все пиво. До дна.
— Я пойду? — спросил незнакомец.
— Конечно, — кивнул ракетчик. Его сосед по трибуне встал.
— Спасибо за компанию.
— Подождите, — остановил его полковник. — Я не хотел говорить… Ну да сейчас уже все равно. По моим сведениям, эта площадка нацелена на Китай.
— На Китай? Вы ничего не перепутали? Именно на Китай?!
— На Китай.
Второй болельщик сел. Снова сел на то место, откуда только что встал.
— Это что-то меняет? В ваших планах?
— Это многое меняет. Вернее, в корне все меняет. Я не думал, что они решатся…
— Боитесь войны?
— Боюсь! — честно сказал второй болельщик. — Боюсь большой войны.
— Да, Китай серьезный противник. Шапками его не закидать, как считают многие. Крови прольется…
— Я пойду, — снова сказал незнакомец. — Мне пора. Еще раз спасибо.
— За Китай?
— За своевременный звонок. В поликлинику…
Глава 88
Пресс-атташе китайского посольства возвращался с очередного фуршета. Который был для него работой. Осточертевшей, как та употребляемая малыми порциями, но в больших количествах белужья икра.
Пресс-атташе Китайской Народной Республики мучило обычное и неизбежное после застольных встреч послесловие. Изжога.
На очередном повороте под колеса посольской машины качнулся какой-то пьяный гражданин. И, прокатившись по капоту, упал на мостовую.
Идиот! — подумал пресс-атташе про себя. По-китайски.
Посольские в отличие от всех прочих водителей от ГАИ не бегают. И пресс-атташе вышел из машины.
— Ты че, зажмурившись, ездишь? Козел. Узкоглазый, — сказал сбитый прохожий. — Ногу на хрен оттяпал. Плащ порвал. Ты зенки шире раскрывай. Когда не дома. А то привык дома, что вас много… Что туда-сюда миллион. А здесь не дома! Здесь мы по штукам! А ты на хрен…
Вези меня теперь в Склифосовского. Пока я тебя туда самого не уложил…
— ГАИ надо дождаться, — возразил пресс-атташе. По-русски.
— Какой на хрен ГАИ! Когда я кровью истекаю весь. Вези давай! С ГАИ потом разберешься. По вашим дипломатическим каналам…
Пресс-атташе помог потерпевшему от его машины подняться и посадил на заднее сиденье. И поехал.
— В общем, так, — совершенно трезвым голосом сказал сбитый прохожий. — Я не пострадавший,
Машина резко вильнула в сторону.
— Аккуратней. А то точно в Склиф угодим. Или того хуже — в ГАИ.
— Чего вам надо? — на ломаном русском спросил китаец.
— Мне нужно, чтобы ты передал своим, что в самом ближайшем времени возможен захват ракеты стратегического назначения, направленной на Китай. И возможен запуск этой ракеты. При худшем развитии событий.
— Я вас не понимаю…
— Не валяй ваньку. Или кого вы там вместо него валяете в вашем Китае? Все ты понимаешь. И все передашь. Посуетитесь там малость по этому поводу. Ноту дайте. Расследования потребуйте. В общем, пошумите. Может, они тогда одумаются.
— Почему кто-то должен хотеть запускать в нас ракета?
— Потому что хотят! — очень по-русски ответил пассажир.
— Я вас все равно не понимаю…
— Ну и хрен с тобой. Понимаю — не понимаю. Я сказал, а ты как хочешь! Только потом в затылке не чеши, когда пара ваших провинций останется без народонаселения. Останови возле той арки. Спасибо, что подбросил. Деньги за проезд возьмешь с нашего МИДа. По счетчику. Будь! Узкоглазый.
Пресс-атташе прихлопнул покрепче дверцу и прямым ходом направился в посольство.
Там он, едва ворота за задним бампером захлопнулись, проследовал в известный ему кабинет. И написал подробный рапорт о происшествии. Атташе по культуре.
Атташе по культуре вызвал своих секретарей. Тоже по культурной части.
Секретари принесли альбомы. Не с репродукциями картин. С фотографиями. С фотографиями работников внешней и внутренней разведки. И с фотографиями всех прочих работников безопасности и ГРУ, вплоть до местных, районного масштаба, руководителей. Не всех, но многих.
— Смотри, — приказали они пресс-атташе. Пресс-атташе стал листать страницы, внимательно отсматривая каждую фотографию.
Фотографии были разные. Парадные, словно содранные с Досок почета, плохонькие, переснятые с телеэкранов и газет, совсем плохие, оперативно сделанные из окон проезжающих мимо входных дверей зданий безопасности машин. Но все фотографии были узнаваемые. Альбомов было несколько. Альбомов было много.
— Нет, — говорил пресс-атташе. — Нет. Нет Нет.
Пока не споткнулся.
— Кажется, этот. По крайней мере очень похож.
Атташе по культуре кивнул своим помощникам. И все прошли в кинозал. Но не для того, чтобы смотреть шедевры мирового кинематографа.
— Начинайте, — кивнул культурный атташе. — Смотрите внимательно. Если заметите кого-либо похожего на встреченного вами человека, остановите показ.
На большом телевизионном экране замелькали кадры. Торжественных заседаний. Торжественных вручений и награждений. Торжественных похорон.