Злые стволы
Шрифт:
Под утро решил, что имел дело с психом, страдающим манией величия, успокоился совершенно и даже передумал докладывать об имевшем место происшествии по команде. Чтобы сослуживцы не зубоскалили. Тем более что никаких особых секретов у него не выспрашивали. И никаких профессиональных тайн или даже информации для служебного пользования он не разглашал. Стоит ли портить себе жизнь самокляузничеством?
Утром полковник отправился на службу. Уже мало вспоминая о странном ночном происшествии. Вернее, стараясь о нем не вспоминать. Бумажку с контактным
— Привет!
— Здравия желаю!
— Как вчера «Динамо» сыграло?..
Поток сослуживцев, на ходу приветствуя друг друга, перебрасываясь дежурными репликами, рассасывался по кабинетам.
Потом завертелась обычная, не оставляющая места для посторонних мыслей служба. До самого обеда.
«Сегодня надо будет пойти домой пораньше. До темноты. Чтобы снова на каких-нибудь придурков не нарваться, — думал про себя полковник, доедая в служебной столовой комплексный обед. — А то того и гляди приложат по морде. Удостоверение заберут. Пиши потом объяснительные. И вообще осторожнее надо быть после двадцати трех ноль-ноль…»
— …И как он туда умудрился пройти — убей, непонятно, — слышался от соседнего столика монотонный голос. — Пропахал запретку, что твой тяжелый танк. Причем первая колючка его не остановила. Хотя была под напряжением. Представляешь — три тысячи вольт, и хоть бы хрен! Как будто он в диэлектрических сапогах шел. Только на второй колючке сдох. А до нее еще добрых десять метров! Вот зверюга! Три тысячи вольт ему что тебе комариный укус…
— Кто пер? — машинально переспросил полковник.
— Что?
— Кто пер, как танк?
— Медведь пер. Бурый. Такой бурый, что твой дембель! Две колючки тараном пропорол! А там — три тысячи вольт…
— Где пропорол? В зоопарке, что ли?
— На пусковой пропорол. Всю сигнализацию к чертям собачьим порушил. Теперь недели три латать. И ведь главное — три тысячи вольт! Мне бы двухсот двадцати хватило…
Полковник вытер салфеткой губы и прошел в узел связи.
— Здравия желаю, — приветствовал он знакомого дежурного.
— А, полковник, здорово.
— Что у вас тут такого приключилось? Михеев в столовой байки про какого-то медведя травит. Который чуть не целую ракету со старта унес.
— Ах, медведь? Точно, был медведь. Разворошил две линии защиты. Колючку оборвал. Сигнализацию порушил. Пока дух не испустил. Причем, что интересно, уже второй за неделю. Сгущенкой они там, что ли, проволоку мажут…
— Второй?
— Ну да. Первый шесть дней назад был. Тоже изрядно покурочил. И что они к той пусковой прицепились?
— А вы лучше взгляните в личные дела командиров той точки. И сразу станет понятно, отчего медведи на проволоку лезут, — встрял в разговор еще один офицер.
— А командиры-то здесь при чем?
— А при том, что, голову на отсечение даю, не сегодня-завтра у кого-нибудь из них именины. Или именины жены. Вот они свежим мясцом и запасаются. На шашлыки. Хорошо им там, на точках. Загнал дичь на запретку,
— Брось. Не стали бы они из-за мяса сигнализацию рушить. Когда мясо добывают, проволока целехонька остается. Нужна им лишняя головная боль.
Нет, эти медведи натуральные были… Полковник спросил что-то еще и ушел. Но через некоторое время вернулся.
— Дай-ка мне журнал происшествий.
— За каким он тебе?
— Да так. Хочу кое-что посмотреть. По своей линии…
В журнале полковник быстро отыскал происшествие с медведем. И шестью днями раньше еще одно. И двумя еще…
Вначале на колючку наскакивали зайцы. И дежурный наряд исправно выезжал на сработки. Потом какое-то животное подорвалось на минном поле. Затем в запретную зону забрел лось и стоптал несколько сигнальных датчиков. Их исправили. Но почти сразу же замолчали Другие. На которые обрушилось крепко стоявшее до того дерево. Далее в периметре охранной зоны был задержан вдрызг пьяный мужик. Как он туда попал, объяснить он не смог. По той самой причине. Его допросили, протрезвили доступными способами и отправили восвояси. И вот теперь эти безумные, прорывающие заграждения медведи…
На прочих охраняемых объектах все было относительно спокойно. По крайней мере разом два находящихся под напряжением забора никто не рушил.
— Ну что, все?
— Да, все в порядке.
— Ну, тогда бывай…
Полковник вышел из узла связи и, сам того не желая, завернул в библиотеку. Он взял подшивки газет и отлистал их на несколько недель назад. Он не помнил названий и чисел, но очень быстро напоролся на интересующее его сообщение.
В городе Н был похищен гражданин Х вместе с семьей…
В городе Н. Гражданин X…
В городе Н…
В этот день домой полковник пришел рано. И первым делом бросился к мусорному ведру. Оно было пустое.
— Где мусор? — спросил он у жены.
— Какой мусор? — не поняла она.
— Из ведра мусор. Из мусорного ведра мусор.
— Там. В баках. Я вынесла.
— Когда вынесла?
— Только что. А что случилось?
— Что? Нет, ничего. Ничего особенного. У меня кое-какие документы пропали. Вот я и подумал, может быть…
Полковник взял пустое ведро, бросил туда несколько старых газет и пошел к баку. Бак был переполнен. И бак был не один.
«Ну и где здесь искать эту бумажку?» — тоскливо подумал он.
Постоял, посмотрел поверх мусора. Это все равно что иголку в стоге сена. Вернее, в куче дерьма. Очень большой куче… Высыпал из ведра газеты и пошел восвояси.
— Ну что, нашел? — спросила жена.
— Что? Да, нашел. Все в порядке…
Глава 85
Наблюдатель сидел на вершине сосны. Как распоследний дятел. Как очень глупый дятел. Который даже не стучит по стволу, выискивая под корой корм, а просто сидит. Прикинувшись сосновой шишкой.