Злой Орк
Шрифт:
Я уселся, скрестив ноги, и задумался. В принципе, получается, что все эти свободные очки — погоды не делают. Шмот дает гораздо больше, чем я насобирал за свои 8 уровней. В тоже время, оставлять их тлеть — неразумно, кто знает, когда эти не вложенные пару плюсов сыграют свою роль? С другой стороны — Дух апать шмотом я не могу, ибо не колдун. А ведь он на что-то влияет?
Дух. Параметр, отвечающий за взаимодействие с магическими проявлениями и снижающий накопление Ярости.
Формула взаимодействия рассчитывается из разницы
Вы — орк, и для вас показатель Духа так же отвечает за снижение уровня Ярости. Чем выше ваш Дух — тем сложнее впасть в состояние «Жажды крови». Для вас закрыта возможность использовать магию. Вы — мужчина, и для вас закрыт путь взаимодействия с Духами. Но зачарованные предметы вам доступны, и эффективность их применения так же зависит от показателя Духа.
Я вздохнул, сворачивая справку, и вкинул очки в Дух. Похоже, марина Евгеньевна рассчитывает именно на этот терапевтический эффект. Искусственно занижая мои вспышки агрессии, хочет приучить нестабильного пациента попросту отвыкнуть от них.
Хотя, кому я лапшу тут на уши вешаю? Все, что меня интересует — это магические предметы! Очень уж хочется помахать каким-нибудь огненным топором, чтобы делать из врага барбекю.
Еще раз оглядел статы персонажа.
Тор’грамм, сын Тор’грэмма.
Орк 8 уровня (0/17800)
Сила 124
Ловкость 22
Выносливость 114
Дух 76
Потом, когда благословения спадут, буду уже не таким крутым, конечно, но мы же только начали!
Дождавшись конца медитации, я поднялся на ноги. Ночь только начинается.
* * *
По дороге к следующему алтарю, Кри'зара вывела нас к парочке игроков.
Тор'саш с сестрой как раз закончили с отрезанием ушей у пачки из десяти поверженных эльфов. При этом действовали они предусмотрительно взятыми с собой кинжалами. Я поставил себе зарубку в памяти — вернемся в лагерь, прихвачу такой у Лар'шора, топором их срезать удовольствие то еще.
Нашему появлению парочка не особо обрадовалась. Да и понятно — одно дело делить добычу на двоих, другое — отдавать опыт и деньги кому-то третьему. Так что особой любви у нас сразу не возникло.
Я же подметил, что в отличие от нас с шаманкой, Тор’хиса с братом обшаривали карманы длинноухих и собирали не только деньги, но и всякую мелочевку вроде колец и амулетов. А ведь у меня в шатре остались валяться так и не пристроенным пожитки некромантов!
— Нам пригодится помощь, — кивнув на ближайший курган, сообщила орчанка. — Тор'хиса, вы с братом нам поможете. Один из алтарей спрятан в этом захоронении.
Получено задание «Смерть во мраке». Спуститесь в гробницу вождя Аль’Хазефа. Уничтожьте поднятую
Награда: 1 000 опыта, 100 золотых, 20 серебра и 250 опыта за каждую пару добытых вами в ходе выполнения задания эльфийских ушей.
Штраф: изгнание.
Хм, данж? Даже интересно будет взглянуть. Группа-то подбирается в лучших традициях жанра.
— Конечно, — окинув меня взглядом, кивнула копейщица.
— Тогда не будем терять времени, за мной, — скомандовала шаманка, первой двигаясь вперед.
Следуя за ней, я внимательно оглядывался. Мало ли, может, парочка игроков пропустила где-то еще отряд ушастых? Им, очевидно, плевать на судьбу Кри’зары, а меня за ее смерть по головке не погладят.
Шаманка остановилась перед склоном и, сняв с пояса бубен, пару раз стукнула по натянутой коже. Воздух резко стал влажным, будто мы оказались на берегу моря. Кри’зара легко повела рукой, и высушенная земля пылью осела к подножью кургана.
Каменная дверь входа была приоткрыта — как раз, чтобы протиснуться между ней тонкому гуманоиду. Видимо, эльфы прикрыли следы насыпью, но запираться в усыпальнице без свежего воздуха не пожелали. И, судя по запаху затхлости, проступающими изнутри, я их прекрасно понимаю.
— Тор’грамм, подвинь плиту, — сдвинувшись в сторону, приказала шаманка.
Поставив секиру перед входом, я вцепился в камень, загораживающий проход, и напряг мускулы. От усилия перед глазами потемнело, но дверь все же сдвинулась в сторону, из темноты прохода на меня дохнуло затхлостью, пылью и разложением.
Скривившись, я поднажал, отжимая камень к стене. С потолка посыпалась крошка, ноги погрузились по щиколотку в землю, но мне удалось открыть проход достаточно широко, чтобы протиснулся даже Тор’саш, превосходящий меня в габаритах.
— Готово, — подхватив Убийцу, сообщил я.
— Я зажгу свет, — сообщила шаманка и тряхнула бубном. — Тор’хиса, Тор’саш, ваша задача — прикрывать меня спереди, пока не доберемся до алтаря. Тор’грамм, ты прикроешь меня сзади. Помните, эльфы разбудили мертвых, и каждый встреченный нами труп может восстать.
Она снова отбила ритм, бубен загорелся голубоватым огнем. Неяркий шарик поднялся над нашими головами.
— Будет гореть двадцать минут, потом придется снова просить Духов, — сообщила Кри’зара. — Вперед!
Тор'саш первым нырнул под свод. Сестра пошла следом. Дождавшись, пока шаманка пройдет за ними, я в последний раз оглядел окружающее холм пространство, и последовал за группой.
Шар света открывал узкий коридор, прорытый в земле. Через каждые несколько метров в стенах зияли провалы пустых ниш высотой с мой рост и шириной в полметра. Под ногами хрустела крошка на плитах, скрипели расколотые черепки. Похоже, в нишах давным-давно стояли какие-то вазы, теперь от них остались лишь небольшие кусочки обожженной глины.