Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4
Шрифт:
— Монстр с красной лентой… — потрясенно прошептала Риту.
— Этот удар выбил из меня последнее благоразумие, от злости я совершенно перестал себя контролировать. Я очнулся, только когда она не дышала. Ее шея сломалась, я не хотел убивать ее! Я запаниковал. Риту кричала как ненормальная, я боялся, что от увиденного она сойдет с ума. Я не смог скрыть произошедшее от отца, мы вместе решили закопать тело.
— Но почему вы действовали столь скрытно? Никто ведь не придал бы большого значения смерти служанки, — этот вопрос на самом деле занимал Шена довольно продолжительное
— Я не мог позволить ни малейшего намека на очернение моей репутации, ясно? В обычном случае никто не придал бы значения смерти прислуги, но мои враги готовы были ухватиться за самый незначительный повод, чтобы раздуть скандал. В то время мы с государем вводили новую финансовую политику, мне приходилось противостоять большому количеству сановников, если бы я подвел его в такой момент, я бы мог даже головы не сносить. Так что мы все скрыли. Конечно, когда вернулся Шейт, мы сказали ему, что она погибла из-за несчастного случая и показали ее могилу.
Шитан замолчал. Воспоминания обрушивались на него сокрушающей лавиной. Сановник сильно побледнел.
— Тогда вы узнали, что забрали не одну жизнь, а две, — безжалостно произнес Шен.
— Я понятия не имел, ясно? Если бы я только знал! Я бы ни за что не поступил так опрометчиво! Я бы!.. Я бы… — он приложил пальцы ко лбу и скривился, словно у него разыгралась сильная мигрень. — Я не хотел. Я не хотел. Шейт обезумел от горя. Он сломался, он не желал жить без нее, жить… без них. Он уехал защищать южную границу и вскоре погиб.
— А вы остались жить с этим.
— Я думал, что схожу с ума. Я видел Юэй, бродящую по дому. Она никогда не подходила ко мне, каждый раз я видел всего лишь ее силуэт, ее тень, чувствовал ее присутствие. Я… Я так надеялся однажды увидеть рядом с ней Шейта, но этого так и не произошло. Сколько бы лет я ни ждал, она всегда бродила по этим галереям в одиночестве.
— А ты видел кое-кого другого, да, Шуэр? — Шен внезапно развернулся к брату. — Ты слышал детский плач нерожденного ребенка. Ты видел мальчика, бегающего по двору? Или, может, молодого мужчину, которым мог бы стать твой нерожденный внук?
— Нет. Я слышал лишь плач. Да, я часто представлял, каким он мог бы стать. Какой могла бы быть эта семья, если бы Шитан тогда не совершил ту ошибку.
— Чего в тебе больше? Боли? Ненависти? — спросил Шен брата и перевел взгляд на Шитана.
Тот затаив дыхание смотрел на отца, ожидая ответа.
Шуэр глубоко вздохнул.
— Сожаления. — Он вновь замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы выразить то, для чего слова в принципе не подходили. — Не прошло и дня, чтобы я не сожалел о том событии. Виню ли я Шитана? Конечно, виню. Это все его вина, его горячность. Но… прежде всего я виню себя как родителя. Я должен был увидеть все это, должен был помешать, но я всегда больше был занят службой, чем своей семьей. Сожаления сжирают меня изнутри, это так. Но, Шитан, — Шуэр перевел взгляд на сына, который даже чуть вздрогнул, услышав свое имя, — я никогда не питал к тебе ненависти. Я знаю твой характер и понимаю, что ты не желал никому зла. Всему виной твоя горячность и твое честолюбие.
— Отец… — выдохнул тот. В его глазах заблестели слезы. Они не сорвались с его ресниц и не покатились по щекам, но для сдержанного в теплых чувствах сановника Шитана и это казалось недостойным проявлением чувственности.
Зато из глаз Риту уже давно текли слезы. Она не всхлипывала и уж тем более не рыдала, просто тихо стояла, а глаза ее застилали слезы. Все, наконец, вставало на свои места, эта боль в груди, которая никак не могла уняться, прошла, но ее место тут же занял другой вид боли.
— Что теперь? — произнесла Лефи. — Передадите дело в министерство наказаний?
Шен смотрел на служанку, стоящую в самом темном участке зала.
— Нет, — усмехнувшись, перевел он взгляд на Лефи. — Зачем? Ее тело давно сгнило. Дело против министра финансов скорее всего замнут. Ваши враги… не будем давать им лишние возможности навредить семье Ир.
— Тогда… Зачем было все это?!
— А вы не видите причину?
— Все правильно, — произнес Шитан, тоже уперев взгляд в призрачную служанку. — Если б не он, я никогда не признал бы этого. Я никогда не признался бы, что сожалею. Я очень сожалею. Если бы я мог изменить прошлое… Я… я прошу прощения, — произнес он, глядя прямо на Юэй.
Призрачная служанка не изменилась в лице, все так же смотря на него.
— Тогда не стоит вам повторять вашу ошибку, — заметил Шен.
— О чем вы говорите?
— А вы не понимаете? Я о женитьбе Шаола, о которой вы так печетесь.
— Что не так с женитьбой Шаола? — нахмурился Шитан.
— О, ничего такого. Ситуация мне просто кое-что напомнила, а вам нет?
— Отец, — почувствовав, что это идеальная возможность, начал Шаол, — я хочу жениться на Венти. Я люблю ее.
Не зная, что ответить, Шитан в отчаянии застонал.
— Мы созданы друг для друга, — продолжил Шаол.
— О, а так ли хорошо ты знаешь свою возлюбленную? — криво усмехнувшись, поинтересовался у того Шен. — Или вы прощаете друг другу мелочи вроде покушения на жизнь родителей?
— Что? — опешил парень. — О чем вы?
— Может, барышня сама желает пояснить? — Шен перевел взгляд на бледную как мел Сим Венти. — Нет? Не хотите рассказать подробности о том проклятом кинжале? Вы знали, что сановник Шитан первее всех уходит на службу, поэтому воткнули его в колонну перед рассветом. Каков был расчет? На него должен был напасть какой-нибудь слуга, случайно схватившийся за кинжал, или сам сановник должен был заколоть кого-нибудь?
— Нет, я!.. С чего вы взяли, что это моих рук дело?! — взволнованно воскликнула девушка, покрывшаяся от волнения красными пятнами.
— Дорогуша, я сам усмирял действие этого кинжала. Мой бок почувствовал на себе всю его остроту. Неужели ты думаешь, что я не смогу считать с него столь сильные эмоции, какие были у тебя в момент, когда ты решилась на подобное злодеяние?
[+100 к искусству блефа главного злодея! +50 к актерской игре главного злодея!]
«Кхм, спасибо, я стараюсь».