Злодейский путь!.. Том 11
Шрифт:
— И они использовали земной источник, чтобы запечатать Ми Лу? Вновь безрассудство, — фыркнул Ву Ди.
— Это то, что она сама рассказала. Она сказала, что источник был запечатан, а она стала хранителем печати и заключенной одновременно.
Ву Ди какое-то время молчал, будто пытаясь соотнести слова Шена с реальностью тысячелетней давности, которую он помнил.
— Как же она умерла? — наконец, спросил он.
— Она собирала энергию людских душ в большую лампу. Умерла так же, как они: сгорела в этой же лампе.
Генерал Ву тяжело выдохнул и откинулся назад, упершись затылком в холодный
— Почему в это так легко поверить? — пробормотал он. — Она совершенно не изменилась за тысячу лет…
Он долго молчал, а затем произнес, не глядя на Шена:
— Я страдал в этой темноте и мне множество раз казалось, что это наказание хуже смерти. Я не заметил, как изменился, превратившись в чудовище… Однако я также не заметил, как изменился не только снаружи, но и внутри. Тысячу лет назад я пожертвовал огромным войском в попытках спасти ее. Я был безрассудным подонком, который верил, что он выше обычных людей, а его судьба записана на небесах. Я верил, что стою на праведном пути, поэтому имею право требовать, чтобы и другие шли по нему. Моя гордыня была беспредельна. Думаю, на самом деле я ее даже не любил. Мне нравилась мысль о нашей любовной истории, легенды о которой будут рассказывать люди. Я подарил ей перед битвой снежный лотос. Я сказал ей, что она может выбрать. Хотя знал, что она никогда не откажется от своих убеждений. Честно говоря… Спустя тысячу лет я не помню, что чувствовал.
Черная многоножка пробежала у его ноги и шустро заползла в сапог.
Ву Ди усмехнулся и произнес:
— Я просто не понимаю смысла всех тех желаний. Думаю, спустя эту тысячу лет уединения во тьме я действительно мог бы вознестись. Жаль, что тогда мы прибегли к уловке.
Он прикрыл глаза. Шен какое-то время смотрел на него, не зная, стоит ли что-то сказать. Не похоже, чтобы он желал утешения. На самом деле, трудно было понять, о котором времени он больше сожалеет. О тысяче лет во мраке? Или о времени вознесения?
— В конце концов, ты не сможешь стать счастливым, не придя к гармонии с самим собой, даже если исполнишь свое заветное желание, — пробормотал Шен себе под нос.
Сколько времени и жизней ему самому понадобится, чтобы эти слова воплотились в его реальность? Трудно осознать, как можно быть счастливым, не имея всего, чего желаешь. И как трудно быть счастливым, имея все это и страшась потерять.
Шен нахмурился, осознавая, что это неразрешимая для него задача. Он потянулся и дотронулся до плеча Ву Ди.
— Генерал Ву, — позвал он, — сейчас вы счастливы?
Вопрос казался абсурден.
Ву Ди ничего не ответил, а его губы искривились в усмешке. Шен хотел было извиниться, решив, что тот мог посчитать его вопрос издевкой, однако Ву Ди произнес раньше, чем хозяин Проклятого пика заговорил:
— Сам вопрос неправильный.
— Простите?
— Не о том спрашиваешь. Вечное блаженство невозможно. Но возможен вечный покой.
Шен убрал руку с его плеча. Этот ответ не очень-то ему понравился. Он не хотел вечного покоя.
Он поднял взгляд и посмотрел на Муана.
— Так когда был твой день рождения? — словно только и ожидая, когда на него обратят внимание, быстро спросил тот.
Это заставило Шена тепло улыбнуться и покачать
Нет, точно не вечный покой.
— Излечить императора Рун Хуана? Эм… Который умер около десяти лет назад? — хоть лица под маской видно не было, голос Ера прозвучал озадаченно.
Шаол не знал, что лица под маской не просто было не видно, его вообще не было. Но даже так, Ер смог передать свои эмоции голосом.
На сей раз ответил Му Фань:
— Мы подозреваем, что он все еще жив. Думаю, император Рун Юсон удерживает его в подземной тюрьме под дворцом.
— Зачем вы мне это рассказываете? — вздрогнул Ер.
Он осознал, что если это окажется реальным — за такое знание Ю Си не пощадит даже его.
Даже? Откуда взялось это «даже»? Ю Си определенно с присущим ему хладнокровием прикажет убить Ера и вовсе не вспомнит, что тот называл себя его другом.
Ер на мгновение забыл, что вряд ли простой смертный, пусть и глава контрольного бюро, справится с Глубинной тьмой. Вспомнив, он подумал: «Может, не пытаться пока занять тело? В теле меня можно будет пленить…». Он перевел взгляд на Рэна, который тихо сидел у стены. Казалось, он пытается войти в медитацию, чтобы поддержать свое раненое тело. Но даже бессмертный заклинатель не протянет с пронзенным сердцем. Судя по тому, что кровь продолжала вытекать, осталось ему недолго.
Следующую фразу Ер и Шаол произнесли одновременно:
— Артефакт может спасти его. — Фраза Ера звучала вопросительно, в то время как в фразе Шаола скрывался ответ.
— Ну, я так думаю, — добавил тот.
— И где он?
— Где-то здесь, — предположил Шаол, разведя руками. — Мы уже спустились более чем на пять пядей под одинокую звезду.
Воцарившуюся ненадолго тишину нарушил безэмоциональный голос Биши:
— Похоже, нужно опуститься еще ниже.
Шаол посмотрел себе под ноги. Неужели этот человек предлагает перекопать весь пол в этом подземелье? Сколько времени на это может уйти?
— Я чувствую, что там есть полость, — добавил Биши.
— Тогда нам нужно просто разрушить пол! — воскликнула Лули. — Давай! Нельзя медлить!
Шаол переглянулся с Фанем с мыслью «ох уж эти дети». Даже если этот недалекий телохранитель был мастером боевых искусств, пробиться через каменный пол будет не так «просто».
В следующее мгновение Биши с размаха вонзил в пол меч. Тот с первого же удара вошел более чем наполовину. Биши не носил какой-то выдающийся меч, обладающий духовными силами, поэтому даже одно то, что этот меч не сломался, уже было невероятным. То, что от меча во все стороны побежали трещины по камням — казалось еще невероятнее.
А затем Биши просто топнул ногой рядом с вонзенным лезвием — и пол раскрошился и обвалился буквально за долю секунды. Естественно, все в помещении также стали падать.
Кожаный плащ Ера затрепетал и раскрылся, как парашют. Тот не знал, за что хвататься: за края плаща, пытаясь прикрыть «стыдобу», или же за съезжающую маску. Лули протяжно взвизгнула, а Фань охнул. Остальные падали молча.
Когда падение не прекратилось и через несколько секунд, Шаол подумал, что «полость», о которой говорил Биши, несколько больше, чем он мог себе представить.