Зло, 100%
Шрифт:
– Давайте-ка посмотрим! – решила она. – Всегда было любопытно, что там на другом берегу.
Осмотрев всё, что было вокруг жилища, Тоди вышла наружу, села на скамейку и поднесла бинокль к глазам. Она отрегулировала фокус и приближение, как учил её Сареф, и всмотрелась в лес вокруг и, наконец, за озером, на другом берегу. Она видела уток и гусей, ныряющих за водорослями, рыбачащих чаек, и даже оленя, который пришёл на водопой. Она постепенно скользила взглядом по другому берегу, пока что-то не захватило её внимание. Ведя взглядом вдоль него, она заметила что-то, что показалось ей силуэтом человека
– Здравствуй, Сареф, – сказала она без особого воодушевления.
– Привет, Тоди, – ответил он.
По её тону он понял, что она была обижена, но решил отложить расспросы.
– Хочешь выйти наружу и посмотреть, что я принёс? – вместо этого спросил он.
– Конечно, – сказала она.
Корзины с курами и несколько фанерных ящиков стояли на земле рядом с рюкзаком Сарефа. Его ремни были выпущены на полную длину, чтобы предоставить весь возможный объём.
– Бери корзину, – предложил он. – Пошли, устроим кур в их новом доме!
Они отнесли корзины в сарай, где Сареф выпустил петуха и курицу из одной корзины.
– Цыпа-цыпа-цыпа! – позвал он возбуждённых птиц, рассыпая на землю немного зерна.
Петух перестал носиться вокруг сарая и направился к корму. Он поклевал и позвал кур, которых Сареф выпустил из второй корзины. Они собрались у корма, толкаясь и клюя. Сареф взглянул вверх. Тоди смотрела на эту суету, сияя, но как только их глаза встретились, улыбка исчезла с её лица.
– Они поедят и устроятся на ночь, – сказал Сареф. – Мы можем предоставить их самим себе. Завтра утром петух разбудит нас своим пением, ты выпустишь их на двор, и они будут считать наш дом своим.
– Здорово, – довольно безразлично ответила Тоди.
Она последовала за Сарефом к хижине, где он подобрал один ящик и отнёс его внутрь.
– Что ты принёс? – спросила она.
– Стёкла для наших окон, ещё посуду, нитки, иглы, ткани, инструменты, а самое главное – книги, тетради и ручки.
– Что такое книги?
– Терпение, милая. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Я покажу тебе, и тебе понравится.
Он принёс ещё ящик и свой рюкзак.
– Ты голоден? – догадалась Тоди.
– Да, умираю с голоду, – ответил Сареф.
– Если бы ты сразу сказал, я бы уже разожгла огонь и вода бы уже кипела, – проворчала она.
Голос Тоди изумил её саму, и она даже испугалась. Она бросила взгляд на Сарефа, а он на неё. После короткой игры в гляделки, она отвела взгляд, схватила горшок, кремень и огниво и поспешила наружу. Она развела огонь и пошла к озеру. Когда она вернулась, Сареф сидел на скамейке, держа её бинокль и глядя через озеро. Она поставила
– Отсюда я вижу всё на другом берегу, – пробормотал он.
Она не шевельнулась.
– Я стоял вон там, между двух туй, высматривая тебя, лишь час назад, – продолжал он. – Но оттуда я не видел ничего, кроме того места, куда ты за водой ходишь и моешь посуду.
Тоди повернулась и посмотрела на него через плечо.
– А почему ты сразу не пришёл домой? – спросила она. – Что заставило тебя пойти в обход и подглядывать за мной?
– Я не подглядывал за тобой, – покачал он головой. – Я пришёл с той стороны.
Волна жара залила Тоди. Она вдруг поняла, что подразумевала, будто Сареф придёт с того же направления, с которого они пришли изначально. Чувствуя, как её щёки и уши краснеют, она встала и медленно пошла к хижине. Там она села рядом с Сарефом.
– Прости, – сказала Тоди. – Я подразумевала, что ты пошёл на другой берег озера и стоял там, высматривая, что я делаю.
– Так ты поэтому расстроилась? – спросил Сареф.
– Да, я обиделась, что ты сразу сюда не пришёл. Прости!
– Тогда держи нос выше! Это просто недопонимание, ничего больше. Я вернулся, у нас больше предметов первой необходимости для нашего выживания, и прогноз улучшился.
– Я соскучилась по тебе, Сареф, – ответила Тоди.
– Я тоже скучал по тебе, Тоделия! – Сареф улыбнулся и обнял её за плечи.
Тоди повернула к нему лицо и он увидел пару широко раскрытых глаз и поднятые брови.
– Кто такая Тоделия? – спросила она с непередаваемым изумлением.
– Разве это не твоё полное имя? – столь же удивился Сареф. – В самом деле, Тоди – это сокращённое от Тоделия.
– Моё полное имя Тодалес, – ответила она с улыбкой.
– А, я не знал, – пробормотал он. – Если бы я только знал, то был бы совершенно уверен в происхождении твоих родителей. Твоё полное имя иностранное, но выбрано оно было потому, что его короткая форма звучит по-нашему. Я был прав.
– Я тоже не знала. Это что-то меняет?
– Для тебя и меня, пожалуй, вообще ничего. Только не сейчас и не в ближайшем будущем. Я по-прежнему люблю тебя. Ты по-прежнему моя подруга. Хотя, вот ещё что. Твоё полное имя должно быть забыто. Ты должна избавиться от него. Никто другой не должен когда-либо узнать, что ты его носила. С этой минуты твоё полное имя – Тоделия.
– Почему? Другие возненавидят меня, узнав моё имя?
– Очень может статься, что да. Те, кто помнят старый мир, могут посчитать тебя символом смерти от рук врага.
– Тогда ладно. Я всего несколько раз слышала его, когда мои родители теряли терпение со мной, пока я была маленькой. Потом… они просто били меня. Ты будешь звать меня моим новым именем, время от времени, чтобы я привыкла к нему?
– Буду, Тоделия. Что же ты такое делала в юном возрасте, чтобы их рассердить?
– Вода кипит, – улыбнулась Тоди. – Мы долго разговаривали, но пора тебя покормить!
– И это всё?
– Нет! Я тоже люблю тебя, Сареф!
Позже, в хижине, Сареф расспросил Тоди, как она провела время одна. Она показала ему несколько клубков пряжи, несколько составленных один в другой туесков, и один, полный сушёной голубики.