Злая империя
Шрифт:
— Убираемся отсюда, — гремит Эван, перекрывая любые полномочия, которые мог иметь Тео, и все мы немедленно выполняем приказы.
Я просто захлопываю заднюю дверь, когда первая полицейская машина выезжает из-за угла горящего здания. Не дожидаясь, пока мы сядем, Эван выжимает педаль газа, мчась через весь город.
Мы ничего не видим здесь, но нам и не нужно знать, куда мы идем.
Возможно, все мы молоды и относительно новички в этом, но мы все знаем, что будет дальше.
То же самое делают тупые ублюдки,
Если они еще не пожалели о том, что выступили против нас, то они, безусловно, пожалеют к концу ночи.
Нам требуется всего десять минут, чтобы завести людей на старый склад и привязать к стульям, пока Эван и Гален наблюдают, более чем рады позволить нам быть теми, кто пачкает руки.
— Итак, — начинает Эван, когда они сидят там, ожидая, что что-то произойдет достаточно долго. Часть меня хочет, чтобы они визжали, как гребаные свиньи, просто чтобы я мог вернуться к Стелле. Но другая часть, та часть, которая помнит все с прошедшего часа, интересуясь, как она выглядит после того, как пролезла через окно, полное разбитого стекла, хочет, чтобы они сохранили свои секреты, чтобы заставить нас работать на это.
Я хрущу костяшками пальцев, игнорируя боль в плече.
Я уже готовился к каким-то действиям после просмотра боев. Но теперь? Теперь я чертовски отчаянно нуждаюсь в этом.
— Не хотите рассказать нам, почему вы решили устроить Кольцевой бой на гребаной нейтральной территории, итальянские ублюдки? — Эван лает. Хотя в его голосе сквозит гнев, его лицо — каменная маска, которая абсолютно ничего не выдает.
Каждый из них твердо смотрит в глаза, ни слова не слетает с их губ.
Я чертовски доволен.
Эван даже не успевает оглянуться на меня. Я бросаюсь вперед, врезаю кулаком в лицо одному из тупых ублюдков.
Звук его челюсти, хрустящей под силой удара, наполняет комнату, посылая по мне прилив адреналина.
Однако он не реагирует, просто сгибает челюсть, когда немедленная боль от удара исчезает.
— Нужно больше? — Я бормочу. — Я могу продолжать всю гребаную ночь, ублюдок.
Мой второй удар попадает ему в нос. Кровь взрывается, впитываясь в его белую рубашку и обрызгивая мои руки.
— Грязная пизда, — выплевываю я, стряхивая теплые брызги со своей кожи.
— Кто-нибудь еще хочет поговорить? — Эван спрашивает.
Они все еще молчат.
— Нико, Алекс. Хотите присоединиться к вечеринке?
Их не нужно просить дважды. Оба выходят вперед, чтобы нанести несколько болезненных ударов другим парням, в то время как Тео и Деймон стоят в стороне, наблюдая, как мы разогреваем наших заключенных.
— Приказ пришел сверху, — наконец булькает один из них, выплевывая кровь у ног Нико. Его лицо опухло и кровоточит из-за стальных кастетов Нико.
— Ни хрена себе, засранец, — рычит Алекс.
— Нам
Эван лжет. Мы все это знаем.
Никто из этих ублюдков не выйдет отсюда сегодня вечером за тот гребаный трюк, который они провернули, независимо от того, откуда поступали приказы.
У нас есть нейтральная территория по гребаной причине.
Мы втроем продолжаем до тех пор, пока парни, привязанные к стульям, едва приходят в сознание, все шестеро из нас покрыты кровью.
Моя грудь вздымается, пот стекает по позвоночнику, а мышцы болят, но это так чертовски хорошо.
Единственное, что было бы лучше, — это если бы моя девушка была здесь.
Черт возьми, да.
Ухмылка растягивает мои губы, когда я думаю о ней, покрытой кровью, трахаю ее у одной из стен, когда мы праздновали получение того, что нам нужно от этих свиней.
Может быть, мне не следовало отсылать ее прочь.
— Мы не знаем, откуда поступил приказ, ясно? Босс нам не сказал.
Я смотрю на мужчину передо мной, его глаза почти полностью заплыли и закрыты.
— Ты лжешь, — шиплю я.
— Н-нет, это не так, — подтверждает другой. — Нам сказали прийти и устроить сцену.
— Почему? — Эван гремит.
— Мы не знаем.
— П-пожалуйста, — хнычет первый мужчина, явно испытывая агонию. — Мы просто выполняли приказы.
Я бросаю взгляд на Эвана, пытаясь прочесть, о чем он думает.
Я не верю ни одному гребаному слову из этого, но он здесь эксперт по языку тела, так что посмотрим, догадываюсь я о чем-то или нет.
— Тео, Деймон. — Он кивает им обоим, и мы трое инстинктивно делаем шаг назад, зная, что именно этого хочет босс.
Ухмылка на лице Деймона совершенно смертоносна, когда он делает шаг вперед, вытаскивая нож из кармана.
О, черт. Это будет больно.
Тео следует его примеру, и они оба выбирают своих жертв. Тот, кто завизжит первыми. Они оба прижимают кончики своих ножей к их горлам.
— Правду, — требует Эван.
Тео первым приставляет свой нож к горлу парня, и тот, что посередине, впадает в панику.
— У тебя есть змея.
— Кто? — спрашивает Эван, не проявляя никакой реакции или шока.
— Честно говоря, мы не знаем. Но этот приказ… это пришло из твоей Семьи.
— Ты лжешь, — заявляет Гален, впервые заговаривая.
— Нет. Я нет. Мы знаем, что в последнее время ты искал кого-нибудь, на кого можно было бы свалить все свое дерьмо, и мы знаем, что ты никого не можешь найти. Это потому, что ты смотришь не в том месте.
Я смотрю на Галена, и его глаза встречаются с моими, мы оба думаем об одном и том же.