Злата
Шрифт:
города…»
– Нет! Нет! Нет!.. – в ужасе пятилась я, под ошарашенными взглядами тысячи глаз.
Это сон! Это жуткий сон! Не может быть так жестоко?!..
– Латти! Стой! – звал меня Виктор.
Зажав рот рукой, я рванула к выходу. Я бежала, пока перестала слышать этот голос.
Все. Это был конец. Полный крах моей жизни.
Глава 41
Прощай, Барселона!
Бывает, когда судьба подбрасывает нам тяжкие испытания, мы себя успокаиваем и надеемся,
будет. Потом, спохватившись, гоним от себя эту фатальную мысль, но, увы, поздно. И тогда, становиться
понятно, что может быть в несколько раз сложнее, больнее и печальнее…
То видео не только увидели студенты из моего университета. Но и пользователи всемирной сети Интернет.
Разразился огромный скандал. В центре, которого, я была главной героиней.
В тот вечер, когда я сбежала не выдержав позора, Виктор избил Маркуса. Это видели Мария и Адриан. Их,
конечно, разняли, но Эскалант успел изрядно подпортить его внешность.
В университете я больше не появлялась. Как мой официальный опекун, тетя забрала мои документы. Сказала
какую-то формальную причину, конечно же, неправдивую. Никто ее не останавливал. Наоборот, вздохнули с
облегчение.
Кто отправил это видео на экраны университета, я не имела ни малейшего понятия. Да времени на
размышления по поводу этого у меня не было.
Из дома я выйти не могла. По крайней мере, первые несколько дней. Репортеры дневали и ночевали под
дверью тетушкиного дома. Не смотря на негласное правило местной прессы, о сохранности личной жизни
аристократов - эту сенсацию упустить они не могли.
Моя жизнь, мечта и будущее разрушились в один миг, словно карточный домик от порыва ветра. И во всем
этом была виновата лишь, я одна. Не стоило влюбляться в Виктора Эскаланта.
Скандал был как раз в самом разгаре, когда раздался звонок от отца. Это был поздний вечер. Я сидела в своей
комнате одна, и как никогда остро ощущала свое одиночество. Утерев слезы, я ответила, с ужасным
предчувствием предстоящего отцовского выговора.
Голос его звучал встревожено и устало. Отец узнал обо всем из новостей. Пресса как всегда выставила все в
максимально гнетущем свете: «Пока политик переживает тяжелые времена в разгаре революции, его дочь
развлекается с богатыми испанцами!».
162
Впервые я нуждалась в отцовской поддержке. Я плакала, слушая отца. И мне так захотелось обнять его и
укрыться на груди от всего этого зла и подлости. Но я промолчала. Выслушав его речь, я все же нашла выход.
Он требовал выполнения своих условий. Никогда не думала, что буду хотеть покинуть Барселону. Здесь для
меня больше не было места.
О своих намерениях пришлось рассказать тете и друзьям.
дозвониться моему отцу, чтобы отговорить его от решения. Но его номер был недоступен.
Только Адриан промолчал, ведь его холодный рассудок понимал, что это единственный шанс пережить мне
весь этот ужас. Именно он и помог мне пробраться сквозь толпу репортеров в аэропорт Жирона за билетом в
один конец.
Конечно же, все уже знали о моем позорном побеге. Вернее, проследив мой путь, журналисты так и
озаглавили свои статьи: «Спасается бегством!», «Эскалант вытесняет из страны!», «Кто сказал, что это
трусость?».
Мне было все равно. Только лишь в ушах звенели вопросы, которые наперебой задавали представители
четвертой власти, пока Саэс с помощником прокладывали мне своими спинами путь к авто.
– Как вам секс с Виктором Эскалантом?..
– Хотели ли вы замуж за наследника титула?..
– Ваша первая мысль, когда вы узнали о споре?..
– Что-нибудь хотите передать семье Эскалант?..
Как же много вопросов можно было задать про мою личную жизнь?!.. Светские хроники вовсю пестрели
подробностями моего бытия. Куда ходила, что ела, где мы вместе были с Виктором. Особенно всех
интересовало, когда именно «все» произошло. За какое время «ему удалось меня уложить на спину».
Тут же появилась огромная толпа свидетелей настоящих и симулянтов. Они-то и наживались на всей этой
грязной истории, сливая про нас информацию. Даже Амалия Ривас, которая уже не была помолвлена, дала
интервью. В котором подробно описывала, как участвовала в этом сговоре, будучи без памяти влюбленной в
Эскаланта. Как выяснилось, их интимная связь имела место быть. А тот разговор, что я, якобы случайно,
подслушала, был очередным умелым ходом Виктора. Надо же, он обещал быть с ней, как только выиграет
спор….
Мнение по поводу моей персоны расходились. Кто-то считал меня невинным ангелом, кто-то умелой
пиарщицей, а кто-то жуткой стервой, предполагающие, что это я и «слила» это видео в Сеть. Ради славы,
разумеется. Сравнивали с Ким Кардашьян. У меня появился свой фан-клуб. Я стала знаменитой, но не о такой
известности мечтают адекватные люди.
Унижение, стыд, обида и снова, унижение. Таковы ассоциации с периодом моей жизни того времени.
Думала я ли о Викторе? О да, конечно! Но мне огромных усилий стоило воссоздать глухую стену вокруг себя.
Я гнала от себя мысли хоть как-то связанные с этой личностью. Все мои беды связаны с ним. Я ругала и
ненавидела себя за ту минуту слабости, когда позволила себя целовать этому негодяю. Более того, я хотела его