Зима в Эдеме
Шрифт:
Когда он в очередной раз с опаской высунул голову из-за гребня дюны, оказалось, что лодки остановились, к ним присоединились и те, то рыбачили в неглубокой протоке, отделявшей берег от невысоких песчаных отмелей. Он видел, как затаскивают в них сети, как перегружают улов. Нападения можно не опасаться – они ловят рыбу. На море поднялись волны, ветер крепчал, близилась буря. Иилане" в лодках понимали это и по какой-то команде, которой он не расслышал, разом повернули обратно к городу.
Вскочив на ноги, Керрик следил, как медленно исчезают они за струями дождя. Сам
В воде, там, где недавно были лодки, мелькали темные силуэты. Разбивавшиеся о песчаные островки крутые волны высоко поднимали их. Волны перехлестывали через отмель, выбегая на берег. Керрик узнал – это были энтиисенаты, он видел, как они играют возле пасти урукето. В одиночку они не плавают – значит, поблизости урукето. Так и оказалось. Из-за пелены дождя медленно появился силуэт урукето. Волны обрушивались на его бока, растекались вокруг плавника. Урукето плыл медленно и, похоже, не справлялся с разбушевавшимся морем. Огромному созданию негде было развернуться, чтобы уйти в открытое море.
Лодки давно исчезли из виду, и очевидцами случившегося стали только Керрик и энтиисенаты. Урукето бил могучим хвостом, но не двигался. Он попал на мель. Могучие волны повалили гиганта на бок, повлекли по песку. Даже спинной плавник опустился в воду. Внутри были иилане", захлестывающая полость темная вода выбрасывала их в волны. Когда вода отхлынула, Керрик увидел обращенный к берегу невидящий огромный глаз.
Гигант погибал на мели. В разбивавшемся рядом прибое суетились энтиисенаты, выпрыгивая из воды. Искусные пловцы, они были в безопасности. Но их урукето погибал.
Новая огромная волна протащила гиганта по песку, приблизила к берегу. Спинной плавник распластался по воде. Спасения не было. Огромный грудной плавник поднимался к небу и уже слабо дергался. Керрик видел, как вода то втекает в полость спинного плавника, то вытекает оттуда. Откатилась назад волна, на ней замелькали головы экипажа. Они отчаянно боролись с волнами, стараясь приблизиться к берегу. Одна из иилане" уже поднялась на ноги, волоча за собой обмякшее тело товарки, когда огромная волна поглотила обеих. Вскоре она отхлынула, но несчастные исчезли.
Урукето погибал, плавники его еле дергались, но экипаж боролся за жизнь. Волны уже бушевали не с такой губительной силой, ветер начал ослабевать. Керрик видел, как одна из иилане", капитан, должно быть, стоя по грудь в воде, отдавала распоряжения уцелевшим. Они извлекали из плавника какие-то свертки, вытаскивали их на берег, возвращались за новыми. Многого спасти не удалось. Отверстие в плавнике судорожно закрылось, да так крепко, что пришлось даже высвобождать последнюю иилане".
Наконец пятеро уцелевших устало опустились на песок рядом с пожитками, которые удалось спасти. Четверо лежали, а одна стояла, не в силах отвести взгляда от
Взяв хесотсан на изготовку, Керрик медленно пошел к ним. А почему бы и нет? Оружия не видно, они измучены борьбой со стихией, сопротивления не будет. Но говорить они в состоянии. И они расскажут ему обо всем, что произошло в городе. Он слышал, как кровь стучит в висках. Сейчас он все узнает.
Он подошел ближе и увидел, как стоявшая нагнулась вперед. Знакомая манера… Конечно же!
– Эрефнаис! – окликнул он и, когда капитан, не скрывая удивления, обернулась к нему, сухо улыбнулся. – Ты должна помнить меня. Вряд ли тебе приходилось разговаривать с другим устузоу.
Глава 25
Онемев от изумления, Эрефнаис глядела на возвышавшуюся над ней рослую фигуру. Мысли путались, голова была тяжелой. Опустив на глаза прозрачные мембраны, она очистила их от соленой воды.
– Керрик… – тупо промолвила она.
– Он самый.
Уцелевшие иилане" обернулись на голос, знаками выражая смятение и озабоченность.
– Прикажи им, – начал Керрик в манере высочайшей, обращающейся к нижайшим, – не делать никаких глупостей. Если ничего не будут делать – останутся в живых. Пусть слушаются тебя. Поняла?
Онемевшая Эрефнаис, казалось, совсем не понимала, о чем идет речь. Все они такие, подумал Керрик. Указав на погибшего или еще чуть живого зверя с простотой фарги, Эрефнаис проговорила:
– Мой первый. Когда он проклюнулся, я сама кормила его свежей рыбой из рук. Так делают все капитаны. Урукето немного соображают, в какой-то степени их можно считать разумными. Он знал меня. Я научила его всему, что им положено знать. Да, я понимаю, он стар, ему уже пятьдесят пять, почти пятьдесят шесть, больше они не живут. Будь мы в открытом море, этого не случилось бы. Если бы не эта узкая протока… Но таков был приказ. – Она с отчаянием поглядела на Керрика. – Помню, ты тоже плавал в нем. Мы тогда удачно пересекли океан, и даже шторм не мог помешать нам.
Все члены экипажа поднялись на ноги и слушали ее слова. Они жили внутри урукето. Он был их домом. Одна из иилане" нагнулась, ее движение привлекло внимание Керрика. Она не села, а искала что-то среди наваленных кучей пузырей и других емкостей.
– Отойди! – рявкнул Керрик, делая жест смертельной угрозы и спешки. Не слушая, она подняла с песка хесотсан.
С криком Керрик выстрелил, шип попал в один из контейнеров. Она направила на него оружие. Керрик бросился на песок и опять выстрелил.
На этот раз выстрел оказался удачным. Игла попала в грудь, и стрелявшая повалилась лицом в песок. Керрик рванулся вперед и, прежде чем члены экипажа успели отреагировать, подхватил второй хесотсан.
Прошло какое-то мгновение, но все переменилось. Неподалеку от убитой безжизненно осела на песок другая иилане" – ее сразила игла, предназначавшаяся Керрику. Ткнув пальцем в Эрефнаис и двух оставшихся, Керрик крикнул:
– Я же приказывал тебе, просил удержать их! Ненужная смерть. А теперь все вы – отойдите от вещей. Двое погибли. Довольно!