Журнал «Если», 1995 № 05
Шрифт:
Он взирал на меня совершенно спокойно, и даже как-то свысока: будто бы я должен был объяснить ему цель его же визита.
— Ну, мистер Смит? — сказал я, когда мне надоело ждать. — Или вам больше нравится Грег?
— Я хочу застраховаться на случай катастрофы в Шатли в ближайшие двадцать четыре часа, — бесстрастно заявил он.
— От катастрофы? — переспросил я.
— Да, от катастрофы.
— В следующие двадцать четыре часа?
— В следующие двадцать четыре часа. Ваша сообразительность,
Передо мной открывалось множество возможностей. Я выбрал одну из них.
— Мы не можем заключить с вами никакой сделки, пока вы скрываетесь под ложным или неполным именем. Джон Смит меня не устраивает. И Грег — тоже.
Уже во второй раз на короткий миг его глаза зажглись злобой, и я понял, что этот человек опасен. Ему не нравилось, когда перед ним возникали препятствия. Хотя у него было симпатичное лицо и он вел себя относительно вежливо, чувствовалось, что в любой момент этот человек может превратиться в животное. Огромное, опасное животное.
Я решил немного изменить тактику.
— Мы всегда можем предоставить более выгодные условия при страховке от определенных неприятностей. Скажем, если вы хотите застраховаться от наводнения…
Он улыбнулся, разом включив все свое обаяние.
— Наводнение ведь маловероятно, не так ли? Говорят, что река никогда не стояла так низко.
— Катастрофа в течение ближайших двадцати четырех часов в Шатли, возразил я, — тоже маловероятна. И еще одно, Грег, — вам уже исполнился двадцать один год?
— А причем здесь это?
— Если нет, то могут возникнуть определенные трудности.
— Так вы продаете здесь страховку или нет?
— Я не продаю страховку, Грег. Я ее оформляю, если условия выгодны обеим договаривающимся сторонам. На какую сумму вы предполагаете застраховаться?
— Пустяки — какой-нибудь миллион фунтов. Возможно, два.
«Похоже, — подумал я, — пора вернуть разговор в разумное русло».
— Боюсь, что подобная сделка вряд ли сможет состояться, — сказал я. — Хотя в теории страховка от непредвиденных обстоятельств возможна — скажем, таких, как неурожай пшеницы или задержка при поставке каких-то товаров, однако тут всегда возникают трудности при формулировании текста контракта, и на выработку окончательного варианта уходит много времени…
Грег расхохотался так, что оконное стекло задребезжало.
— Вэл, вы говорите, как самый настоящий старик, — проговорил он сквозь смех.
— Так вы изволили шутить, молодой человек? — задумчиво спросил я. Он наконец перестал смеяться.
— А почему бы и нет? Подумаешь, возникла у меня одна идейка, но не слишком реальная, как вы правильно заметили. Мне было интересно посмотреть на вашу реакцию.
— Что
— Такое может быть у любой, когда она надевает люксон.
— Люксон?
— Ну, видите ли, дело заключается в том… это один из парадоксов женской логики… Если на женщине платье, совершенно приличное платье, части которого, однако, периодически исчезают, то она не видит в этом ничего предосудительного — ведь на самом деле платье остается на месте, и только создается иллюзия, что его нет.
— А почему никто не пьет пиво?
— Нам не нравится его вкус. И это вульгарно.
— Вульгарно?
— Ну да, от него толстеют.
— Грег, откуда вы взялись?
— Отсюда.
— Отсюда? Может быть. Но, во всяком случае, не из Шатли.
— Отсюда, — дерзко повторил он.
— А что это за разговоры о дуэли?
Мне снова удалось смутить и разозлить его. В глазах Грега зажегся красный свет животной ярости.
— Дуэль? Мне ничего о ней не известно, — резко ответил он. — А что знаете вы? А, ладно, не имеет значения.
Он встал и направился к двери.
— Жаль, что вы не захотели заключить сделку, — бросил Грег через плечо. Уверенность вновь вернулась к нему. — Впрочем, я так и полагал. Кстати, вы знакомы с Джилом Карсвеллом, не так ли?
— Да, но какое…
— И с Кларенсом Муллинером?
— Да. На самом деле…
— На самом деле он появится здесь в 15.10. И Грег аккуратно закрыл за собой дверь.
Джил позвонил мне прямо из банка — первый раз за все время его работы там — и сказал:
— Вэл, мне необходимо немедленно с тобой встретиться. Давай где-нибудь выпьем.
— Хорошо, — сразу согласился я, — увидимся в «Коппер Бич».
— В этом хромированном морге?
— Зато там пусто.
— Ладно. Буду через пять минут.
Я сразу же направился в «Коппер Бич». На выходе меня схватил за рукав Томми — ему не терпелось мне что-то сказать.
— Она снова прошла мимо, мистер Матерс. Если вы поторопитесь, то успеете догнать ее.
— Спасибо, Томми, — ответил я, высвобождаясь из его цепких пальцев, и вышел на яркое утреннее солнце.
В пятидесяти ярдах впереди шла девушка в розовом костюме. Я видел только ее спину, но сразу понял, что это Белоснежка. Ее стройные, изящные бедра были лишь одним из достоинств единственной на миллион фигуры, идеально дополняющей единственное на миллион лицо; было бы преступлением прикрывать такие ноги даже тончайшим нейлоном.
Тут меня ждал небольшой сюрприз: я никак не предполагал, что такая девушка будет ходить в одном и том же наряде два дня подряд.