Жрец Лейлы
Шрифт:
— Я должен был вас увидеть, чтобы понять, хочу я вашей смерти, как жаждал ее многие годы, или вы мне глубоко безразличны, — все так же спокойно пояснил загадочный юноша.
— К-кто вы? — Но граф уже догадывался. Он видел ответ в черных глазах и фамильных чертах Винзоров, которые проглядывали в госте.
— Мое имя Мейдок, Моей матерью была Элеонора Раис Винзор, — представился тот.
Граф побледнел и схватился за сердце, медленно опускаясь в ближайшее кресло.
Гость кивнул, в его взгляде
— Чего вы хотите? — хрипло поинтересовался наконец старик. — Титул? Власть? Денег?
— Поверьте, мне хватает того, что я имею, — поморщился его внук. — Да и посмотрев на вас, я окончательно понял, почему мать предпочла умереть в рабстве у магов, чем вернуться к семье. Я действительно пришел, чтобы понять, хочу я вас убить или нет.
— И какое же решение вы приняли? — помолчав и собрав все свое достоинство в кулак, поинтересовался граф.
— Вы мне неинтересны, — пожал плечами тот. — На ваше счастье, в моей душе жажду мести выжгли напрочь. Но я оставляю за собой право носить фамилию моей матери, так как именно ее она дала мне после моего рождения.
— Я… не приму бастарда, — тихо почти выплюнул граф.
Сын Элеоноры пожал плечами:
— Как я уже сказал, мне это неинтересно. Я выяснил все, что хотел.
Как оказалось, последнюю фразу он сказал уже не графу, а своему спутнику, который все это время, незамеченный, просидел в тени одной из картин, на которой были изображены свершения рода Винзоров.
— Слава богам, а то я уже засыпать начал, — недовольно отозвался тот и поднялся на ноги. Его высочество принц Кристиан Катани, известный больше как Бешеный Крис, скользнул каким-то невидящим взглядом по лицу своего подданного, словно по пустому месту. — Куда дальше, братишка?
— В храм Даяны-Девственницы, — улыбнулся тот теплой улыбкой. — Мама обещала, что, когда вернется, отдаст фамильный меч сестре, которая помогла ей в одну из самых проклятых минут ее жизни. Я намерен выполнить обещание.
— О, прекрасные воительницы, — оживился его высочество, — а у тебя неплохие вкусы, несмотря на твои светлые замашки. Хорошо, что мы успели найти и выкупить эту железку, хотя прошло довольно много времени.
Резкими кивками попрощавшись с графом, оба покинули дом Винзоров. А его хозяин сидел и смотрел в пустоту остановившимся взглядом, понимая, что отныне путь в светское общество ему навсегда заказан. Никто не будет общаться с человеком, который выгнал из дома мать одного из Катани, признанного королевской семьей. К тому же тот сам является Верховным магом Белой Ложи. Это был конец Винзорам.
Мейдок смотрел на яркий полумесяц на небосклоне. Ночь накрыла столицу Мирейи, погрузив ее в приглушенную живую тишину. Ему понравился этот город, ему понравились его братья, теплая
— Я вижу, ты разобрался с делами?
Он обернулся к Лилиану. Тот подошел, как обычно, бесшумно и облокотился на один из выступов, окинув взглядом город внизу, под ногами.
— Да, — кивнул Мейдок. — Это оказалось даже проще, чем я думал. А где ты пропадал?
— Ходил на могилу матери, — задумчиво отозвался тот. — Потом заскочил посмотреть на Регила.
— Зачем? — тихо поинтересовался маг.
— Чтобы проверить, все ли я еще помню, — спокойно ответил его брат. — Таким, как я, все-таки надо некоторые вещи напоминать. Ведь именно для того же ты навестил графа Винзора, Мейдок Винзор-Катани?
— Я сын Элеоноры Винзор, — все так же тихо ответил Мейдок.
— Вот и помни об этом всегда, — внезапно очень серьезно взглянули на него сапфировые бездонные глаза. — Помни об этом. И если понадобится напомнить, тебе достаточно будет навестить ее отца, который так и не вычеркнул ее имя из своего родового древа.
Юноша сжал губы в тонкую жесткую линию. Он не намеревался забывать что-либо. Никогда. Его память не позволит этого сделать.
И Лилиан удовлетворенно кивнул, словно добился чего-то.
— Мне тут предложили отметить твой приезд в узком кругу. Поедешь? Жрец Доэра угощает.
— Ну если так, — улыбнулся тот. — А то я никак не могу отказаться от разорения подвалов храма Доэра.
— Только придержи свое перевоплощение, — усмехнулся принц. — Если явится Свет, он опять всех протрезвит и быстренько свалит. А нам потом мучайся.
— Постараюсь. — Последовала ответная открытая улыбка.
Часть четвертая
Шаги прошлого
Глава 1
Старые знакомые
Я поежился. Сырость и тусклость болот меня просто убивали.
— И почему Черную Ложу решили разместить именно здесь? — недовольно проворчал я.
— А почему Белую именно в пустыне? — откликнулся Кэртис.
Он себя чувствовал великолепно, судя по его цветущему виду. И похоже, его совсем не беспокоили полчища надоедливой мошкары. Мы уже неделю пробирались по этому проклятому лесу. И я в очередной раз задал себе вопрос: почему же я согласился на предложение Кэртиса?