Жизнь в рассрочку
Шрифт:
Жена переехала к своим родителям, а к Джеку стали каждый день приходить гости. Величайшая в мире мебельная фирма вежливо попросила обратно обстановку квартиры, оплаченную на восемьдесят процентов (последние два взноса рассрочки остались невыплаченными). Фирма, торгующая автомобилями, забрала машину, за которую Джек успел выплатить лишь половину стоимости. Когда пришли забирать попугая и охотничий рог, бедняга Джек чуть не заплакал. После ухода жены только попугай говорил
Когда трое дюжих парней приехали за холодильником, Джек весело улыбнулся. Холодильник был ему совершенно не нужен. С тех пор как Джек освободился от рабства труда, ему нечего было класть в холодильник. Белоснежный красавец теперь только занимал место и время от времени навевал мучительные воспоминания.
Джек пытался устроиться на другую работу, но безуспешно. Когда он говорил, что голоден, его считали юмористом. Бедность и голод уже давно исчезли из официальной статистики. Это неприятные слова и понятия, пусть ими занимаются статистики слаборазвитых стран.
За два месяца дом Джека Гаррисона опустел. Теперь у него оставалось только одно кресло, которое друзья купили ему в подарок к свадьбе. В рассрочку. Джек сидел в кресле и ждал выселения. И тогда к нему пришла молодая женщина, назвавшаяся представительницей Национальной противошумовой компании.
— Я не знаю такой компании, — устало сказал Джек.
— Неужели? Это странно. И тем не менее вы купили у нас более года тому назад всемирно известный аппарат Храп-Шип, идеально заглушающий самое грубое храпение.
— Вы правы, мисс, теперь я вспомнил. Я продал его.
— Как продали? Но вы ведь не уплатили последнего взноса. Джек поглядывал на юную посланницу бизнеса. Она была похожа на пасхальное яйцо, красиво раскрашенное снаружи, но внутри чересчур крутое.
— Да, да. Я его продал, — с тихим вздохом промолвил Джек. — Никто больше не отпускает мне в долг еды… Вот я и продал Храп-Шип. К тому же мне ни разу не пришлось воспользоваться вашим глушителем. Я, видите ли, никогда не храплю.
Очаровательная представительница фирмы записала что-то в свой блокнот и сказала бесчувственным голосом:
— Мистер Гаррисон, вы совершили серьезное преступление. Вы продали аппарат, являющийся пока что собственностью нашей компании. Мы заявим в полицию. Так или иначе вам придется ответить за грубый обман. Выбирайте сами…
— Я выбираю электрический стул! — перебил ее Джек, просияв счастливой улыбкой.
Женщина бросила на молодого героя очаровательно наивный
— Кстати, о стуле. Это кресло принадлежит вам?
— Да, — ответил Джек. — Я получил его к свадьбе в подарок от друзей. Другого имущества у меня нет.
Женщина внимательно осмотрела изящное новое кресло с модной обивкой и сказала:
— Мы реквизируем его взамен принадлежащего нам прибора. Будьте любезны, возьмите кресло и следуйте за мной. Если вздумаете возражать, я позову полицию.
— Телефон выключен за неуплату…
— Это неважно. Я могу крикнуть в окно.
— Не стоит. Я пойду с вами.
Джек понес кресло, но едва лишь они вышли на лестницу, как двое неизвестных преградили им дорогу.
— Куда вы тащите это кресло? — строго спросил мрачный субъект, которого Джек видел как-то в церкви во время благотворительной распродажи, там он ходил с кружкой, собирая пожертвования.
— В Национальный институт по борьбе с шумом.
— Ясно. Отдайте кресло. Оно было куплено в рассрочку в мебельном магазине Диттлер и Сын, но сделан лишь первый взнос. По истечении срока мы кресло забираем.
— Но мне его подарили на свадьбу, — пытался было объяснить Джек.
— Это не меняет дела, — отвечал неумолимый посланец мебельной фирмы.
— Я первая реквизировала это кресло, — вмешалась хорошенькая представительница Храп-Шипа.
Положение осложнялось. С торжествующей улыбкой Джек следил за разгорающимся конфликтом. Вдруг, улучив момент, он выскочил на улицу и удачно затерялся в непрерывном людском потоке. Со всех сторон, полыхая разноцветным электрическим пламенем, неслись на него убедительные приметы высокого жизненного уровня: колоссальные фейерверки рекламы, предлагающей всевозможные товары в кредит и в рассрочку, без наличных денег. Люди теряли с годами зубы и волосы, теряли чувство меры и спокойный сон, но никогда не теряли прекрасных иллюзий.
И тут Джек впервые покривил душой и нарушил закон. Воспользовавшись чужим именем, он купил в кредит в какой-то скобяной лавочке железный ломик-гвоздодер. Так как газ в его квартире был выключен за неуплату, Джек вломился на кухню к соседям и там открыл газовый кран.
Дальние родственники похоронили Джека Гаррисона в рассрочку и поставили на его могиле камень, купленный в рассрочку, на котором была высечена красивая мемориальная надпись:
Он умер молодым и счастливым,оставив в память о себесотни неоплаченных счетов.